Дорогая Ава - Ильза Мэдден-Миллз

– Не хочу в школу, – бормочет Дейн.

– Представляю. – Меня радует уже то, что он оделся. Не хочу думать о несчастном мальчишке, сидящем на полу душа. – Как насчет чая с мятой? Заодно поговорим. Ты же сегодня не употреблял?

Так ведь поступают все взрослые: пьют чай и кофе, пока проблемы не уходят сами собой?

Он качает головой, и, несмотря на стеклянный взгляд, зрачки у него нормального размера.

Переодевшись в сухие штаны и футболку, я веду Дейна на кухню и ставлю чайник. Вот бы папа был здесь! Но он в самолете и выйдет на связь только к обеду. А без его помощи не обойтись: если мы хотим уберечь Дейна и при этом проучить Лиама, нам нельзя ошибаться.

Я пишу папе: не объясняю, в чем дело, но прошу срочно мне позвонить. «Никаких следов», – шепчет мне паранойя. У нас нет доказательств, и если мы обвиним Лиама с бухты-барахты, он наверняка переведет стрелки на Дейна и скажет, что это он подсыпал Аве наркотики. Черт, да он и в изнасиловании может его обвинить!

Заварив чай, перебираю в голове все возможные варианты. Передаю чашку Дейну, и тот устраивается за мраморной столешницей, пьет, пока на лицо не возвращается краска.

– О чем думаешь? – спрашивает он. – Хочешь, чтобы я сходил к Аве?..

Вскидываю ладонь. Уж что-что, но видеться с Авой ему точно не стоит. Он и так ходит по грани, и чувство вины витает в воздухе ощутимым туманом.

– Лиам в школе, а мы тут. Вот об этом я думаю. – Отпив, смотрю на него поверх чашки. – Нам нужны доказательства.

Точнее, они нужны мне. Я верю Дейну – верю, что он не трогал Аву. Но он не в себе, и я хочу своими глазами увидеть, что Лиам с ней сделал.

Сжимаю руки в кулаки, а он смотрит на них и кивает.

– Тебя арестуют, если ты на него набросишься. Нокс, они здесь не последние люди. Блядь, да у него отец – мэр! Давай пока не пойдем в полицию? Лучше дождемся папу.

Это так бесит!

– Он говорил про трофеи. Их нужно найти.

Дейн вздрагивает.

– Как? Я не знаю, где он их прячет.

– А где ты прячешь наркотики?

– В спальне. На верхней полке в шкафу, в коробке под свитерами.

Киваю; нужно будет выбросить их, но это потом.

– Значит, поищем у него в спальне. Наверняка тайник там. Его родители на работе. Дома сейчас только повар и горничная, правильно?

Дейн нервно кивает.

– И какой план?

Его не существует; я действую инстинктивно.

– Постучим. Скажем, что ты забыл у Лиама телефон. Почему нет? Они вчера тебя видели, и Лиам ничего не заподозрит: он утром тебе писал, а ты не ответил. – Помолчав, добавляю: –И если мы найдем эти… трофеи, а я подозреваю, что собирает он трусики… – Снова делаю паузу. – Я хочу их увидеть, Дейн.

Тот смотрит на меня: пристально, долго.

– Ты ее любишь.

Молчу. Потом отвечаю:

– Я пытался не лезть к ней.

Ради тебя.

Дейн вздыхает. Утыкается взглядом в чай.

– Только не дай папе запихнуть меня в «Лейксайд», ладно? Мама его ненавидела.

Так называется частная лечебница, где она периодически оставалась.

– Возможно, придется лечь на недельку…

– Нет. Не хочу торчать там один! Лучше снова начну ходить к психотерапевту. – Он сглатывает. – Хоть сегодня пойду. Но только с тобой. Ты мне нужен, Нокс!

Кивнув, выдыхаю; с отцом, скорее всего, придется поспорить, но сейчас нужно заняться завтраком. Быстро готовлю яичницу с тостами, и мы разговариваем. Постепенно Дейн успокаивается: я с облегчением наблюдаю, как он с аппетитом съедает все, что лежит на тарелке.

После этого звоню Сюзи, предупреждаю, что мы сегодня дома, и снова смотрю на брата. Не хочу давить на него, и все же…

– Ты правда хочешь залезть к Лиаму? – спрашивает он.

Киваю.

– Можешь не ходить, если не хочешь.

Он выдыхает.

– Хочу. Может, так еще что-нибудь вспомню. Вдруг… – Он прикрывает глаза. – Вдруг мы пошли за ней вместе?

– Нет, – твердо говорю я и забираю ключи.

