Я – хранитель света! - Викки Латта

– Раз ты тоже так считаешь… – неожиданно произнес Стилл и… наклонился ко мне с явными поцелуйными намерениями.

Но я, уже наученная горьким опытом его проверок и провокаций, уклонилась, подставив вместо губ раскрытую ладонь. И на удивленный взгляд Стилла, который прикоснулся к руке губами и отпрянул, ответила:

– Знаешь, ты так часто ставил эксперименты, пытаясь вернуться свою силу, что-то проверить… что нет. Не стоит.

Вновь повисла тишина. Не гнетущая, а с привкусом осени. Когда остаются лишь воспоминания и сожаления об ушедшем лете.

– Я дурак… – вдруг выдохнул Стилл.

– Это вопрос или утверждение? – уточнила я.

– Скорее констатация факта. Я так верил, что ты мне изменила, опоила, приворожила, что… не увидел главного.

– Да? И чего же?

– Что постоянно думаю о тебе. Пытался убедить себя, что быть с тобой – нелогично. Это противоречит самой моей сути, ведь всю жизнь я привык полагаться на расчет. А с тобой… все иначе. И сейчас, когда я захотел тебя поцеловать ради самого поцелуя… Я с размаху врезался в результаты своих ошибок.

– За все в этом мире приходится платить. И за свои ошибки тоже. – Я посмотрела в до боли родные глаза, в которых сейчас мне почудились отблески отчаяния и надежды.

– А за какие ошибки расплачиваешься ты, работая на кровавого канцлера? Да еще тебя контролирует его сын? – вопрос как вызов на дуэль.

Я могла от него уклониться, но… не стала. Смысл убегать? Лучше все прояснить здесь и сейчас. Раз и навсегда.

– Это не расплата. Помощь. И ты тоже помогал Мору. Вместе мы предотвратили угрозу войны.

– Расскажи, – не требование, но просьба. Столь непривычная для того, кто привык приказывать.

Я вздохнула и начала говорить. Все с самого начала. С того дня, когда я очутилась в гостиничном номере Стилла и случайно забрала его дар. А потом о библиотеке, где мы в поисках заклинания, чтобы обменяться дарами, стали невольными свидетелями встречи ликвидатора и заказчика. О том, как Дэн меня спас, буквально в последний миг сняв с жертвенного алтаря. О том, как шантажировали самого канцлера, и о пропавшей Лирин…

Когда я закончила, то чувствовала себя выжатой как лимон. Я сидела на откидной лавке, опустив плечи, и смотрела на пол и только на пол. Так было легче и проще.

Мне вдруг все показалось настолько мелким, безразличным… Наверное, я просто сдалась под натиском обстоятельств. Хотелось еще что-то сказать, добавить, но сил не было. Слова застряли в горле и не находили выхода.

Захотелось отмахнуться от всего: себя, этой ночи, Дэна, жизни… и уйти прочь, туда, где всегда темно и спокойно… Какой смысл в этом разговоре? В моей правде? Не хотелось больше тратить энергию на бесполезные слова и эмоции… Они никому не нужны…

– Ты мне нужна… – прозвучало вдруг.

И Дэн обнял меня. А показалось – закрыл от всего мира. Как бывало тогда, в прошлой жизни, когда он все помнил. И, кажется, любил…

– Я не смогу помочь вернуть тебе силу. У меня самой сегодня магомер показал ноль…

– К демонам дар. Даже если у меня его никогда больше не будет – плевать! Я понял сегодня, что смогу с этим смириться. Но смириться с тем, что в моей жизни больше не будет тебя, – это выше моих сил, Ники. Может, попробуем начать все сначала. Клянусь, больше никаких экспериментов и лжи…

– Я уже не верю…

– Я бы тоже себе не поверил. Но прошу…

Дэн чуть качнулся вперед. Я не успела отстраниться, и… наши губы встретились. Привкус апельсиновой цедры и бренди, сумасшествия и надежды – вот какой он был у этого поцелуя. Нежность и безумие. Словно в первый раз. Дэн притянул меня к себе, обнимая. А затем его рука скользнула чуть выше, по ложбинке спины, к основанию шеи, чтобы зарыться в моих растрепанных волосах.

Кто мы, где находимся, что нас ждет… Сейчас все это было неважно. В этом миге мы оба забылись. Утонули.

Прикосновения губ Дэна к моей коже. Они были полны обещаний и искушения. И я тонула в его ласке. Хотелось лишь одного – касаться и чувствовать, как тело Стилла отвечает на эти прикосновения. Как бешено бьется его сердце под моей ладонью, как становится хриплым дыхание, а глаза сверкают сумасшедшей радостью.

Да я и сама была безумна. И в этом порыве безумия укусила Дэна за нижнюю губу. Он рвано выдохнул и рывком усадил к себе на колени.

Я ощутила то, как напряглось сильное мужское тело, как проступил рельеф мышц, руку, что поднималась по моему бедру все выше…

– Дэн, – произнесла надсадно.

– Ники, ты мое безумие, – выдохнул Стилл, с трудом оторвавшись от меня.

Эта секундная передышка вернула меня в здесь и сейчас. Я вдруг вспомнила, где мы и как здесь оказались. И что еще немного – и этот поцелуй закончился бы совсем не невинно. Да что там закончился. Он и сейчас был уже далек от целомудрия! Почувствовала, как краснею.

Дэн посмотрел на пунцовую меня, будто все прекрасно поняв без слов, заправил выбившуюся прядь за ухо и хрипло произнес:

– Ники… Я был беспросветным дураком…

– И только? – я вскинула бровь, стараясь перевести серьезный разговор в шутку. Говорить о важном просто не было сил.

– Идиотом, тупицей, напыщенным болваном, который полагался только на логику. И едва не потерял самое важное. Тебя…

Звук чеканных шагов, раздавшийся в коридоре, оборвал слова Дэна, заставив нас обоих напряженно прислушаться.

Сначала это был тихий стук, с которым подметки и каблуки форменных сапог ударяют о каменную кладку. Но затем он начал нарастать, множиться, становясь более отчетливым и напористым.

Сюда явно шел не один офицер. Скорее двое. Нет. Трое. Да, трое.

Шаги звучали, дробились. Стражники приближались. Мне показалось, что я даже смогла различить шелест одежды. Но если эти шорохи были из области догадок, то звон металла, с каким перебирают ключи на связке, точно не померещился.

Шаги оборвались напротив нашей двери. Лязгнул засов. Створка распахнулась и явила двум офицерам и канцлеру благопристойную пару узников.

Мы с Дэном сидели на разных концах откидной скамьи. Весьма усиленно сидели, старательно глядя каждый в свою сторону. Никаких растрепанных волос, смятой одежды. Только предательски распухшие губы могли выдать то, чем мы недавно занимались. Но я усиленно их кусала, дабы скрыть следы преступ… поцелуев.

– Вот, господин Ньюр, этих двоих голубчиков мы и поймали сегодняшней ночью! Боевыми заклинаниями баловались! – с гордостью отозвался пузатый капитан, поправляя