Умница для ректора - Алина Панфилова

— Амелия, меня!

— Я! Орланд, впиши первым номером!

— А можно меня дважды? Вдруг один комплект не дойдёт?

— Про меня не забудь!

Гомон был таким громким, что я зажала уши и крикнула что есть мочи:

— Остановитесь!

Сработало!

Старшекурсники притихли, а я выпалила так быстро, чтобы меня никто не успел перебить:

— Куда я вас запишу? У меня нет ни бумаги, ни ручки! Перед последним занятием принесите мне список от каждой группы, договорились?

— Только смотри! — погрозил мне пальцем один из верзил, который больше всего был похож на боевика, чем на трансфигуранта. — Не передашь — подвешу на воротах за шкирку и запрещу тебя снимать.

Месяц назад, эта угроза возымела бы должный эффект. Однако после упорных попыток мачехи выдать меня замуж за Пинча и сложной ситуации с ректором, запугивания от студентов были сущей мелочью.

— Передам-передам, — заверила я всех, пробиваясь к выходу. — Честно-честно! Несомненно!

Выбравшись в коридор, я выдохнула с облегчением. В голове царил хаос, мысли разбегались в разные стороны, как тараканы под веником. Прохладный ветерок приятно остудил разгорячённую кожу, и я в приподнятом настроении поспешила на первую пару.

Весь учебный день я ловила на себе пытливые взгляды, а стоило прогреметь последнему сигналу, наспех сунула учебники в сумку и побежала по уже привычному маршруту, сжимая в руке список имён и фамилий.

Остановившись перед дверью с табличкой «Ректор А.Роут», я почувствовала, как сердце колотится в предвкушении. Если раньше Аррэн одним взглядом внушал в меня страх и трепет, сейчас же всё внутри сладко сжалось, ожидая новой встречи.

— К вам можно?

— Заходи, — благостно кивнул мне ректор, обложившийся кипой бумаг, да так, что из-за высоких стопок я видела лишь его глаза и лоб.

Я быстренько просочилась внутрь, прикрыла за собой дверь и, преодолев расстояние до стола, положила на свободный край списки студентов.

— Разрешение на проход в преподавательскую секцию уже у библиотекаря, — не отвлекаясь от своего занятия, произнёс Роут. — Поторопись, чем скорее с этим закончим, тем будет лучше для всех.

По какой-то причине его слова отозвались горечью в моей душе. Каюсь, я уже начала привыкать к нашему тесному общению с главной Академии Крэйвен, и часть меня не хотела возвращаться к прежним отношениям.

Которых, по сути, и не было.

— Позвольте вас отблагодарить за то, что заступились за меня перед мэром, — я нашла в себе силы на искреннюю благодарность.

— Что ж, — помедлив, Аррэн поднялся на ноги и с наслаждением потянулся, разминая крупные мускулы, подчёркиваемые светлой рубашкой. Обогнув стол, он поравнялся со мной и насмешливо произнёс, — давай, Амелия, благодари.

Глава 16.3

Благодарить?

Но как?

Я растерянно подняла глаза, встретившись с его дерзким взглядом. Скользнула чуть ниже — по прямому носу, чувственным губам и мужественному подбородку. Ещё ниже — по шее, отметив дёрнувшийся в предвкушении кадык, к загорелой груди, виднеющейся в расстёгнутой на верхнюю пуговичку рубашки.

Горло пересохло и жгло огнём. Я шумно сглотнула под тихим, но различимым смешком, и тут мне в голову пришла отличная идея!

Ноги сами вынесли меня вперёд, и я встала почти к нему вплотную. Двумя руками обхватила крепкую и тёплую ладонь Аррэна и с чувством её потрясла.

— Спасибо вам, господин Роут! Вы — чудо!

Ректор уставился на меня с искренним непониманием в глазах. А рукопожатие всё продолжалось, и я не могла остановиться, хотя искренне пыталась.- И это всё?

— Нет! — в моём голосе прорезался испуг, глядя, как брови сходятся у переносицы, а в тёмных глазах загорается огонь. — Спасибо за всё, что вы сделали для меня!

— Я не на это рассчитывал, Амелия, — произнёс он слегка обиженно.

Я затрясла ещё усерднее, громко восклицая:

— Огромнейшее спасибо! Просто спасибище!! Нереальное!

— Хватит. Иди уже, — низким, угрожающим голосом прошипел Аррэн Роут и попытался выдернуть ладонь из моих цепких пальцев.

У него это получилось. Но со второго раза.

— Да, — пискнула я, пятясь к двери. — Пойду.

— Вот и иди! — прорычал глава Академии Крэйвен, и я поспешила удалиться. — Шевелись давай!

«А что не так то? — шестерёнки в моём мозгу усиленно крутились, пытаясь понять, что же его настолько разозлило. — Поблагодарила? Поблагодарила. Искренне! С чувством! От всего сердца. Божечки, какие же у него длинные, крепкие пальцы. И ногти ухоженные! Не мужчина, а сказка!»

Эти мысли наводили на меня щемящую тоску. Чем дольше я думала о том, что Роут — потрясающий, и я почти в него влюбилась, тем отчётливее понимала, что чувства с его стороны — это лишь действие привязки.

— Ладно, — выпалила вслух и тут же воровато огляделась вокруг. Вдруг кто подслушивает? — Чем скорее разберёмся, тем будет лучше для нас обоих. Прорвёмся. Точнее, прорвусь.

Библиотекарша Седора Айвуд — усиленно молодящаяся дама, встретила меня неободрительным взглядом, но всё же пустила в преподавательскую секцию.

Я скрылась в проходе между стеллажами под её ворчание на тему «вот при прежнем ректоре такого не было! А этот, конечно, хорош мордашкой, но к работе не испытывает совершенно никакого интереса!»

Прошла до самого конца, вдыхая запах кожаных переплётов, пожелтевших страниц и кисловатых ноток старого лака, которым были покрыты деревянные полки. Свернула налево и на секунду остановилась перед железной дверью с перекошенной табличкой «Только для преподавателей Академии Крэйвен». Ниже, на старом, ободранном клочке бумаги, была приписка от руки: «Студентам вход строго по пропускам за подписью ректора.»

Пальцы сжали круглую дверную ручку, оставляя на светлой коже рыжеватые следы. Дверь со скрипом отворилась, и переступив высокий порожек, я оказалась в святая святых нашей академии.

Многочисленные полки ломились от редких изданий, о которых мечтает каждый уважающий себя коллекционер. Стены были украшены старинными гобеленами с изображениями событий столетней давности.

А в центре помещения стоял длинный письменный стол, покрытый толстым слоем пыли. Не удержавшись, я провела по поверхности пальцем, оставляя яркий след на потемневшей от времени столешнице, и, не удержавшись, вывела «Амелия + Аррэн». Подумав, ради хохмы добавила знак равенства, а справа от него сердечко.

Сердце пропустило болезненный удар, и я быстро стёрла надпись, оставляя на рукаве тёмные лохмотья пыли.

Дело, Амелия. Не трать попусту время!

Я начала с ближайшего к двери стеллажа. Внимательно читала названия книг на корешках, вытаскивала те, что имели отношение к начертательной магии и складывала в стопку на свободном от пыли клочке.

Время летело незаметно. Где-то там, вдалеке, раздался бой главных академических часов. Отстучав пять ударов, воцарилась тишина, а я не проверила и десятой части содержимого