Леди любят артефакты 3 - Яра Горина

— Не говорите так! Я тоже полюбила Беатрис. Всем сердцем.

— Вижу, — он был серьезен, а в голосе не было и тени сомнения. — И надеюсь, что вы останетесь. Но не только поэтому.

— А как же ваши слова, что так продолжаться больше не может?

Признаться, я была сбита с толку тем, как быстро он меняет тему. Казалось, после всех тех эмоциональных претензий, что мы друг другу наговорили, было более чем странно предлагать мне оставить все, как прежде.

— У меня есть два условия, — выдал он после непродолжительного раздумья. — Надеюсь, вы согласитесь. Иначе мы снова окажемся в тупике.

Повисла пауза. Я ждала, что он скажет дальше, но лорд Блэквуд молчал, будто надеялся заранее заручиться согласием.

— Не сочтите за наглость, — я первой нарушила тишину, — но хотелось бы понимать, в чем заключаются ваши требования.

— Ах, да! — спохватился он. — Первое, никаких больше тайн. Неважно, чего касаются ваши замыслы. Безобидный артефакт, новое растение в оранжерею, охота на вымышленных существ…

— Вы еще долго будете припоминать мне коловертыша, верно?

— До конца дней, — смутная улыбка скользнула по его лицу. — Так что? Идет?

— Весьма разумно.

— Клянитесь.

— Клянусь.

— Тем, что вам дорого. Здоровьем Беатрис, например.

— Да как у вас только язык повернулся такое предложить⁈

— Отлично. Я в вас не ошибся, — лорд Блэквуд выглядел удовлетворенным. Кажется, это все же была шутка, из которой он умудрился сделать какую-то глупую проверку. И я ее прошла.

— Второй пункт вытекает из первого, — было заметно, что он тщательно подбирает слова. Будто взвешивает их в уме, прежде, чем произнести. — Думаю, нам будет легче откровенничать друг с другом, если вы согласитесь стать моей леди.

Похоже, я просто ослышалась. Поскольку такого не может быть! Тем временем лорд Блэквуд шагнул ко мне, и, взяв за руки, заглянул в мое лицо.

— Мисс Катарина, Китти, — произнес он, и собственное имя прозвучало музыкой, — вы станете моей леди?

— Это предложение?

— Пока нет.

Он выпустил мои руки и как ни в чем не бывало подошел к столу, начав копаться в бумагах. Найдя нужную, похлопал себя по нагрудному карману.

Это действие выглядело настолько обыденно, словно еще минуту назад он и не делал никакого предложения. Собственно, так оно и было, поскольку эти слова, судя по всему, относились к пожеланиям другого рода… Внезапное осознание тяжелым обухом ударило по голове. В ушах зашумело. Пытаясь совладать с чувствами, я холодно выдала:

— Так я и думала. Лорды не женятся на гувернантках. Впрочем, как и на простых девушках. Даже если у этих связей появляются плоды.

— Что вы имеете в виду?

— Бросьте, вам не идет салонное притворство. Я все прекрасно понимаю. И вы тоже. Думаете, никто не догадался насчет Кристофера⁈

Не успела я договорить, как лорд Блэквуд вновь оказался рядом. Навис с высоты своего немаленького роста и, приблизив лицо к моему, произнес:

— Никогда, слышите, никогда еще мне не доводилась иметь дело с женщиной, которую хотелось бы поцеловать и придушить одновременно. Следуйте за мной!

Я, конечно же, осталась стоять. Бежать за ним, словно преданная собачонка, особенно после таких вот явных намеков, мне претило.

— Полагаю, это отказ, — обернулся он. — Ладно. Видят небеса, я старался.

— Что вы делаете! — взвизгнула я, когда мои ноги оторвались от пола. — Немедленно поставьте меня на место! Да как вы смеете!

Мужчина без всяких церемоний сгреб меня в охапку и теперь шагал через библиотеку. Но не к двери наружу, а куда-то вглубь. Происходило что-то из ряда вон. Мне стало действительно страшно. Я попыталась сопротивляться, но он лишь крепче сжал меня, лишая воздуха.

— Не брыкайтесь, — Блэквуд, неизвестно каким чудом, умудрился увернуться от моей пощечины так, что я прошлась по его небритой щеке лишь кончиками пальцев, — иначе я буду вынужден перекинуть вас через плечо и тащить, как раненного солдата.

— Только попробуйте, — процедила я сквозь зубы.

— И?

— Позавидуете своим павшим товарищам!

— Говорил же, у вас сердце львицы, — улыбнулся он. — Но расправу придется отложить. Мы почти на месте.

 Мы миновали стеллажи, оказавшись перед стеной упирающихся в потолок книжных шкафов. Лорд Блэквуд сдвинул в сторону тома с золотистым тиснением, и раздался щелчок. Похоже, сработал какой-то механизм.

Извернувшись, я увидела, как в глубине полки поблескивает металлом знакомая голова виверны, изображенная на гербе Блэквудов. Хозяин зажег на пальце огонек и сунул ей в пасть родовой перстень. Послышался гул, затем — протяжный скрежет, вслед за которым шкафы подались назад и разъехались в стороны, открывая проход.

Лорд Блэквуд бесцеремонно занес меня внутрь. Чары неведомой защиты жаром лизнули лицо и опали, стоило нам пересечь линию рунного круга, высеченного на темном мраморном полу.

По какой-то неведомой причине хозяин замка совершенно добровольно провел меня в святая святых своего дома: место, где хранилась настоящая родовая книга. Не та выхолощенная и украшенная драгоценными камнями зачарованная копия, которую можно показать посторонним, а оригинал, созданный в те смутные времена, когда не считалось зазорным писать фамильные тайны на содранной коже своих врагов.

Мужчина поставил меня на ноги, позволяя осмотреться. Толстый гримуар выглядел старым, как мир. У меня не было сомнений, что он древнее Эпохи Орденов. В другой момент я была бы очень горда, что удостоилась подобного доверия. Однако метод, который использовал Блэквуд и еле ощутимое чувство опасности, сквозившее в каждом его жесте, заставило меня, поежившись, прижаться к стене.

— Предлагаю вернуться к тому, из-за чего произошло разногласие, — как ни в чем не бывало заявил лорд.

— Вы дикарь, — я чеканила каждое слово, давая понять, что не собираюсь относиться к этому безобразию, как к шутке. — И ведете себя соответствующе.

— Боюсь, вы путаете причину и следствие. Простите, Катарина, но я устал быть связанным по рукам и ногам дурацкими условностями. Хотя, признаюсь, старался их соблюдать. Ради вас.

— Получилось не очень, — заметила я, поправляя платье.

Такой ответ почему-то лишь развеселил его.

— Правда и ничего кроме, — сказал он и, обведя рукой комнату, добавил: — Именно за этим мы сюда и пришли.

— Вы пришли. А я здесь против воли. И, признаюсь, мне это совсем не нравится.

— Поверьте, я делаю все возможное,