Бывшие. Спаси моего сына - Александра Багирова

- Заткни пасть. Ты в больнице. Тут люди. Тут твой внук, - хватаю ее за руку, тяну к лестнице.

Стыдно за нее.

- Тут катастрофа происходит, а ты мне за каких-то незнакомых задохликов втираешь! – продолжает возмущаться.

- Проваливай. Пока я не сказал охране, чтобы тебя выпроводили, - закрываю дверь в коридор.

Стоим в лестничном пролете.

- Как ты со мной говоришь? Я долго терпела твое хамское отношение. Но сейчас, Амир, ты пересек красную черту. И из-за кого? Что в штанах тесно? Ведешь себя хуже бабы? И из-за кого? Милка? То подобие человека?

- Не смей произносить ее имя. Не имеешь права, после всего, что ты натворила. Тебе ли о людях судить, когда сама предала отца?

- Я его не предавала. Это он! Он сношался с женой Остапа! Он меня предал, как ты не понимаешь и не веришь очевидным вещам, - размахивает руками, вся красными пятнами покрылась.

- Свою чушь оставь при себе. Мне не о чем с тобой говорить. Мне к сыну надо.

- Ничего с Юриком не будет. Очухается как миленький. Он и не болен был. Тебя как идиота облапошили, разрезали здорового ребенка, а ты теперь им еще и спасибо за это говоришь! – топает ногой, обтянутой дорогущим сапогом на огромной шпильке.

- Ты когда последний раз внука видела, чтобы подобное заявлять? – закипаю внутри. Не могу рядом с ней находиться. – Все закончили пустой треп.

- Амир, подожди! – хватает меня за руку выше локтя. – Давай без эмоций поговорим, - голос мягче становится. – Да, вспылила. Прости. Позвони Тае, скажи, что погорячился. Езжай к ней. Помиритесь. А Остапа я возьму на себя, я еще смогу все уладить. Ты же мой сын, я очень тебя люблю и желаю добра, - выдавливает из себя насквозь фальшивую улыбку.

- А чего ты так переживаешь? Тебе пригрозили? Стала не мила в королевском дворе Фроловых? Остап решил пинка под зад дать?

Отшатывается. Морщится.

- Бред! Амир, у тебя реально то, что в штанах в голову ударило. Давно женщины не было? Так ты бы мне сказал, я бы тебе отборных девочек нашла. И Тая бы не узнала. Я понимаю, что она тебя удовлетворить полноценно не может, но это не повод рушить семью!

- Ты сама слышишь, что несешь? Агнесса, вали как ты, - ее бред, даже гасит ярость, остается лишь стойкое чувство омерзения.

Мне жаль, что именно она дала мне жизнь.

Сколько лет, а все за Остапа держится, пятую точку ему выцеловывает, делает вид, что не знает, про его любовниц.

- Ты успокойся и поразмысли трезво. Остап от тебя мокрого места не оставит. Он очень зол. Я тебя как мать предупреждаю. И не тебе с ним тягаться.

- У меня нет матери. Ты для меня мерзкая глиста, которая заражает собой все, к чему прикасается. И свои советы, оставь себе. На этом все. Где выход знаешь!

- Если ты меня не слушаешь, значит я пойду к Милке и все ей выскажу! Она еще получит у меня! Как только смеет разрушать такую прекрасную семью!

- Посмей только к ней приблизиться! Я тебя уничтожу!

- Если ты от собственной матери отрекаешься, то тебе мозги знатно промыли, - выплевывает мне в лицо. Открывает дверь в коридор и устремляется к лифту. – Я пыталась сынок!

- Я тебя провожу, - иду за ней.

Хочу проводить и убедиться, что она к Миле не пошла.

- Амир Динарович, там Юра проснулся, вас зовет, - окликает меня медсестра.

- Иди сынок, я найду выход, - слащаво пропевает.

Нехороший холодок по телу пробегает.

- Он плачет, - подливает масла в огонь Светлана.

- Иду, - направляюсь вслед за медсестрой. Нельзя сыну нервничать. А душу кошки когтями царапают.

Сын проснулся и начал капризничать. Ничего такого. Чувствует себя нормально, но еда, которую ему принесли не нравится.

- Светлана, я был с женщиной высокой, черноволосой, не могли бы вы проверить, покинула ли она клинику? – прошу медсестру.

А сам Милу набираю. Не отвечает.

Не хочу, чтобы мать наговорила ей гадостей. Хочу оградить от своей гнилой семейки.

- Конечно, - Света кивает и выходит из палаты.

Я же продолжаю успокаивать сына. Объясняю, что слезы ему только вредят. Что он тогда дольше в больнице останется.

- Если так, то я буду больше плакать. Мне тут нравится и ангел всегда рядом, - заявляет, кромсая мое сердце.

До чего докатился, ребенку в больнице нравится!

Нет, назад точно дороги нет.

Через минут пять телефон вибрирует.

Светлана.

- Да? – рявкаю.

А душа в пятки уходит. Еще ничего не знаю, а уже гадко.

- Амир Динарович, тут такое… вам надо увидеть…

- Где? Что?

- В кабинете Миланы Алексеевны…

Юрка, к счастью, немного успокоился. Срочно ищу другую медсестру. Оставляю с сыном. Лечу к кабинету Милы.

Он распахнут настежь. Там собрались люди в белых халатах.

- Полицию срочно! Меня хотели убить! – слышу истошный вопль матери.

Расталкиваю всех. Заглядываю внутрь.

Мать лежит на полу, держится за бок, откуда торчит скальпель, из раны льется кровь. Второй рукой размахивает, никому к себе приблизиться не позволяет.

- Не трогайте меня! Я никому тут не доверяю! Где полиция! Меня убивают! Помогитеее! – надрывает голосовые связки.

Мила стоит рядом, ее белый халат и правая рука заляпаны кровью.

Глава 47

Милана

Амир выходит из кабинета, а я еще с минуту таращусь на дверь. В ушах на повторе звучат его слова.

Он понял, что любовь моя давно почила мертвым сном. Это отлично. А вот, что он собирается завоевывать – напрягает.

Даже еще сильней настроение портит. Хотя где уж хуже? Фролов сегодня постарался на славу. Но он-то понятно.

А вот зачем мне повышенное внимание Амира? Его ухаживания?

Не надо мне этого! Вот совсем. Честно.

С его появлением я сижу на пороховой бочке и жду, когда кто-то из его семейки в очередной раз зажжет фитиль.

И ведь не за себя страшно. Они бьют по тем, кто мне дорог. Профессор, вот как мне теперь его уберечь? Варианты есть. Надо думать.

В то, что Амир решит вопрос с клиникой… красиво