Беспощадные чувства - Екатерина Юдина

Пусть и с трудом, но я сдержала себя. Мы ведь теперь пара. Глупо пытаться прикрыться. Если хочет — пусть смотрит.

Казалось, что мысли логичные, но внять им было трудно. Возможно, потому, что отношения только начались и я все еще не могла привыкнуть к тому, что больше не следует строить между нами стену.

— Так дрожишь, — Дилан наклонился к моему животу. Губами прикоснулся чуть выше пупка.

— Мне холодно, — солгала настолько очевидно, что слова Дилана, который абсолютно точно уловил мое вранье, вызвали мурашки, впивающиеся в кожу.

— Ничего. Сейчас согрею.

Одну ладонь положив мне на бедро, Брендон сжал пальцы. Оставил на коже покраснение. Второй рукой альфа приспустил штаны, освобождая возбужденную плоть.

А мне резко стало нечем дышать. Словно я была опущена в кипяток и, размыкая губы, наполняла им легкие.

— И так, Элис, — уже теперь двумя руками сжимая мои бедра, Дилан подтянул меня к себе. — На твой выбор. Мягче или жестче?

— А? — я даже не поняла, что он спросил.

— Наш первый секс в статусе пары. Выбирай, как хочешь, чтобы я тебя взял, — Дилан провел горячей головкой по влажным складкам, уже этим лишая меня возможности дать ответ. Насколько же сильно затянуло внизу живота. Буквально нестерпимо.

И почему рядом с ним я испытывала настолько мощное желание?

Уже сейчас изнывая, единственное, что я смогла, это прерывисто прошептать:

— Как хочешь.

— Мне нравится твой ответ, Элис, — Дилан коротко, но жестко поцеловал. Губы тут же начало жечь. — Главное, потом не пожалей о нем.

Вновь сжав мои запястья одной ладонью, альфа прижал их к подушкам. После этого приставляя член к лону. Буквально на мгновение замирая, но я даже за столь короткое время успела испытать целую бурю из молний, которые беспощадно вонзались в тело и словно бы навсегда оставались там.

Будто через туман, пеленой легший на глаза, я увидела оскал на лице Брендона, после чего он сделал первое движение. Резкое и грубое. Сразу же входя в меня так, что внизу живота начало жечь и я закричала. Прогибаясь в спине и отчетливо ощущая то, что тело начало ломить словно в лихорадке.

— Осторожнее, — я оперлась о его торс. Царапая кожу. Пытаясь хоть так выместить то, что бушевало внутри меня.

Дилан пальцами сжал мой подбородок и заставил посмотреть на него. Стоило нашим взглядам встретиться, как внутри все заполыхало. Насколько же темные у него глаза. Словно самая жуткая ночь.

— Скажи, Элис, ты действительно хочешь, чтобы я был осторожнее?

Очевидно, что да. Я ведь не просто так это сказала и была готова повторить, но, размыкая губы, почему-то не смогла издать даже звука.

Трудно и даже невозможно в этом признаться, но мягче мне не хотелось. Наоборот, омега предательски требовала полного отсутствия контроля. На срыве всего, что только можно. Желая не думать ни о чем, а просто утонуть в альфе, которому и так проиграла.

— Нет, не хочу, — в итоге ответила, но чувствовала себя так, словно признавалась в смертном грехе и обрекала себя на проклятье.

— Отлично. Но, Элис, почему ты честна, лишь, когда мой член в тебе? Наверное, мне стоит почаще вставлять его в тебя.

— Это не так… — я попыталась оправдаться. Глупо. Чертов альфа видел всю суть. Пока он был во мне, я не имела возможности думать. А, значит, не была способна на сомнения, что в итоге и приводило к искренности.

Я сама только в это мгновение поняла эту свою слабость. И лишь по той причине, что первым ее уловил Дилан.

— И так, раз мой член в тебе и ты сейчас честна. Скажи же мне Элис, кто я для тебя?

— Ты… — на самом деле, я хотела сказать что-то остроумное, давая понять, что не стоит задавать такие вопросы. Но в итоге, ничего придумать не смогла. Решила промолчать.

— То есть, не ответишь?

— Нет.

Он выдохнул и, сжимая мои волосы в ладони, медленно намотал их на кулак. От того, как альфа это делал, по коже скользнули раскаленные угольки и я содрогнулась, стоило Дилану наклониться к моему уху.

— Давай попробуем иначе. Не хочешь по-хорошему — будет по-плохому. Так даже лучше, Элис.

Глава 24. Положение

Дилан еще сильнее сжал мои волосы, заставляя запрокинуть голову и повиноваться его рукам. По телу тут же волной прошел сокрушающий озноб и я, пальцами вцепившись в покрывало, кинула растерянный взгляд на альфу.

— Что означает «по-плохому»? — спросила, еле шевеля онемевшими губами. Почему-то мне жутко не понравилось то, что я увидела в потемневших глазах Брендона.

— Ничего особенного, — лениво ответил Дилан, после чего разжал ладонь отпустил мои волосы.

В следующее мгновение альфа вынул из меня возбужденную плоть, после чего вообще поднялся с кровати.

Внизу живота тут же заныло от едкого неудовлетворения. Настолько сильного, что хотелось зажмуриться и сдвинуть ноги. А еще лучше — сказать альфе, чтобы он немедленно вернулся. Вот только, гордость не позволяла этого сделать. Хоть и сейчас она для меня являлась еще тем мучением.

Прикусывая губу, я болью попыталась отрезвить себя и, приподнявшись на локтях, настороженно посмотрела на то, как Дилан подошел к креслу. Взял свой ремень.

— Зачем он тебе? — спросила, сводя брови на переносице. Что Брендон задумал?

— Элис, будь хорошей омегой, — Дилан, сложил ремень вдвое. — Встань на колени и заведи руки за спину.

Широко раскрыв глаза, я тут же начала тянуть края халата. Быстро. Так, чтобы поскорее прикрыться и, вместе с этим, я неловко отползла к изголовью кровати.

— Вернись на место, Элис, — Дилан сделал несколько шагов в мою сторону. Сейчас он казался мне еще более огромным, чем обычно. Занимающим собой абсолютно все пространство комнаты.

— Зачем тебе ремень? — я бросила взгляд в сторону двери. Это было сделано инстинктивно. Из-за того, что я переполошилась, но глубоко внутри сознания я все же надеялась, что не дойдет до того, что мне придется убегать.

— Боишься?

— А нужно?

С очередным вдохом, я всей душой пожалела о том, что мне вообще нужно дышать. Иначе бы я сию секунду перестала это делать.

Запах Брендона стал другим. Это произошло слишком резко, чтобы я вообще успела, что-либо понять, но перед глазами поплыло и я ощутила себя так, будто за один раз опустошила целую бутылку алкоголя.

— Нет. У меня нет намерения причинять тебе вред, — ответил альфа, но уже теперь даже его хриплый голос бил по нервам.