В последний момент - Микалея Смельтзер

Мы отрицательно покачали головами.

— Не веди себя так, словно с Реми у тебя было иначе, — бросил вызов Мэддокс.

Выражение лица Матиаса стало мертвенно-бледным. Затем стало красным, а вена на лбу готова была лопнуть. Он бросил стакан с соком, и тот разбился об пол возле наших ног. Я вскрикнула, вцепившись в руку Мэддокса.

— Не произноси ее имя снова! — прорычал Матиас, тыкая пальцев в Мэддокса. — Она тебя никак не касается!

Он так крепко вцепился в столешницу, что костяшки пальцев побелели.

Прорычав что-то, Матиас пронесся мимо, и я подскочила, когда дверь его комнаты хлопнула.

Мы с Мэддоксом молча стояли, не зная, как себя вести.

Спустя минуту я, наконец, нашла занятие.

— Надо взять тряпку и убрать это.

Казалось, мои слова побудили Мэддокса двинуться.

— Схожу за совком, — пробормотал он.

Вместе мы навели порядок. Молча, погрузившись в свои мысли.

Когда остатки сока были вытерты, я посмотрела на Мэддокса.

— Что это было?

Он вздохнул, выбросив стекла от стакана в мусорное ведро.

— Это Матиас.

— Он довольно взрывной, да? — осторожно поинтересовалась я.

Мэддокс кивнул.

— Он тяжело переживает, — сжал челюсть и отвернулся. Мне отчаянно хотелось расспросить его подробнее, но сдерживала себя. Ждала, когда он сам будет готов рассказать.

— Что с этим сделать? — спросила я, держа мокрую тряпку.

Он забрал ее у меня, держа в другой руке небольшое мусорное ведро.

— Я заберу и положу в стиральную машинку. Который час? — спросил он.

Я вытащила телефон и посмотрела на время.

— Четыре часа.

Он кивнул.

— Мама скоро приготовит ужин. Ей нравится ужинать раньше.

Он направился к двери.

— Матиас придет? — спросила я.

Мэддокс посмотрел в сторону лестницы.

— Вряд ли.

— О, — я нахмурилась.

— Не волнуйся об этом, — пробормотал Мэддокс. — Поверь, он не заслуживает сожаления.

— Но он твой брат, — смущенно сказала я.

— А еще он мудак, — ответил он. — Я люблю этого парня, но даже мне известно, что находиться рядом с ним сейчас опасно.

Я вздохнула, выходя вслед за ним из гостевого домика.

Мы вошли в главный дом через французские двери, которые вели в уютную гостиную. Мэддокс прошел по коридору, а я шла следом. Открыл дверь в прачечную, которая была больше, чем ванная комната в моем доме. Поверить не могла, что люди живут в таких огромных домах. И я знала, что этот дом еще не самый большой.

Он бросил тряпку в стиральную машину и направился на кухню, чтобы выбросить пакет со стеклом и надеть на корзинку новый.

Карен занималась приготовлением ужина, но не задавала вопросов. Для нее это выглядело, словно он просто поменял мусорный пакет. Не задавалась вопросами, почему, и я задумалась, как бы повела себя, если увидела поведение Матиаса. Вряд ли ей это понравилось бы.

— Я могу помочь чем-нибудь? — спросила я, ненавидя стоять без дела.

Карен улыбнулась.

— Было бы замечательно, если бы вы двое накрыли стол.

— Без проблем, мам, — отозвался Мэддокс.

Он указал мне на ящик со столовым серебром, пока доставал тарелки.

Несмотря на то, что Мэддокс сказал, я заметила, как он подготовил место для Матиаса.

Эзра неторопливо вошел на кухню как раз в тот момент, когда мы закончили.

— Привет, — поприветствовал он, обнимая меня за плечи. — Не знал, что ты присоединишься к нам.

— Твоя мама меня пригласила, — сказала я.

— Мама в восторге от того, что дома появилась девочка, — пошутил Эзра.

— Перестань, — шикнула Карен.

Он усмехнулся и сел.

— Папа звонил, предупредил, что задержится.

Она нахмурилась.

— А мне не звонил.

Эзра подпер голову рукой, поставив локоть на стол.

— Он сказал, что звонил. Ты же так увлекаешься готовкой. Вероятно, просто не слышала.

Карен сунула руку в карман и достала блестящий телефон, похожий на тот, что мне подарил Мэддокс.

— О, верно, — рассмеялась она.

Эзра покачал головой.

— Не знаю, почему мама не доверяет мне, — обратился он ко мне.

— Может, потому что ты лгал, когда тебе было десять, — хмыкнул Мэддокс, отодвигая для меня стул и присаживаясь рядом со мной.

— Это было девять лет назад, — смутился Эзра. — Ей следовало восстановить веру в меня.

— Она стоит прямо здесь, — откликнулась мама, ставя на стол блюдо с запеканкой.

— Прости, — Эзра опустил голову. Хоть ему уже было девятнадцать, он явно уважал свою маму и вел себя в ее присутствии, как маленький мальчик.

Она закончила расставлять блюда на столе и к тому времени, как села за стол, в доме раздался громкий мужской голос.

— Простите, я опоздал!

Я увидела высокого, красивого мужчину, входящего в комнату. На нем был надет хороший костюм. И когда я говорю «хороший», я подразумеваю по-настоящему хороший костюм. Темные волосы коротко подстрижены, среди них виднеются несколько прядок седых волос, а лицо гладко выбрито.

Мужчина вздрогнул, когда увидел меня, поставил портфель у арки на пол. Ослабил галстук и улыбнулся.

— Я не знал, что у нас гости. Я — Пол, — мужчина протянул мне руку.

— Эмма, — ответила я, приняв его руку.

Он ласково улыбнулся и посмотрел на Мэддокса.

Парень заерзал на стуле, но ничего не сказал.

— Смею предположить, что она не просто так с улицы забрела… — Пол замолчал, ожидая реакции Мэддокса.

Могу поклясться, что он покраснел, но я едва заметила это.

— Она — моя девушка.

— А я-то думал, что ты нам все рассказывал, — Пол похлопал Мэддокса по плечу, направляясь к жене, что сидела во главе стола. Мужчина наклонился и поцеловал ее в щеку, прошептав что-то на ухо. Занял пустое место напротив нее и обратился к Мэддоксу. — Я всегда знал, что ты первым попадешься.

Эзра фыркнул.

А Мэддокс попытался скрыть улыбку.

Я чувствовала себя так, словно что-то пропустила.

— Простите, — я непонимающе смотрела на Пола, Эзру и Мэддокса.

— Я всегда знал, что Мэддокс влюбится первым, — с легкостью ответил Пол.

Если бы у меня во рту была вода, я бы ее выплюнула.

— Что? — ахнула я.

Пол пожал плечами.

— Просто говорю, что вижу.

Уверена, что стала бледной, как Каспер — дружелюбное приведение.

Любовь?

Мэддокс не любил меня.

Это невозможно.

Мы знакомы всего месяц. Этого недостаточно, чтобы влюбиться.

Я сидела, качая головой. Мой аппетит внезапно улетучился.

Мэддокс простонал рядом со мной.

— Спасибо, папа. Ты пришел и напугал ее до смерти, — посмотрел на меня. — Дыши, Эмма.

Дышать? Как это?

О, точно, это когда вдыхаешь кислород.

— Она же не упадет в обморок? — прошептал Эзра. — Может, брызнуть на нее водой? Кажется в фильмах именно так и поступают