Она – моя, и Ты тоже! - Мария Мендес

Немного расчувствовалась, но сразу беру себя в руки, чтобы не испортить макияж.

Маша тоже тронута моим образом, её глаза блестят, а это значит, что я выгляжу достойно. Так и стоим, взявшись за руки, улыбаемся. Обе не можем поверить, что этот день наступил.

Мия вместе с детьми Руслана и Маши, за ними приглядывают няня и мама Маши, поэтому я совершенно спокойна за дочку.

Машина внизу нас уже ждёт, пора выходить. Посмотрев в последний раз в зеркало, беру букет и уже делаю шаг в сторону двери, как в дверь звонят.

Переглядываемся с Машей, а после она вопросительно смотрит на меня. Я же пожимаю плечами и подхожу к двери, открываю, и из моих рук сразу выпадает свадебный букет.

— Что ты здесь делаешь? — с ужасом задаю вопрос мужчине, которого не видела больше четырёх лет. Господи, не могу поверить, что он меня нашёл.

— Я пришел забрать свою дочь!

Холодный голос озвучивает те слова, которые тут же сбивают меня с ног. Хватаю одной рукой ручку двери, чтобы устоять, и заикаясь отвечаю ему.

— Он-н-на н-н-не твоя. — сердце стучит на износ, когда он прерывает меня и стальным голосом чеканит громко, каждое следующее своё слово.

— Она — МОЯ, и ТЫ тоже! — а после спокойно добавляет, — если конечно ты и дальше хочешь быть рядом с моей дочерью.

— Рома, какого чёрта ты тут делаешь?!

Маша вступается за меня, отводит от двери и, будто меня это может спасти, прячет за спину. Рома спокойно проходит вперёд и с презрением осматривает квартиру, где мы с моей дочкой жили всё это время.

— Маша! — в квартиру следом заходит Руслан. Видно, что он чертовски зол, вот только почему, не могу понять. — Выходи, мы уходим!

— Руслан, о чём ты говоришь?! Ты разве не видишь, что тут происходит? Как ты можешь…

— Я сказал, мы уходим! Дома поговорим! — он хватает Машу за предплечье и под непонимающий взгляд жены силой забирает её.

Господи, что происходит?!

Я схватила телефон и хотела позвонить Игорю или в полицию, не знаю даже куда первее, но Рома выхватил у меня телефон. Мучил меня, грозясь, что заберёт Мию. Сволочь, ненавижу его. Оказывается, он подкупил людей из садика, и те достали ему необходимый материал для теста днк. И теперь он точно знал, что Мия его.

— Не стоит лить слёзы напрасно. Считай, что я тебе даже сделал одолжение. — Спустя час он заявляет.

— Что ты несёшь?! У меня свадьба сегодня должна была быть!

— Мы оба знаем, что ты его всё равно не любишь. Зачем ты обманывала несчастного ромео?! Он в отличие от тебя не притворяется и искренне влюблён в тебя, — скучно, но довольно уверено заявляет, будто знает обо мне всё.

— Да что ты вообще можешь знать, о том кого я люблю, а кого нет?! — впервые злость берёт надо мной верх, и я повышаю свой голос, не сильно громко, но достаточно, чтобы он понял, что я на пределе.

— На самом деле мне плевать на твои чувства. Можешь любить, кого угодно, можешь не любить, мне всё равно. Но! Если ты хочешь и дальше воспитывать мою дочь, ты знаешь моё условие.

Я закрыла лицо руками и затряслась от плача. Он ведь не шутит, сделает именно так, как и говорит. Не пожалеет ни меня, ни нашу дочь, он просто заберёт её у меня. А я этого просто не переживу.

— Ром, ну зачем мы тебе? Ты моей дочке свою фамилию не дашь, я тебе точно не нужна, ты об этом ещё в прошлый раз мне дал ясно понять. Прошу, отпусти нас. Ещё не поздно всё исправить. Я вернусь к Игорю, он простит меня и примет обратно. Только отпусти.

Холодные глаза неотрывно смотрели на меня всё это время, пока я говорила и умоляла всем своим видом, чтобы он отпустил нас. Но никакой реакции я не получила в ответ. В какой-то момент мне даже показалось, будто его забавляют мои страдания, ведь он даже бровью не пошевелил и не проявил хотя бы минимальное сострадание. Не попытался успокоить и не предложил даже стакан воды.

Пользовался, не стесняясь, моей беспомощностью, и угрожал забрать мою дочь, которую я выносила и родила одна в богом забытом месте, чуть не отдав при этом душу небесам.

Как я могла полюбить такого бесчувственного и жестокого мужчину? Как вообще не увидела в нём его деспотичный характер? Как я позволила ему подпустить к себе?

Эти вопросы мучили меня не одну ночь и не один год точно.

С самого начала ведь чувствовала, что не стоит ему доверять, но моё глупое сердце отказывалось слушать разумные доводы, которые приводил ему мой разум. И за это я позже расплатилась сполна.

— Я тебе уже сказал и ещё раз повторю, если хочешь уйти, уходи. Я тебя не держу, но дочь — моя. Её я тебе не отдам.

— Какой же ты… — хотела добавить слово «мерзавец», но меня резко прервали.

— Следи за языком, девочка! Ты скрывала от меня мою дочь больше трёх лет! Скажи спасибо, что я ещё по-хорошему пытаюсь с тобой разговаривать! — жестко процедил, наступая на меня с каждым словом всё ближе.

Это были первые эмоции, которые он проявил за весь этот вечер.

— Ты знал о ней! — вдруг выпалила я, вспомнив рассказ моей подруги, когда она чуть не рассказала Роме о нас с Мией. — Ну, или как минимум догадывался о ней, но так и не пришёл за ней тогда. Что сейчас изменилось? Почему именно сейчас, когда моя жизнь начала восстанавливаться, после того, как ты её разрушил.

Я начала отступать по мере его приближения и мягко ударилась спиной о стену, когда некуда было больше отступать. Он начал поднимать руки, а я зажмурилась и быстро закрыла рукой лицо. Я испугалась, подумала, что он хочет меня ударить, но как оказалось, он лишь упёрся одной рукой в стену, параллельно моей головы, а второй нежно приласкал мою щёку.

— Не бойся, — обманчиво спокойным голосом заговорил он, когда я от удивления убрала руки и открыла глаза.

Я смотрела на него и не могла узнать. Он так сильно изменился. Ещё больше возмужал. От него веет властью и вседозволенностью, удивительно, но раньше я всего этого не замечала.

Я раньше так скучала