Электрический идол - Кэти Роберт

– У тебя весьма патриархальные взгляды. – Я не собираюсь ему верить. Нет. То, что мы поженились, не значит, что он перестал быть моим врагом. Он собирался меня убить. Я стараюсь не забывать об этом, но иногда это сложно.

Как сильно он разозлился из-за негативных комментариев в моих соцсетях.

Как настаивал, чтобы у меня было платье, которое я надела бы с гордостью.

А еще он взял образец ткани и оформил всю свадьбу, включая наряды гостей, в выбранной мной цветовой гамме.

Как много маленьких проявлений заботы. Того, чего враг не стал бы совершать, даже если бы пытался ввести в заблуждение свою жертву. А теперь Эрос говорит, что оградит меня от любой угрозы, и я… верю ему.

Он качает головой.

– Да мне, честно говоря, плевать, патриархальные они или нет. Это правда. Со мной ты в безопасности. Обещаю.

Я не собиралась к нему прикасаться. Прикасаться к Эросу – плохая идея, но мои руки пробираются к нему под пиджак. Ткань темно-серой рубашки на ощупь оказывается необычайно мягкой, но мои ноги дрожат вовсе не из-за этого. А от выпуклостей и впадин скрытых под ней мышц. Вчера ночью, когда мы лежали в одной постели, он был без рубашки, но обстоятельства не позволяли мне насладиться этим видом.

А сейчас я могу это сделать. В конце концов, сегодня моя брачная ночь.

– Эрос.

Он стоит неподвижно и внимательно за мной наблюдает.

– Да?

– Я сказала, что это случится только один раз. – Пальцами нащупываю пуговицы у него на груди. – Что, если этот единственный раз продлится, пока не взойдет солнце?

Его глаза горят, но он не тянется ко мне, как я того жажду.

– Я не хочу, чтобы между нами было недопонимание, Психея. Тебе что-то нужно? Скажи прямо и будь откровенна.

Стоило догадаться, что он не облегчит мне задачу. Ничто до этого момента не давалось легко, так что изменилось? Облизываю губы и стараюсь говорить ровно.

– Я бы очень хотела заняться с тобой сексом.

От улыбки, медленно расцветшей на его лице, у меня в животе начинают порхать бабочки.

– С одним условием.

– Торг мне неинтересен.

– Но все же мы торгуемся. – Его улыбка становится шире, и я с удивлением осознаю, что она слегка асимметрична. Малейший изъян, который только усиливает его привлекательность, что кажется мне невозможным. Эрос слегка придвигается ко мне. – Сегодня мы займемся сексом, а ты дашь мне возможность соблазнить тебя, как подобает, пока длится наш брак.

– Нет. – Слово срывается с моих губ, и я не успеваю сдержать порыв. – Я уже говорила, почему это невозможно.

– Психея. – Он почти мурлычет мое имя, и по моему телу пробегает дрожь. Как этому мужчине одним словом удается добиться такого эффекта? – Я никогда не стану принуждать тебя делать то, чего ты не хочешь.

Осторожно.

Там опасность.

Мысль, чтобы Эрос меня соблазнил, опьяняет так, что я почти оставляю всякую осторожность. Почти. Делаю прерывистый вдох.

– Надо быть дурой, чтобы на это согласиться, а ты не в себе, раз просишь о таком. Все знают, что ты не задерживаешься с одним партнером дольше, чем нужно, чтобы удовлетворить свое любопытство. Ты так сильно хочешь меня только потому, что я тебе отказала. – Если мы продолжим идти этим путем, я в конце концов наскучу ему. А я достаточно хорошо себя знаю, чтобы понимать, как больно мне будет, когда он наконец пресытится и решит, что не заинтересован продолжать это обольщение.

– Разве? – Он неспешно подходит ближе, и я этому не препятствую. Эрос проводит кончиками пальцев по тыльной стороне моих ладоней. – Кажется, будто люди много о нас знают, но это лишь проекция чужих желаний и ложь. Все знают, что я не выношу моногамию. А еще что ты милашка и влиятельный блогер, которая не поднимает шум и у которой даже в мыслях нет ничего дурного.

Я понимаю, что он хочет сказать. Сплетни в Олимпе могут быть событием, но большинство причастных людей ведут собственную игру и формируют свой имидж так, как нужно им. Я так и делаю. Конечно, Эрос поступает так же, он сам в этом признался. Почему же меня так поражает, что это неправда?

– Я ни разу не видела, чтобы ты появлялся на двух мероприятиях с одним и тем же партнером.

– У меня на то свои причины, и мои бывшие партнеры не имеют к этому никакого отношения. И ты знаешь это, но упрямишься.

Я всматриваюсь в его лицо, и меня осеняет.

– Афродита ревнива. Она бы не захотела делить твою преданность с кем-то еще, особенно с возлюбленными.

– Умница. – Его губы подрагивают в горькой улыбке. – С тобой мне не нужно об этом беспокоиться, раз моя мать и так тебя ненавидит, а ты вполне способна в дальнейшем справляться с ней самостоятельно.

Он говорит так уверенно, будто это правда, а не мое сокровенное желание. Я хороша в своем деле. Знаю. У меня за плечами десятилетний опыт, и мне это легко дается. Но во многом моя сила в том, что люди меня недооценивают. Даже мои сестры порой забывают, что я, как и они, веду свою игру. Скажи я им, что собираюсь встретиться с Афродитой лицом к лицу, они бы до смерти за меня испугались.

А Эрос верит, что я могу справиться сама. Без колебаний, без сомнений. Его уверенность опьяняет сильнее, чем алкоголь. Благодаря этому чувствую себя смелой, безрассудной и дикой.

Именно поэтому мне нужно ограничить секс между нами.

– Эрос, пожалуйста, – говорю шепотом. Если он способен всего за день выбить меня из колеи, то стоит нам несколько недель спать рядом – спать друг с другом, – и у меня будут серьезные неприятности.

– Ты сама начала переговоры. – Он продолжает водить пальцами по моим запястьям в легчайшем прикосновении. – Хотя, должен признаться, ты смущаешь меня. Я слишком тебя хочу, чтобы не согласиться на твои условия.

Позволить ему соблазнить меня – ужасная мысль, тем более что он уже пошел на попятную. Будь я умна, воспользовалась бы ситуацией, получила порцию удовольствия, а завтра продолжила бы соблюдать разумную дистанцию между нами.

Я не знаю, чего хочу.

Лгунья.

Не обращаю внимания на голос разума. О завтрашнем дне потом побеспокоюсь. А сейчас вся дрожу, и множество эмоций разрывает меня. Я хочу чувствовать, забыть, ненадолго перестать существовать. Все