Невинная для Севера - Дина Данич

Они сжирают меня изнутри, давят, плодятся, захватывая все новые территории. В мозгах и так уже слишком много места для Алины отведено. Но ей будто мало этого.

В чем-то Марк был прав — я не позволял себе подобного. Помнил, какова цена за слабость. Знал, что второй раз не должен допустить подобного.

И все равно не мог отказаться от Алины.

Каждый гребаный вечер приходил, сидел рядом с ней, обнимал, дышал ею, пытаясь найти причину подобной одержимости.

И не мог.

Просто рядом с ней отпускало ощущение мороза внутри. Будто мышца в груди начинала работать иначе.

Даже с Кристиной я не чувствовал подобного. Она была бойкой, дерзкой в чем-то. Все время противостояла мне, пусть и по-своему. Алина же совершенно не такая. Ее нежность, открытость и доверчивость обезоруживают меня снова и снова.

И который день я ловлю себя на мысли, что рядом с ней я будто возвращаюсь именно домой. Туда, где дом.

На территории, едва въезжаю, творится странное. Ни одного из парней не встречаю, пока дохожу до дома. Стоило бы зайти и вломить бездельникам, но меня будто магнитом тянет в другое место.

На ходу проверяю камеры через приложение, которое мне установили недавно. Но, сука, оно почему-то не работает. Едва открываю дверь, как слышу:

— Стой, сучка! Убью! Только дернись!

Дальше все происходит быстро и на инстинктах. Пара шагов — картина, блядь, маслом передом мной — Валера навалился на Алину, а та кричит и отбивается.

Что именно сделал, понимаю, когда уже прозвучал выстрел. Мудак замирает, и за мгновения, за которые добираюсь до них и стаскиваю ублюдка с любимой женщины, я едва не седею от мысли — вдруг задел?!

Алина ошалело смотрит на меня — в глазах слезы, губы трясутся, а руки — в крови.

— Я… Он… Сере… жа…

Прижимаю ее к себе, успокаиваю, мысленно костеря всех, кто вроде как должен был обеспечивать безопасность у меня тут.

Уебки. Если бы не истерика Алины, уже бы повыдергивал руки и ноги каждому!

— Тише, все позади.

— Я его… Его… Он…

Она захлебывается рыданиями, отталкивает меня, пытается оттереть руки от крови. Переводит взгляд на Валеру и бледнеет.

Встряхиваю ее, чтобы удержать на краю.

— Ты все сделала правильно, — чеканю. — Ты молодец. Смотри на меня. Смотри!

Силой поворачиваю девчонку к себе. Ловлю ее обезумевший взгляд.

— Я не могла, понимаешь? Не могла снова… Угрожал, а я…

Беззвучно всхлипывает, а у меня нутро будто кислотой разъедает. Я же дал себе слово, блядь! Я же поклялся, что она больше не будет испытывать страх.

Прикрываю глаза, осторожно прижимаю к себе Алину.

— Пойдем к тебе в комнату, а потом…

— Нет! — вдруг пищит она словно раненное животное. — Не уходи! Не бросай меня!

— Я не уйду, Алина, сейчас надо…

И именно в этот момент в дом вваливается Кир. Охеревшим взгялдом окидывает нас, затем лежащего Валеру.

— Какого…

— Это я у тебя хочу спросить, — цежу, крепче прижимая к себе Алину. — Какого, Кирюх?

Он растерянно оглядывается, запускает руку в волосы.

— Разберусь, Север. Дай полчаса. Все будет.

Сухо киваю и веду Алину наверх. Она едва перебирает ногами, так что в итоге подхватываю на руки и несу.

— Мне надо в ванную, — тихо шепчет, едва заходим в нашу спальню.

Отпускаю ее, и тут же остаюсь один. А затем ловлю себя на двух вещах — во-первых, я назвал спальню нашей. А во-вторых…

Прикрываю глаза, охереваю от себя же.

Во-вторых, назвал ее любимой женщиной. Пусть и не вслух.

Охереть. Неужели реально так?

Прохожу к окну, отстраненно наблюдаю, как начбез устраивает разгон охране. Парни переглядываются, мне плохо видно, но пока складывается впечатление, что они были не в теме. Я же задаюсь правильным вопросом — кто? На кого работал Валера? Вряд ли это личная вендетта.

Упираюсь лбом в стекло.

Неужели история повторится? Неужели, блядь, снова?

Пока Алина в ванной, вызываю Валентину. Сейчас надо разрулить ситуацию, но и оставить одну девчонку я не могу.

Тихо хлопает дверь. Оборачиваюсь — Алина стоит бледная, потерянная. Смотрит на свои руки.

— Они не отмываются, — говорит и снова трет ладошки. — Понимаешь? — в ее голосе столько отчаяния. — Не отмываются! Я его убила…

— Нет, малыш, это сделал я. Ты просто поцарапала его.

Подхожу ближе. Медленно, чтобы не напугать и не спровоцировать.

— И ты все сделала правильно. А сейчас давай-ка, присядь.

Слышу осторожный стук в дверь, и Алина тут же напрягается. Вцепляется в мою руку.

— Это Валя. Дай открою.

Женщина верно понимает расклад. Достаточно одного взгляда, как она тихо кивает.

— Чаю принесу.

— И успокоительного, — говорю одними губами. Валя умная, сразу схватывает и уходит, чтобы вернуться уже через пятнадцать минут.

Учитывая, сколько всего повидала моя экономка, нервны у нее стальные. Ничем не выдала своего шока. Скорее всего, парни уже порешили с телом. Но следы-то все равно остались. Да и выстрел наверняка Валентина слышала.

— Вот, давай, выпей, — мягко произносит она, садясь рядом с Алиной.

Та послушно выполняет. После жмется ко мне. Пока я здесь, с ней, зверь внутри тихо скулит, но не смеет рвать когтями прутья клетки, требуя пойти и найти виновного.

Только когда Алина засыпает, позволяю себе встать.

— Я посижу с ней, — тихо говорит Валентина.

— Спасибо.

Поворачиваюсь к двери, но вдруг чувствую руку на плече.

— Поберег бы ты ее, Сереж. Девочке и так достается здесь. Ты либо реши все вопросы, либо…

— Что?

— Отпусти. Не ломай ей психику. Который раз ведь уже. А такая молоденькая.

Не к месту ее поучения сейчас. Но я понимаю, что Валя за дело говорит-то. С трудом сдерживаю порыв — прежде всего потому что Алина спит. Киваю и ухожу.

Внизу уже вовсю разбор полетов. Кирилл отчитывается по всем моментам. И я вынужден признать, что Валера прошелся по каждому слабому месту, явно зная, что и как лучше сделать. И если бы не гребаная интуиция, он бы ее увез.

Ведь и камеры ловко отключил, и пацаны, которые в смене, дрыхли без задних ног.

— Я тебе говорил, что ты перегибаешь, — тихо добавляет Кирюха. — Вот он и…

— Оправдываешь крысятничество? — зверею от такой заявочки. — А может, это твой личный проеба, а? Кто его выбирал?

Кир взгляда не