Все, что от нас останется - Анастасия Тей

А мне казалось эта история совсем не могла быть связана с моим боссом. Могла бы я посчитать его человеком, что пережил что-то страшное? Могла бы я поверить в то, что когда-то он был брошенным ребенком? А можно ли вообще понять это не владея хоть какой-то информацией о прошлом человека? Сомневаюсь. Очень сомневаюсь, что таких людей видно сразу.

— Мать в это время гуляла на деньги отца с разными мужиками. Она приводила их даже домой. Ей… Ей словно было плевать на нас. А я не понимал… Ладно, я. Но маленькая Лара совсем не заслужила этого. Никто из нас не заслужил, — Станислав Олегович оборвал свою речь на пару секунд и открыл окно еще шире. — В тот день мать решила отправиться в тоже кафе тире блядюшник. Я был в школе, а Лара с мамой дома. Отец как всегда работал, так что сестра осталась с матерью. Н-но, когда я пришел домой их уже не было.

На слабых ногах я поднялась с кровати, отставив бокал, и практически на цыпочках направилась в сторону Станислава Олеговича, даже не понимая, зачем вообще я иду. Для чего? Но казалось мне было необходимо его коснуться… Ему. Ему самому было это необходимо.

— Я нашел их в том кафе. Я не особо хорошо помню тот день. Иногда он мне снится. Иногда обрывки всплывают в памяти, но досконально… Я так и не смог вспомнить за четырнадцать лет всего до мельчайших подробностей. — А я замерла прямо за его напряженной спиной, пытаясь набраться смелости и коснуться. — Мать уже насиловал какой-то мужик, а я как сейчас помню то чувство… Мне было плевать. У меня не было и доли сочувствия к женщине, что в криках была прижата головой к столу. Единственная мысль в голове "Лара" и я понесся в сторону туалета. После я несколько раз спрашивал себя… Почему я побежал именно в туалет? Будто знал. Я знал, что она будет там.

Мои глаза стали хрустальными еще на середине истории, поэтому сейчас по щекам и шеи скатывались горячие слезы, что даже несмотря на свежий воздух душили меня. Его слова разгоняли противные мурашки по всему телу. Они заставляли хвататься за волосы и в ужасе округлять глаза. Они будоражили. Вводили тело в животный ужас. Его слова заставляли меня смотреть на своего боса совсем иначе…

— Когда я забежал в туалет… Это был уже не я, Агата. Этот урод рвал одежду на Ларе, которая лежала на жутко грязном и побитом кафеле, громко рыдая. Он хотел изнасиловать ее. С розовой губы капала кровь. Я никогда не забуду тот безумный взгляд, с которым она посмотрела на меня, когда я влетел в туалет. Казалось многие люди так не смотрят даже в глаза собственной смерти, а она смотрела, — и за долгие минуты я вот только сейчас решилась опустить руку на его напряженное плечо, в надежде увидеть глаза Станислава Олеговича. И он обернулся. Обернулся, опустив безжизненно голову вниз. — Я схватил его за футболку и откинул в дверь. Лара тут же вскочила на ноги и я начал нервно исследовать ее тело руками, пытаясь понять, что этот урод успел с ней сделать… Самый длинный шрам был первым, что он оставил. Резкая боль и я взвыл, оборачиваясь назад. Дальше я помню все еще более смутно. Три ножевых ранения и семь порезов, а мне до сих пор сложно понять почему я вообще выжил.

Я опустила ладони на его скулы, стараясь заставить смотреть на меня. И на подушечках пальцев я почувствовала… Черт, я почувствовала соленые слезы на своих руках и эти слезы принадлежали не мне.

— Мне ужасно жаль, Станислав Олегович…, - прошептала я в его хрустальные глаза, а после взгляд опустился на дрожащие губы.

— Это я виноват… Я мог уберечь ее… От больниц, психологов.

А я на секунду соприкоснулся нас лбами и замахала головой, словно в бреду.

Большие пальцы стерли остатки его уязвимости. Я ели ощутимо провела ладонями по его скулам, на которых заиграли желваки, что перекатывались под моими пальцами и вновь заставила его поднять на меня глаза.

— Вы не виноваты, Станислав Олегович. Вы спасли свою сестру. Вы спали ее…

Босс поднял на меня взгляд и в этот момент я поняла, что от моего начальника ничего не осталось, потому что его зрачки застелила неизвестная мне пелена, словно в зеленую радужку напускали клубы дыма. И не знаю почему этот взгляд казалось высасывал из меня весь кислород из-за чего размеренные выдохи стали обрывистыми.

И я нервно отдернула руки от его лица, а желание сказать хоть что-то лишь бы остановить эту затянувшуюся паузу, уже заставляло мой мозг работать в два раза быстрее.

— Должна, кстати, признаться в том, что мое ранимое сердце в полном…

Горячие губы рывком накрыли пересохшие мои и я потеряла равновесие, врезаясь в крепкое тело своего начальника. Привкус перца впитался в нежную кожу, заставляя губы в момент вспыхнуть. Слишком остро он ощущался на всех рецепторах.

Крепкие пальцы стянули темно-русые пряди волос в кулак, а мое сознание начало мутнеть.

Всего на секунду. Казалось на чертову долю миллисекунд его губы коснулись моих. Но пожар на чувствительной коже уже было не остановить. Вместе с ним я не могла замедлить и бешено рвущиеся из грудной клетке сердце. Я не могла вспомнить как дышать.

Станислав Олегович стал далеко так же быстро как и появился рядом. Но до сих пор даже на распашку открытое окно никак не могло проветрить мозги.

Страх собрался в глазах, постепенно перетекая во все тело и я с ужасом подняла взгляд на начальника, не решаясь задать один единственный вопрос.

— Тот поцелуй… Тогда на нас ведь никто не смотрел?

И казалось мы сглотнули одновременно.

— Нет.

Глава 18

Агата

Наверное, еще никогда я не рвалась с такой силой в свой родной город. Домой. Может, потому что у меня больше и не было того места, где я могла бы чувствоваться себя как дома. Не было того места, которое я бы с уверенностью назвала своим домом.

От моего единственного островка спокойствия и бесконечной любви ничего не осталось. Лишь обгоревшие остатки того, что уже совершенно нельзя было разобрать. И все, что у меня было сейчас. Единственное, что убийца так и не смог забрать — воспоминания.

И я бы