Кровь рассвета - Катрина О'Мэлли

— Ладно, что ж, — сказала она, — Бастиан согласен, что это лучший курс…

— Бастиан говорит сам за себя? Или он просто доволен, позволяя тебе делать это за него?

Изольда открыла рот, чтобы ответить, но Бастиан опередил её.

— Бастиан предпочитает говорить только тогда, когда это необходимо, а Изольда, кажется, и сама вполне хорошо доносит суть, — холодно сказал он. — Но, если вам нужно услышать это от меня, я с радостью исполню вашу просьбу. Я думаю, будет мудро с вашей стороны обсудить этот вопрос с Ансельмом. