Колдовское зелье - Энн Мэйджер

— Это приглашение остаться здесь, вместе с Хуанито?

— Это предложение, — поправил Рейф.

— Значит, больше ты не злишься на меня?

— Когда я злюсь, гораздо хуже приходится мне самому, — признался Рейф. — Ты ведь знаешь.

— Долго же ты медлил с предложением. Сейди уже шесть лет.

— В первый раз ты отказала мне, разве не помнишь?

Ее прекрасное лицо стало печальным.

— Я оскорбила тебя и теперь сожалею об этом. Я не хочу, чтобы такое повторилось.

— Я не могу жить без тебя, — просто проговорил он. — Не знаю, что я пытался доказать последние несколько недель?

— Мы оба слишком упрямы. И сделали много ошибок. Не так-то просто кому-нибудь поверить.

Рейф приподнял их скованные запястья и поцеловал лиловые синяки на руке Кэти — последствия их страстной и продолжительной любви.

— Ты шла на огромный риск, воспользовавшись наручниками, когда я был в бешенстве, — заметил Рейф. Смелость он ценил выше остальных качеств.

— Мне пришлось заставить тебя понять собственные чувства. Но еще больше я рисковала бы, ничего не предпринимая и видя, как мы отдаляемся друг от друга. Любовь ранит... но нелюбовь ранит еще больней. Мне все равно, взял ли ты деньги у Арми. Я не выдавала тебя ему в Мексике. С прошлым покончено.

Рейф отстранился.

— Подожди минутку! Я никогда не брал у Арми ни цента.

— Но он говорил мне...

— Он приказал избить меня и бросил деньги рядом со мной в грязь. Но я не прикасался к ним.

— Что же с ними стало?

— Откровенно говоря, я никогда не вспоминал об этих деньгах. Даже позднее, когда они пригодились бы мне...

— Арми сказал, что с помощью этих денег ты и начал свое дело.

— Нет, я занял деньги у Вадды после того, как она вышла замуж за Майка.

— Расскажи про Майка и Вадду.

— Он был ее телохранителем. Она влюбилась в него так, как ты в меня. Но Майк не хотел жениться на ней — потому что был уверен: все вокруг станут считать, что он просто использует ее. Но Вадда умеет добиваться своего.

— Как я.

— Знаю.

— А еще я больше всего хочу быть у тебя последней.

— Последней?

— Да, твоей последней женщиной, глупый.

— Твое желание уже исполнилось. Для меня ты — все: и моя жизнь, и моя любовь.

— Знаешь, что я тебе скажу? До сих пор я не верила в колдовство. Но теперь, кажется, начинаю верить. Все дело в снадобье, которое Пита подмешала нам в шампанское.

— Снадобье Питы нам не понадобилось. Ты околдовала меня в первую же ночь, когда перебиралась через стену.

— Значит, тебя заворожила моя нога?

Рейф поцеловал ее в тонкую бровь.

— Меня заворожила вся ты. Я люблю тебя. И всегда буду любить.

— Полагаю, наши сражения на этом не закончатся.

Рейф улыбнулся.

— Пожалуй, нам следует держать наручники наготове, на всякий случай.

Кэти сверкнула дразнящей улыбкой.

— Да, они неплохо помогли нам.

Рейф привлек ее к себе.

— Почему-то мне кажется, что самое главное только начинается.

Он знал, что говорит правду, понимая: с каждым днем он будет любить ее все сильнее — точно так же, как она будет отвечать на его любовь.