Как (не) стать избранницей драконьего принца - Анжела Кристова

Глава 30. Монстрополигон, магический поток и я

С того дня, когда я второй раз обратилась зверем прошел месяц.

Браслеты на руках держались крепко. Да, признаюсь, первой же ночью я попыталась их снять, и тут же объявился Вальд, с ним Севистел и да, мой фамильяр явился тут же. Все трое посмотрели на меня…

— А что? Я просто попробовать хотела…, — проблеяла овцой, заметив у этой троицы неодобрение в глазах.

— Александрина, — сказал Севистел: — браслеты вам снимать нельзя. Комнату громить нельзя! По крайней мере, год, а может, даже больше. Ты выучись сначала, накопи большой резерв, и не только для полноценного оборота, но и для того, чтобы вернуться в тело человека и сразу сотворить одежды для себя.

— Но я…

— Голышом ходить нельзя! В чешуе являться окружению неприлично…

И я смирилась, но на время, решила четко для себя: меня охраняют, мне помогают и, в общем, ничего мне не грозит пока. Вальд исправно нас с Миртой кормит вечерами, воду греет, убирает пыль и грязь. Наши вещи ждут нас с Миртой в комнате под вечер — выстиранные вещи. Комната убрана, проветрена, заправлена чуть-чуть не так, как оставляла я, постель… all-inclusive, честно! Севистел везде со мной летает. Рули охраняет и таскается за мной. Вальтасар один кажется, ничем не занят, но вот стоило мне попытаться снять браслеты, как он объявился. Значит, тоже бдит.

— Я все поняла…

— Пообещай, что больше не попытаешься снять браслеты.

— Обещаю.

Троица пропадает. Вот точно, привязанные сущности! Я вот… посмотрела на себя. Не исчезаю, правда, в монстра превращаюсь, но с некоторых пор я этим даже горда.

Жизнь моя в новом мире на учебе потихоньку налаживалась. Мне всего-то надо придерживаться правил: ночевать в своей комнате, на занятия ходить, ну и, пожалуй, все! Учеба со скрипом, но уже давалась. Вот только гримуары упорно не желали открываться и я вышла с Миртой «в свет». Свет по местным меркам — это город Кастополис. В небольшом уютном магазинчике письменных принадлежностей я купила тетрадки, блокноты, писчие карандаши. И теперь вовсе не таскала на уроки книги. Я записывала, что могла понять. Каракули выходили у меня ну очень неразборчивыми, но я, высунув от усердия язык, старательно их рисовала. И о, чудо! Через день-два я начала хоть что-то из написанного понимать. Слова сами складывались во фразы. А чертежи, перерисованные с классной доски в мои тетрадки, начинали словно оживать…

Кругом меня творилось волшебство, я это видела и понимала. Огни и огоньки, что упорно не давались мне, упорно загорались у других. Я же чертила и чертила, шептала и повторяла раз за разом, бубнила непонятные слова…

— Когда-нибудь ты подчинишься, — говорила я, подразумевая магию потоков. Потоки я не видела, и как объяснил мне гном Лежо, когда увижу тогда смогу открыть и книгу.

Но уже хорошо, что я точно поняла, где прячется резерв — он на той поляне перед замком, в той луговой траве. И если я хотела, то могла к нему в любой момент обратиться мысленно и напитаться. Вот только куда мне эту магию девать?! Я и так, как полная коробочка — резерв копился, я терпела и, не растратив за день ничего и не поняв, куда всю эту мощь девать, вымотанная засыпала.

Мне снились сны. О моем прежнем мире и о доме, как я иду по улицам родного городка. И я во снах очень хотела вернуться к маме с папой, но как только я начинала об этом думать, так сон кончался. Проснувшись, видела стены комнаты, кровать соседки и часто рядом спящего мантикора. Сторожит меня. А может ему просто удобней спать на кровати?

Заглядывала глубоко в себя и понимала, что я все еще полна. Но сила, что ломилась вечерами сквозь преграды из браслетов, за ночь исчезала. Я грешила на кольца. Кольца, два кольца, их я не снимала никогда, как и просил меня Тарс.

Ну, что еще про первые недели обучения сказать?

Орк Рули в качестве подружки, взгляды в мою сторону от всех вокруг и что странно, каждый раз встречаясь взглядом с преподавателем, последний как пытался поклониться мне и спрятать тут же взгляд. Никак в толк это не возьму, что с ними? Почему? У многих есть тут крылья…но внимание особое ко мне.

Да, монстрополигон меня впечатлил!

Буквально на следующий день после моего обращения в столовой маги академии подлатали стены, потолки, вернули в столовую столы, стулья и посуду, и после обеда первый курс или как называли здесь — поток собрали на огромном полигоне.

— Леди, лорды! — обратился ко всем присутствующим магистр Ринойс. — Сейчас вам продемонстрируют третьекурсники полет дракона. Правильное обращение, сам полет и возвращение в тело человека.

Мы стояли на огороженной высокой и сплошной стеной большой площадке, поверхность ее была усыпана песком. Над головою небо. В вышине летели быстро облака. И меня вдруг так резко потянуло в небо… Внутри, разогревая сердце и легкие огнем, росло огромное желание обратиться зверем и расправить крылья.

«Нет, дорогая, сильная моя, — мысленно обратилась я к драконе. — Давай учиться ладить. А летать уже тогда, когда с тобой договоримся, дорогая».

Внутри меня чуть притухло пламя, на чуть-чуть совсем, но и это был большой успех, и даже показалось, что моя дракона замерла, как слушая меня. И мне показалось, что мое второе «я» наконец послушало меня. Ведь из нас двоих кто-то должен быть как главным. Если обучение наукам в этом мире происходит в теле человечьем, то по сути это я, а не она. В ответ как вздох и сразу понимание и отклик: «да, согласна, но как же хочется летать…учись скорей!»

«Все сбудется, — заверила дракону, — нам главное вновь не наломать чего».

И тут раздался треск и громкий. Я встрепенулась и вытянула шею, заглядывая впереди себя. Отвлеклась я на свою дракону. А между тем Магистр Ринойс отдал команду человеку, что вышел в центр ровной площадки. Мгновение и бах, тот самый треск и свист и вот уже на месте человека оказался внушительного вида красный дракон с раздвоенным хвостом. Четыре лапы, два крыла и голова на длинной шее. Из приоткрытой пасти вырывается дымок…

— Хорош, — раздается рядом голос восхищенной Мирты.

В следующее мгновение монстр расправляет