Академия бракованных людей - Ольга Сурмина

— Помниться, однажды я сказал, что, если ты начнешь сходить с ума, я буду первым, кто тебе об этом расскажет. Так вот, мне кажется, пора. Это я еще медлил. Нужно было намекнуть, когда ты взялся забирать девочку, с которой спал! — У Джека дергалось нижнее веко. — Я все могу понять, но ты перегибаешь, сильно перегибаешь. По-хорошему, ты можешь сесть за свои… действия. Но не это главное, и даже не это меня волнует. Меня волнует твое состояние. Не припомню, чтобы ты когда-либо, да еще и за свой счет брал отгулы, при чем так часто. Перестал готовиться к лекциям, по-идиотски улыбаешься и висишь в своих мыслях. А я знаю где твои мысли. Дома. У тебя едет крыша, не будь ты моим другом, я игнорировал, но…

— Так, все, хватит! — Рявкнул Габриэль, поправив пиджак у зеркала в кабинете психолога. — Пару лет, и это станет не важно. Я не свихнулся, просто воспользовался особенностью закона, а именно, разрешением забирать на обеспечение взрослых детей. Посмотри на нее. Дал бы ей восемнадцать?

— Четырнадцать бы дал. — С иронией прошипел психолог. — Это ты посмотри на нее! Не важно, на сколько она выглядит, на десять или на тридцать. И не важно, что тебя в ней привлекает. Проблема в другом. Ты помешался. Сам того не замечая, помешался. И подойдет время, когда ты носом въедешь в точку невозврата. Либо охаживай ее, люби нормально, либо оставь уже и возвращайся к жизни. Нужно что-то делать, пока на горизонте не замаячил собственный хвост, и ты его не сожрал, по инерции.

— Я не люблю ее. — Холодно ответил декан, слегка ухмыляясь. — Просто развлечение.

— Я слышу это в десятый раз, если не в сотый. Ты сам-то уверен в своих словах?

— Более чем. — Казалось, он снова начинал злиться. В последнее время Джек раздражал его все чаще и чаще, и не замечать такое было нельзя. Но и как убрать это, Хенгер пока не знал. В конце концов, голова была занята другим, совсем другим.

* * *

— В этой шапочке ты похожа на Гринча, Рал. — Ния улыбнулась и надела себе на голову такую же, красную, с колпачком. До нового года оставалось меньше недели, поэтому многие студенты носили на головах это, создавали атмосферу праздника, даже в таком неприятном заведении.

— Это просто мое лицо. Да. — Она слегка смутилась, продолжая вещать на шкаф мишуру и гирлянды. — Не плохо выглядит, а?

— Забавно, что сам декан разрешил украсить аудиторию. Стукнулся, или заболел? — Посмеялся под нос Иэн, окидывая взглядом подруг. За окном завывали холодные ветры, и, наконец, выпал настоящий, пушистый снег. Город становился по-настоящему новогодним, искрился и завораживал. Несмотря на согласие учителя, развешивать украшения остались всего четверо, и сегодня к друзьям присоединилась еще одна девушка. Она, в основном, молчала и слушала, наблюдая за остальными, смотрела на часы, наигранно вздыхая, показывая, что уже поздно, и надо бы домой.

— Атта, если ты не хочешь этим заниматься, может пойдешь? — Сквозь зубы процедила Ния, рассматривая одногруппницу. Казалось, ту действительно не интересовал праздник, и на милый, традиционный процесс ей было плевать.

— Выставляешь, Фарлоу? Спасибо, но я не приму твое предложение. Сколько захочу, столько и буду сидеть, ясно?

— Да хоть до утра сиди, нам-то что. — Отрезал Блейк и сжал зубы. С тех пор, как ее выходка прошла безнаказанно, он так и не смог смириться.

Резко четверка подняла головы — вошел декан, задумчивый, с кипой тетрадей. Мельком осмотрев декор, мужчина сел за стол, поглядывая в окно. Пять вечера, начало шестого, но на улице уже стояла непроглядная тьма. Еще час ему торчать на работе. Час.

— Вроде все. — Рал с улыбкой осмотрела работу и громко вздохнула. — Ну что, домой?

— Ну да. — Иэн кивнул и покосился на учителя, который, одна за одной, открывал-закрывал тетради. — Идем?

— Конечно. До свидания, мистер Хенгер. — С ухмылкой сказала Иида, провожая взглядом декана, ведь через час они встретятся снова. И будут говорить уже на «ты».

Тот кивнул, но на минуту оторвался от проверки и, сузив глаза, проводил троицу. В аудитории действительно стало ярче, красивее. Праздничнее. Наверняка Юрала и дома устроит такой же хлам, но, собственно, почему бы и нет? На носу праздник, и, так уж и быть, можно спустить ей с рук такую мелочь. Потом он будет вправе заставить убирать это все.

Одногруппники скрылись за дверью. Закатив глаза, преподаватель вздохнул. В голову лезли мысли о доме, о том, кто его там ждет и чем там можно будет заняться. Помимо украшения комнат, конечно.

— Простите? — Атта, которая тихонько притаилась сзади, все еще сидела, мило улыбаясь. — Они все-таки превратили ваш кабинет в клуб, как гнусно… а хотите я сниму все? Хотите?

— Зачем? — Хенгер вскинул брови. — Пусть будет, праздник есть праздник. Был бы против, запретил бы сразу.

— Понятно. — Она обреченно вздохнула и посмотрела в окно. — Может, тогда вам чем-нибудь помочь?

— Чем? Проверишь тетради? Или, может, завтра за меня на работу выйдешь?

— Я бы с радостью, вот только образования нет. — Ученица встала, а потом медленно и гибко, словно кошечка, подошла к учительскому столу. — Может… где-то еще пригодилась бы моя помощь?

— Да? — Декан странно ухмыльнулся и поднял глаза. — Прелесть. Так вот, еще один такой намек, и свое образование ты даже не получишь. Не стоит пытаться со мной сблизиться, это плохо кончится, и совсем не так, как ты ожидаешь.

Атта резко выдохнула и отшатнулась, а после стремглав выбежала из кабинета. Учитель потер висок и посмотрел на часы — пять двадцать. Еще одна наивная ученица, преследующая одну из двух целей. Влюбленная, а, значит, очень наивная, раз решила попытаться сблизиться, или менее наивная, пыталась развести преподавателя на приставания, чтоб получить и использовать доказательства. Маленькими, неразвитыми девочками были и те, и другие, ведь очень глупо думать, что человек, сидящий в кресле декана поведется на нечто подобное.

Она бежала по коридору, вперед, стискивая зубы, едва ли сдерживаясь, чтобы