⁂

Час спустя мы уже выходим от Лиама и садимся в машину. Успеваем доехать до конца улицы и останавливаемся: Дейна тошнит. Вылазка прошла ровно так, как и предполагалось: я с улыбкой объяснял работникам, что случилось, Дейн кивал и со всем соглашался. Добравшись до комнаты Лиама на втором этаже, мы заперли за собой дверь и взялись за дело. Он пошел осматривать шкаф, я начал с комода. Уже почти сдался, но решил заглянуть под матрас – и вытряхнул из спортивной сумки целую коллекцию разных трусиков. Среди них были и стринги, и шортики, и кружева. В глаза бросился белый хлопок с инициалами на резинке. АТХ – Ава Тюльпан Харрис. Точно такие же, что я видел на ней вчера.

Мы стояли над ними и думали, что теперь делать. Если бы Лиам нас заподозрил, он бы их перепрятал. Забрать мы их не могли – не хотели портить улики. В конце концов я решил просто сфотографировать их на телефон, взятый у Дейна, обязательно захватив спальню Лиама. Не факт, что эти снимки нам пригодятся – я просто боюсь, что он избавится от белья.

Как-то так.

Дейн вытирает рот. Пристегивается.

– Меня… меня тоже посадят? За то, что не вспомнил?

Сворачиваю на дорогу, крепко сжав руль. Я не знаю, сочтут ли его соучастником, но дело обещает быть неприятным.

– Думаю, в итоге все сведется к решению присяжных. Не знаю, тебе они поверят или ему. Ты был в хлам, но белье – очень серьезное доказательство. – Я обдумываю ситуацию и понимаю, что не могу предсказать результат: информации не хватает. – Он попытается свалить вину на тебя. Не зря вчера намекнул, что все якобы помнит.

Дейн кивает, глядя в окно.

Телефон вибрирует сообщением: это папа пишет, что уже купил обратный билет и скоро вернется. Сообщаю об этом Дейну.

Тот откидывается на спинку сиденья.

– Спасибо, что приехал за мной! Не знаю, что бы я без тебя делал, – говорит он, не глядя.

А потом засыпает на середине пути.

Глава 18

Ава

– Монашкомобиль на месте! Жди Дарта Вейдера с Тайлером, – говорит Лу, когда я прохожу мимо с бургерами и картошкой фри. Зашевелившись, быстро ставлю тарелки перед посетителями и на обратном пути успеваю протереть еще один столик.

– Минивэн это! Самый обыкновенный, – отвечаю я Лу.

Тот кривится.

– Им бы звездолет на капоте нарисовать!

– Чудак ты! – говорю я ему, выглядывая на улицу, где сестра Маргарет с Тайлером как раз подходят к дверям.

– Я сто лет не был в церкви, а эти монахини нутром чуют, когда на службы не ходишь. Им Бог на ухо шепчет! И про развод мой небось тоже знает, – бормочет он.

Закусываю губу.

– А еще пьешь, материшься как сапожник и упоминаешь имя Господа всуе! – кричит из-за гриля Розмари.

– Тише ты! Она же услышит! – вопит Лу в ответ. Мнется за кассой, не сводя глаз с двери. Потом щелкает пальцами. – Точно, чуть не забыл! Тебе тут просили передать. Какая-то женщина. – Он протягивает записку. – Сказала, там что-то важное. Чаевые, наверное.

Я убираю записку в фартук, чтобы прочитать позже.

Мысли в который раз возвращаются к Ноксу. Днем он предупреждал, что не вернется в школу, потому что Дейн плохо себя чувствует, и пообещал написать после смены.

Тайлер, переступив порог, тут же бросается ко мне, а я крепко его обнимаю.

– Как дела в школе? Узнал что-нибудь интересное?

Он сияет улыбкой.

– Меня научили, как правильно запоминать всякие штуки. Я теперь алфавит знаю! Назови какую-нибудь букву – я тебе докажу!

– Т.

– Знаю, знаю! Еще одну!

– А.

– Ее тоже!

– Й.

– Знаю!

– Л.

– Ага!

– Е.

– Да…

– Р.

Он щурится.

– Пипец! Это что, мое имя?

– Не ругайся. И да, это твое имя! – ерошу его волосы. – А порядок букв ты запомнил?

Он поправляет очки.

– Про это есть песенка, мелочь! Ты ее уже пел.

Он дергает край футболки, а потом начинает петь песню про алфавит. Спотыкается где-то на середине, но в итоге успешно заканчивает.

Я подкидываю его в воздух, и он пищит от восторга. Лу аплодирует, и к нему присоединяется парочка посетителей.

Сестра Маргарет улыбается.

– Он сегодня весь интернат развлекал!

На душе становится поразительно хорошо.

В перерыве я заказываю еду для нас обоих, и мы