Будь моей парой - Юлианна Клермон

Парень Ланы ходил в дальние рейсы, частенько отсутствуя по месяцу, а то и по два. Поэтому девушка периодически менялась или отпрашивалась, если день Икс вдруг приходился на её рабочий.

- Ладно, подменю, - кивнула ей и собралась бежать дальше.

- Спасибо, спасибо, спасибо! - девушка довольно подпрыгнула и попыталась чмокнуть меня в щёку, но я увернулась и рассмеялась.

- Будешь должна! - крикнула уже от самых дверей, отделяющих зал от кухонной зоны.

- Без базара, - довольно махнула рукой сменщица и побежала на выход, а я вздохнула и поплелась на кухню.

Ну вот, хотела завтра устроить постирушечно-расслабонческий день, но опять не вышло. Не то, чтобы я не хотела работать, но на этой неделе у меня не было ни одного выходного, а на календаре уже, как-никак, маячила суббота.

К концу смены, а заканчивалась она около полуночи, когда в зале почти не осталось народа, я уже еле волочила ноги. Натруженные за день икры гудели как трансформаторная будка, пальцы не гнулись, а в голове постепенно разливался вакуум.

Стянув надоевшую за день форму, я надела джинсы, сунула ноги в тёплые валенки и потянулась за верхней одеждой. Зимой самая модная одежда на севере - шапка и шуба, а иначе кирдык. Ветры тут дуют такие, что даже самой отъявленной моднице быстро станет совсем не до красоты.

Отволочив уставшее тело домой, я тихо ввалилась в свою комнату и, скинув только верхнюю одежду и валенки, рухнула на постель. Благодарный мозг отключился мгновенно.

Утро началось со звонка. Я оторвала от подушки тяжёлую голову и непонимающе уставилась на экран телефона: шесть утра, кто может звонить в такую рань? С тоской поняв, что никто не ошибся номером, а моего внимания настойчиво требует будильник, я вспомнила, что вчера обещала подменить Лану.

- Боги, - простонала, буквально выволакивая из-под одеяла непослушное тело. - Ну за что?

День был похож на день, поэтому все действия производились уже на автомате: умыться, позавтракать и вперёд - на работу. Но и там изо дня в день ничего нового не происходило, поэтому новость, всколыхнувшая весь наш посёлок, вызвала нешуточное волнение и тревогу - на траулере "Меч", на котором сегодня должен был вернуться жених Ланы, взорвался двигатель. Судно загорелось и тонет недалеко от берега. Туда сейчас отправились все службы спасения, надеясь, что на борту остались выжившие моряки.

Ни о какой работе речи, естественно, не шло. Кафе было закрыто для посетителей. Ланка ревела белухой, и мне пришлось накачать её успокоительным. Морально вымотанная девушка уснула в подсобке, а я отправилась в зал, где собрались все наши. Единой сплочённой семьёй они примкнули к экрану, с тревогой ожидая новостей. Короткие кадры с полыхающим судном и слова корреспондента о том, что на борту есть жертвы заставили нас нервно сжаться и замереть.

- Силами МЧС и пожарных служб огонь локализован. Все пострадавшие доставлены в местную больницу, - между тем говорил ведущий. - Сюда уже вылетели ведущие лекари столицы. Также поступила информация, что среди них есть представитель ассоциации "Мировые лекари".

Кажется, все в зале выдохнули с облегчением и стали обсуждать услышанное. Женщины вытирали слёзы и тихо благодарили богов. Спасти выживших - это половина задачи. Вторая половина - оказать своевременную и качественную медицинскую помощь. А в нашей местной больничке ощущался явный напряг не только с медперсоналом, но и с медикаментами.

- Смотрите, списки выживших! - послышался чей-то возглас, и гомон сразу стих - все повернулись обратно к экрану.

- Ма́рвин живой, - выдохнул дядюшка Рим. - И Ра́мик, и Ви́тор...

- ...И Ланкин ухажёр тоже! - воскликнула Ната. - Надо Ланку разбудить, обрадовать.

- Да подожди ты, пусть она поспит, намаялась, - я одёрнула подскочившую было коллегу. - Проснётся, скажем. Всё равно, если он пострадал, в больницу её не пустят.

Ната тут же села на стул.

- И то правда...

А потом мы увидели списки погибших, и в зале повисла тишина. Три человека... Их семьи уже никогда не дождутся домой своих кормильцев.

- За́рну жалко, как она детишек поднимать будет? - печально вздохнула А́ника, вытирая увлажнившиеся глаза краешком фартука.

- Да поможем, что ж мы, не люди, - густо пробасил хозяин кафе, господин Шнакс. - Все ж тут практически соседи.

В силу сложившихся обстоятельств кафе сегодня так и не открылось. Людям было не до развлечений и веселья, поэтому господин Шнакс отпустил нас пораньше. Придя домой, я всё-таки устроила постирушечный вечер и завалилась спать.

Завтра, по идее, был мой второй выходной, но проснувшаяся Лана так обрадовалась, что её парень жив, что, забыв обо всём на свете, убежала к любимому в больницу. И я даже не рассчитывала, что она завтра выйдет на работу, поэтому сразу предупредила хозяина, чтобы не волновался - я отработаю.

После утренних потрясений жизнь посёлка начинала входить в свою колею.

- ...Моя маленькая, моя сладкая, - шепчет он, покрывая мою шею жгучими поцелуями. - Я так соскучился, так давно тебя не видел... Девочка моя, мне так тебя не хватает...

Я выгибаюсь, вонзая в его плечи короткие ноготки. Сердце стучит предательски громко, дыхание срывается, а внизу живота тягучей смолой разливается нега.

- Прошу тебя... Пожалуйста... - срывается с моих губ, и он понимает.

Ему не надо ничего говорить, он считывает мои эмоции невербально. Сильные пальцы скользят по моей груди и животу, рисуя непонятные узоры и едва касаясь кожи, и я не выдерживаю, подаюсь навстречу, ловлю горячие губы и тону в их ласке.

- Люблю тебя... - шепчу, едва он отстраняется и всхлипываю, когда он проводит горячим влажным языком по соску, лаская и играясь с ним.

Я дрожу и, выдохнув, выгибаюсь, когда его пальцы спускаются ниже, разрушая мои барьеры и ломая запреты, а бесстыдный рот терзает ноющие соски и вновь возвращается к губам, требуя от меня отдачи. И я отдаюсь, поддаюсь, горю и плавлюсь...

Мне хорошо... Мне очень хорошо... Нереально... Он рядом, он со мной, он - мой, только мой!

Тяжёлое мускулистое тело накрывает меня сверху, губы и пальцы трогают, сжимают и ласкают, не останавливаясь ни на миг. Меня скручивает от нестерпимого желания, когда медленно, но настойчиво его руки разводят мои колени. Сердце замирает в предвкушении чего-то необъяснимого, нового, жизненно необходимого... И я замираю вместе с ним...

Я подскочила на узкой койке, жадно ловя ртом воздух. Опять этот сон!.. Какой