Мир Аматорио. Искушение - Мари Мур

– И я знаю Десмонда: я никогда не видел, чтобы ему было с кем-то так хорошо, как с тобой, – продолжает он. – Каким бы ублюдком я не был, но я не желаю зла ни для тебя, ни для моего брата. И если ты думаешь, что совершаешь ошибку – сделай все, чтобы этого избежать. Поверь мне, об ошибках я знаю все.

Песня обрывается, и рядом с нами тут же появляется Десмонд. Я могу лишь смотреть на Кэша в оцепенении. Теперь я понимаю, что в нем есть много всего, чего я, похоже, еще не скоро узнаю.

***

После праздничного фейерверка я и Десмонд прогуливаемся по алее усаженной декоративными деревьями и подсвеченной уличными фонарями. Луна на небе озаряет все волшебным, магическим серебристым сиянием. Наверное, это одна из последних теплых ночей в Бостоне. Скоро наступит октябрь, и принесет вместе с собой унылые тучи.

– Не могу поверить, что еще три недели назад я шел здесь, чтобы набить кому-нибудь морду, —посмеивается Десмонд. – А в итоге встретил Кэша, и мы друг друга отделали.

Я вспоминаю, как братья появились с синяками в академии.

Десмонд смотрит на наручные часы, и его лицо становится хмурым. Понимая, что пора возвращаться домой, мы направляемся к заднему двору. Я замечаю, что у бассейна на лежаке сидит Кэш. Неоновая подсветка отображается в его глазах, когда он поднимает голову и бросает взгляд на нас. Что с ним случилось? Почему он сидит здесь в одиночестве?

– Жасмин, – окликает меня он. – Нам надо поговорить. Наедине.

Поговорить? Я немного шокирована его словами. Поворачиваюсь к Десмонду и вижу, как его темная бровь недоверчиво изгибается. Видимо он, как и я, удивлен предложением Кэша.

– О чем? – спрашивает Десмонд.

– Тебя это не касается, – огрызается Кэш, но тут же мягко добавляет. – Обещаю, что я ее не обижу.

Десмонд напрягается и делает угрожающий шаг, заслоняя меня от своего брата.

– Меня это касается. Запомни это. И если ты думаешь, что я соглашусь оставить Крис с тобой наедине, то…

– Я хочу поговорить с Кэшем. Перестань вести себя, как придурошный собственник, – тихо прошу его я.

Десмонд переводит задумчивый взгляд с меня на Кэша, и на губах Аматорио-младшего расползается его привычная ухмылка.

– Рано радуешься, – раздраженно говорит ему Десмонд. – Думаешь, я изменю свое мнение только потому, что она меня попросила? Не забывай, что последнее слово всегда за мной.

Лицо Кэша становится серьезным, а Десмонд вновь бросает взгляд на часы.

– Я обещал твоему брату отвезти тебя домой после полуночи. Осталось не так много времени, – с этими словами Десмонд оставляет нас наедине.

Улыбнувшись Кэшу, я опускаюсь в соседний лежак и вынимаю из внутреннего кармана пиджака Десмонда, наброшенного на мои плечи, свою сумочку.

– Пока я не забыла, – я достаю из нее бархатный мешочек и отдаю Кэшу. – С днем рождения.

– Только не говори мне, что ты купила дурацкий браслет дружбы, – хмыкает Кэш и, покрутя лед в стакане, ставит виски на пол, а затем с энтузиазмом развязывает шнуровку на мешочке.

– Что это?

Кэш вытаскивает серебряный брелок в виде пазла от мозаики.

– Это брелок. А внутри него дымчатый кварц. Считается, что этот камень приносит удачу твоему знаку зодиака. И есть второй пазл с таким же камнем. Он предназначался Грейс, но… – я замолкаю.

– Но моя сестренка заслуживает того, чтобы засунуть этот брелок ей в задницу, да? – Кэш усмехается.

– Просто передай ей его, хорошо? – я отдаю Кэшу второй мешочек с подарком для Грейс.

– Спасибо, – он приподнимается со своего лежака и намеревается меня поцеловать, но я отстраняюсь.

– У тебя кое-что на лице, – я смотрю на отпечаток губной помады, размазанный на его щеке. – Так, о чем ты хотел поговорить?

Кэш проводит рукой по волосам, а затем опирается локтями на колени.

– Прежде, чем я начну, я хочу знать: про какую ошибку ты говорила?

– Извини, Кэш, но я не хочу говорить об этом.

– Это все усложняет, – Кэш отрешенно смотрит сквозь меня. – Я хотел предупредить тебя.

– Предупредить? Что это значит?

Кэш что-то обдумывает, а затем говорит:

– Два года назад я совершил большую ошибку. Я сделал все, чтобы Ким возненавидела меня, и позволил ей уйти. И я до сих пор не могу простить себя за это. Я не хочу, чтобы вы мучились с Десмондом так же, как мучаюсь я.

– Что именно ты сделал?

На самом деле я давно хочу спросить об этом Кэша. Хочу, чтобы он поделился, что произошло между ним и Кимберли, а не те поверхностные фразы, которыми он отделывался от меня.

– Это я виноват в том, что Ким решила исчезнуть. Когда я просмотрел видео, где она была с Блаунтом на вечеринке – я слетел с катушек. Первым делом я подумал, что она таким образом мстит мне после ссоры. И тогда я отправил ей сообщение…

Кэш опускает голову и с усилием выговаривает слова:

– Я написал ей, что жалею, что не оказался первым в очереди перед Блаунтом, – еле слышно произносит он.

Сжав челюсти, он отворачивается, а я перестаю дышать от его признания. Но когда оцепенение покидает меня, я понимаю, что Кэш позволил мне увидеть его слабым и раскаявшимся. И я не замечаю, как соскальзываю со своего места и сажусь рядом с Кэшем, обхватив его руку своими ладонями.

– Я мог извиниться перед ней… Пока она была рядом… Но не стал. Я жалкий ублюдок, думающий только о себе.

В моей груди собственная боль сменяется сожалением. Я привыкла видеть Кэша самоуверенным, эгоистичным и поверхностным парнем, которому незнакомо раскаяние. Но сейчас передо мной другой Кэш. Измученный чувством вины. И мне хочется найти для него слова утешения.

– Мне очень жаль. Но ты не должен винить себя. Ты написал ей эти слова на эмоциях, – я колеблюсь, а потом продолжаю. – Я тоже жалею, что не сказала родителям в их последнее утро, как я их сильно люблю. Вместо