Прощальный танец - Мира Ризман

Как бы нелепо это не звучало, но он оказался прав. За свадебным столом все только и сочувствовали Рошу.

— Когда в спину дышат прохиндеи из Тёмного царства, уже не грех и полезными узами себя связать, — рассуждали сэйлы. — Как бы и других дочерей не пришлось за иноземцев выдавать!

— Плохо, когда так много дочерей! — сетовали родственники. — В тяжелые времена приходится спасаться браками. И уже не до выбора.

Были даже те, кто не постеснялся подойти и к Сарояне!

— Тяжело вам пришлось! Пожертвовать дочь ради нашего Царства демону. Не каждый бы на такое решился!

От подобных речей матушка покрывалась довольным румянцем и уже куда более благосклонно взирала на стол новобрачных. Рениса только диву давалась, как всё быстро изменилось! С утра порицаемая всеми блудница, а к вечеру уже героиня-спасительница!

— Моя леди довольна, как всё обернулось? — поинтересовался Аулус.

— У вас, несомненно, талант, — признала Рениса. — Правда, меня уже изрядно утомил этот спектакль.

— Не терпится увидеть новый дом? — поддел её Аулус.

— И это тоже, — не стала скрывать она, устало оглядывая торжественный зал.

Гости потихоньку начинали разбредаться по дому и собираться в группы для игр и важных разговоров. До молодожёнов уже почти никому не было дело, разве что оставшимся за столом кумушкам, не упускающим возможности всласть перемыть всем знакомым косточки. Рядом не оказалось даже матушки и отца — дальние родственники вместе с царевичем пожелали прогуляться в саду. К ним сразу же присоединился Рамисар — пора было налаживать полезные связи. Сестры ушли играть, и даже Главная Жрица куда-то испарилась.

— Пойдёмте. — Аулус предложил ей руку, и Рениса тут же вскочила. Она без вопросов последовала за ним, и с ещё большей радостью остановилась возле большого зеркала в холле. Как хорошо быть демоном — можно открыть портал почти в любом месте! И ей не придётся трястись через полстраны в экипаже.

Аулус принялся чертить какие-то руны на зеркальной поверхности, и ту тут же заволокло сизым туманом. Дождавшись, когда дымка начнёт окутывать раму, он шагнул внутрь и потянул за собой Ренису. Краткий миг, за который даже и вдоха не сделать, и вот они уже в незнакомой комнате.

Рениса с любопытством огляделась. Увидев заправленную алым покрывалом кровать с резными спинками и балдахином, она сразу поняла, что её привели в спальню. Комната была очень милой и светлой: на стенах похожие то ли на огненных змей, то ли на саламандр, ящерицы складывались в замысловатый ажурный рисунок, с белоснежного потолка свисала большая ажурная люстра. Помимо кровати, здесь ещё находились пузатый комод на изогнутых ножках и туалетный столик с большими зеркалами в дорогой серебряной оправе, а у окна устроились плетёный торшер, пара кресел и небольшая тумба. Помимо прочего из комнаты выходили три двери. Рениса предположила, что за одной спряталась уборная, за другой гардероб, ну а третья — наверняка, гостиная. Что ж, вполне достойные покои для жены.

— Это ведь мои комнаты? — на всякий случай уточнила Рениса.

Аулус кивнул в подтверждении.

— Устраивайтесь, моя леди. День выдался крайне утомительным. Завтра я покажу вам ваш новый дом, но сейчас не стану вас более обременять своим обществом. Если вам что-то понадобиться, просто позовите «Фарис», и мой слуга тут же появиться за вашей дверью.

С этими словами он поклонился и… просто исчез!

Рениса с недоумением уставилась на место, где тот только что стоял, и осознание медленно её настигало. Брачной ночи не будет. Она здесь явно не для этого.

Глава IV. Ветренный день. Рена

Рена:

Третий день месяца белой совы, пятый день после исчезновения короля Дамиана

— Дэлли! Дэ-эл-ли! — настоятельно звал строгий мужской голос.

Раскрасневшаяся малышка в коротком ситцевом платье неуклюже топала по садовой дорожке спеша к нему.

— Я иду, папочка! Иду! — спотыкаясь и чуть не падая, прокричала она.

— Ну скорей же! — нетерпеливо подгонял её отец. Он недовольно цокал языком и то и дело качал головой в знак неодобрения. Очевидно, ему совсем не хотелось так долго ждать.

И вот, наконец, запыхавшаяся малышка остановилась подле него.

— Я тут, папочка! Прости, что задержалась! — прощебетала она, уставившись на своего сурового отца жалобным взглядом.

— Видишь те цветы? — Он кивнул в сторону находившего за его спиной цветущего шиповника. — Собери сотню и отнеси в мою лабораторию!

— Папочка, там же колючки! — пропищала малышка, но отец нахмурился и строго воззрился на неё. Бедняжка сразу оробела и, всхлипнув, направилась к кустам, но стоило ей только потянуться к первому цветку, как в спину ей донёсся окрик:

— Стой, Дэлли! Не делай этого!

Малышка с удивлением оглянулась и тут же заулыбалась идущей к ней навстречу красноволосой девочке. Та была заметно старше и носила уже более длинные платья.

— Это опять Дьюри! Наш отец сейчас в библиотеке, я только что с ним разговаривала! — заявила она, грозно уставившись на мужчину.

Но тот лишь надломил бровь.

— Дэйми, ну что ты такое говоришь?! — пожурил он девочку. — Я ещё после завтрака отправил твоего брата готовиться к инициации в библиотеку!

— Тогда, может, мне стоит его позвать? — Дэйми надвигалась подобно урагану. — Пусть он наберёт шиповник, чтобы не пришлось потом лечить малышке Дэлли исколотые пальчики!

— Ну так позови! — самоуверенно произнёс мужчина, но в следующий миг от его заносчивости не осталось и следа.

— Дьюри! Где ты, негодник?! — разнёсся по саду грозный бас. — Опять издеваешься над сёстрами?

— Он тут, отец! Опять тебя изображает! — Дэйми торжествующе улыбнулась, тогда как её противник незамедлительно бросился наутёк. — Смотри внимательно, Дэлли, ты когда-нибудь видела, чтобы у нашего отца так сверкали пятки?

Дыхание сбивалось, а в ушах шумел ветер, но, несмотря на то, что шалость в этот раз не удалась, всё равно на губах цвела озорная улыбка.

Громкий стук в дверь вырвал Рену из яркого сна.

— Лорд-канцлер! Срочное донесение!

Вскакивая с постели, она попыталась восстановить рваное дыхание.

— Дайте мне минуту, — чужим голосом прохрипела Рена.

Хватая на бегу халат, она устремилась к зеркалу, однако, завидев своё отражение, оторопело замерла.

В иссиня-чёрной шевелюре Торика внезапно прорезалась алая прядь. Тревога кольнула сердца, но понять и осознать её причины было некогда. Торопливо поправив недочёты, Рена отправилась открывать.

На пороге, кроме слуги, обнаружился посол Гволкхмэй. Взгляд у драконеанина был совершенно дикий, да и сам он выглядел, как никогда взъерошено и нервно.

— Лорд-канцлер, посол