Умница для ректора - Алина Панфилова

«Аррэн придёт за мной? Или один уедет домой? — гадала я, просматривая страницу за страницей под тусклым светом старенькой масляной лампы. — А может, мне остаться здесь до закрытия и переночевать в своей комнате? Как раз скоро должна вернуться Кайли, и он уже не сможет запросто ко мне вломиться?»

Я просидела до семи вечера судя по бою часов. Роут не появился и не прислал мне никакой весточки. От пыли чесались глаза, кожа пересохла, а подушечки пальцев почернели от старой типографской краски. Спину нещадно ломило, руки отваливались после таскания стопок книг по секции.

— Нет, на сегодня точно хватит, — я решительно захлопнула один из справочников, когда поняла, что трижды прочитала содержимое страницы, и не запомнила ни единого слова.

Потратила ещё с десяток минут, возвращая все книги на полки, а когда вышла в основной зал, то библиотекарши на месте не было.

Оставлю ей записку.

Я подошла к её столу, обогнула справа и села в её старенькое, но мягкое кресло. Увидела слева чистый листок бумаги, взяла карандаш и нацарапала:

«Студентка Амелия Орланд, уход в семь пятьдесят пять. Завтра продолжу.»

Придавила листок тяжёлой резной чернильницей, и уже была готова уйти, как взгляд зацепился за одну из книг.

На краю стола лежал учебник по начертательной магии, такой же как у меня. Но что-то с ним было не так.

Глава 16.4

Забыв про то, что библиотекарша может вернуться в любой момент, я схватила увесистый томик и плюхнулась в её кресло. Глаза внимательно осмотрели обложку: вроде бы ничем не отличается от моего учебника. Название то же, цвета шрифта такие же. Правда, не настолько яркие и свежие, как здесь, но всё же…

Смутная догадка пролетела в моей голове падающей звездой и тут же бесследно исчезла. Червячок упрямства неистово свербел, повторяя: «Возьми домой и сравни со своим. Это же не старинный фолиант, таких учебников в академии сотня! Пропажи никто и не заметит.»

— И то верно, — я решилась на мелкое воровство.

Правда, успокаивала себя мыслью, что завтра верну его туда, откуда взяла.

«Не своровала, а позаимствовала,» — проговаривала вновь и вновь, до тех пор, пока не вернулась в главный корпус и не встретилась на лестнице с ректором.

Аррэн выглядел уставшим. Не сдерживая долгого зевка, он махнул рукой в сторону ворот и, потерев глаза, тихо пояснил:

— Преподаватели уже разъехались по домам, Иви ещё днём забрала мать, поэтому можем вместе выйти за ворота. Пройдём пару кварталов и поймаем свободный экипаж.

— Как скажете, — согласно кивнула я, решив пока умолчать о взятом учебнике.

Зачем раньше времени вселять надежду?

Тем более, к вечеру распогодилось. Небо было ясное, воздух слегка потеплел, и колкий мороз ненадолго исчез. Снег влажно переливался под светом фонарей по обе стороны от тротуара, а лёгкий ветерок доносил до нас соблазнительные ароматы выпечки и пряного горячего глинтвейна.

Аррэн взял у первого же торговца в расписном вагончике два стаканчика из плотной бумаги и протянул один мне:

— Держи. Этот тебе можно, он безалкогольный.

— Господин Роут, — весело улыбнулась я, обхватив ладонями тёплые картонные бока. — Я уже четыре года как совершеннолетняя. Мне можно всё.

— Разве? — хмыкнул он, сделав небольшой глоток. Губы налились краской, а глаза дерзко заблестели. — А ведёшь себя как неразумный подросток.

— Вы меня плохо знаете, — картинно надулась я, радуясь, что он не замыкается в себе, а идёт со мной на диалог.

— К сожалению, всё знать невозможно, — задумчиво протянул он.

А я нахмурилась, снова и снова прокручивая в голове эту фразу. Мне показалось, или его слова звучали весьма двусмысленно?

Пока я пыталась разгадать тайный смысл в его интонациях, Аррэн остановил едущий по улице экипаж, назвал адрес возничему, а сам пропустил меня в пахнущий свежей кожей салон.

Поездка прошла в молчании. Мы оба уткнулись в свои стаканчики, стараясь растянуть вкуснейший глинтвейн до самого конца поездки. В какой-то момент я поймала себя на том, что жидкости уже не осталось, и я то и дело прикладывала к губам пустую тару.

— Что будешь на ужин? — напряжённую тишину прорезал ректорский голос. К этому моменту мы уже успели выйти из экипажа и почти дойти до крыльца.

Я шла следом и, пользуясь моментом, любовалась широкой спиной ректора, обтянутой его излюбленным утеплённым камзолом. На тёмные волосы падали пушистые снежинки, которые он непринуждённо стряхивал ладонью.

— Что-нибудь на ваш вкус, — поспешно ответила ему, когда поняла, что пауза уже неприлично затянулась. — Я кое-что нашла в библиотеке и хочу подняться в свою комнату. Вы же не против?

— Нет, — как-то печально улыбнулся Роут, включая свет в гостиной. — Но если тебе понадобится моя помощь, я буду внизу.

— Главное, не выходите полуголый из ванной, — глупо пошутила я и тут же убежала, чувствуя, как щёки заливает предательская краска.

«Что за бред ты несёшь, Амелия? — распекала себя на все лады, пока топала по ступенькам. — Лишний раз напомнила ему про то, за что тебе до сих пор стыдно!»

Коварная память выхватила не только бугрящиеся мышцы, перекатывающиеся под влажной кожей. Закрыв глаза, я как наяву почувствовала тот жгучий, неистовый поцелуй. Ощутила прикосновение широких ладоней, скользящих по моей спине. А кончики пальцев будто снова дотронулись до…

— Амелия! — прикрикнула на себя, радуясь, что здесь одна. — У тебя есть дело!

Точно! Учебник! Я достала из сумки пухлую книжку по начертательной магии, положила рядом свой экземпляр и принялась тщательно сравнивать их внешний вид.

— Название совпадает, — бормотала про себя, водя ноготком по гладкой поверхности. — Цвета да, но здесь уже от типографии зависит.

Открыла их на титульных листах.

— Министерство образования… одобрено… ага… ага… авторы… чертежи… типография…

Я пытливо изучала и сравнивала начала у обоих книг: может быть, мне лишь показалось?

Но вот, стоило перелистнуть страницу, как я увидела длинное содержание, напечатанное мелким шрифтом. Совпадало всё… Почти.

— Да быть не может! — охнула я, когда увидела, что одна строчка всё же различалась.

Быстро долистала до загнутой страницы. На втором учебнике сделала то же самое.

И уставилась на совершенно разные чертежи.

«Сокрытие физического присутствия,» — было написано в моём.

А вот в другом было иное.

«Раскрытие физической привлекательности.»

Глава 17.1

Как это может быть?

В типографии произошла ошибка?

Но каждая партия проходит тщательный осмотр! Сначала проверяется специальным артефактом, затем подпись ставит глава печатного дома, потом повторная проверка уже в академии и вторую подпись ставит сам ректор.

Глаза невольно перечитали название чертежа: «Раскрытие