Неисправимый доктор К. - Венди Маркус

— Потому что нам будет трудно без общения друг с другом, — заявила миссис Титон.

Мелани нагнулась и погладила Тори:

— Спасибо за то, что дали моему мужу адрес заводчика собак. Он пообещал купить мне точно такого же ретривера.

Кайл протянул Мелани руку:

— Мне было очень приятно с вами познакомиться. Удачи.

Мелани пожала его руку, едва сдерживая слезы:

— Спасибо. Тори была…

— Да. — Кайл наклонился и погладил собаку по боку. — Она хорошая девочка. Я ухожу. Встретимся, — обратился он к миссис Титон, — завтра утром.

— Не приходите слишком рано, — посоветовала с улыбкой Мелани. — Она не покажется своему приятелю, пока не подберет себе парик.

— Я предупрежу его, чтобы он появился не раньше одиннадцати.

Постучав в дверь, в кабинет Виктории вошла Али:

— Ты видела Кайла? Черт, он просто блещет!

Виктория всегда считала Кайла привлекательным мужчиной, но даже ее поразило его преображение. Теперь он носил костюмные брюки темно-серого цвета, белую рубашку и галстук. Галстук!

Парикмахер укоротил густые волосы Кайла спереди, открыв взору его красивое лицо, и оставил довольно короткие волнистые пряди сзади. При виде его прически любой женщине захочется запустить в нее пальцы. Виктория подумала о том, что теперь он стал лакомым кусочком для всех женщин, работающих в госпитале. Возможно, он решил устроить свою жизнь, осознав, что с Викторией у него нет будущего.

При мысли об этом у нее заныло в груди.

— Несмотря на то что доктор К. отлично выглядит, — продолжала Али, — он похож на грозовую тучу. Впрочем, как и ты.

— Оставь его в покое, Али, — попросила она подругу.

Али ее не слушала:

— Это из-за того, что произошло на торжественном ужине? Знаешь, твой отец заслужил, чтобы ему хорошенько врезали по физиономии. А после того, как ты рассказала мне о том, что он стал инициатором ложного обвинения Кайла в изнасиловании, я считаю, что Кайл просто обязан был поколотить его.

— Я не обсуждаю эту тему, — отрезала Виктория, просматривая компьютерные распечатки и делая вид, что вчитывается то в одну, то в другую страницу.

— Он любит тебя. Это понятно даже дураку.

«Слова ничего не значат», — вздохнула про себя Виктория.

— И ты его любишь, хотя слишком упряма, чтобы это признать.

— Здравствуйте, дамы! — произнесла, стоя у порога, администратор среднего медперсонала. — Я надеюсь, что не помешала вам.

Виктория заморгала:

— Конечно, не помешали. — Она вскочила. — Входите. Али пора заниматься делами.

— Я вижу, ты наконец заставила своего парня вести себя как подобает, — начала пожилая дама, как только Али выскользнула из кабинета и закрыла за собой дверь. — Я не сомневалась, что ты поступишь именно так.

Виктория насторожилась. Неужели она не ослышалась? Ведь до сегодняшнего дня администратор считала, что Кайл ей не пара.

— Он не мой парень, — уточнила Виктория, отпивая воду из бутылки, стоящей на столе. — И я сожалею о том, что произошло в субботу вечером. Я обещаю, что это никогда не повторится.

— Ой, тьфу ты. — Администраторша категорично взмахнула рукой. — Субботний ужин стал самым интересным событием этого года в нашем госпитале. Бьюсь об заклад, наши праздники теперь будут привлекать еще больше внимания.

Виктория не слишком обрадовалась тому, что ее семейные разборки привлекли повышенное внимание.

— Не смотри так настороженно, дорогая. — Администраторша вручила ей несколько писем. Некоторые были написаны от руки. Лежащее сверху письмо было отпечатано на принтере. — Вечером в субботу я зачитала выдержки из письма сенатора Мадрина, где он очень хорошо отзывается о тебе. Но он также отметил высокий профессионализм доктора Карлински. Кажется, твой парень пришел навестить жену сенатора в нерабочее время и привел с собой Тори, чтобы она с ней пообщалась. Мистер Мадрин считает, что именно собака стала основной причиной ее быстрого восстановления.

«Почему никто из моих сотрудников не упомянул о том, что Кайл приходил к жене сенатора в нерабочее время?» — возмутилась Виктория.

— Доктор Карлински проработал у нас всего один месяц, но в его адрес уже пришло семь писем с благодарностями.

Виктория видела, как трудится Кайл, поэтому благодарственные письма ее не удивили. Он не делал свою работу с помпезностью, присущей доктору Старзи. Кайл не искал похвалы и признания. Он просто выполнял свои обязанности, вел себя скромно и сдержанно, чем заработал уважение пациентов и коллег. Кайл отлично преуспел в своем деле. Он оказывал положительное влияние не только на своих пациентов, но и на членов их семей, а ведь это, в конце концов, самое главное. И не важно, как он одевается или что думает о нем администрация госпиталя.

А Виктория была слишком ослеплена желанием добиться успеха, поэтому не разглядела ценные качества Кайла.

— Я хочу предупредить тебя, — продолжала администраторша, — что я собираюсь выдвинуть доктора Карлински на номинацию «Лучший работник месяца». Закрой рот, моя дорогая. С открытым ртом ты выглядишь очень непривлекательно.

Виктория сделала, как она сказала.

— Я надеюсь этого достаточно, чтобы побудить его согласиться стать штатным сотрудником госпиталя. Но, несмотря на положительные результаты, я не могу позволить его собаке разгуливать по этажам. На совещании в пятницу предстоит обсудить дальнейшее присутствие животного в здании госпиталя. — Администраторша посмотрела на Викторию в упор. — И я надеюсь на твою преданность.

— Конечно, — кивнула Виктория.

Она всегда поддерживала свою начальницу и соглашалась с ее предложениями. До сегодняшнего дня.

А так как Виктория была лично заинтересована в этом вопросе, она должна была найти деликатное и объективное решение проблемы.

Кто-то постучал в дверь.

— У меня совещание, — ответила Виктория.

Дверь приоткрылась.

— Извините, что беспокою, — сказала Нора, — но вам звонит Джейк. Он говорит, это срочно.

Приехав домой, Виктория пошла прямо к морозильнику и достала оттуда два пакетика со льдом, чтобы Джейк приложил их к глазу и губе.

— Я не понимаю, почему ты упорствуешь и не говоришь, кто это сделал, — произнесла она, поборов желание съежиться при виде следов драки на лице собственного ребенка.

Кожа вокруг его левого глаза покраснела и припухла, верхняя губа потрескалась и тоже распухла, в ноздрях была запекшаяся кровь.

— Все кончено. Я не хочу об этом говорить, — приглушенно сказал Джейк, держа у губы пакетик со льдом.

— Безусловно, ничего не кончено, — возразила Виктория, подавая сыну свежий лед, завернутый в бумажное полотенце, и бросая в раковину пакетик с растаявшим льдом. — Все будет кончено только тогда, когда будут наказаны виновные. Теперь садись. — Она показала на кухонный стул. — Поговори со мной. Расскажи, что произошло.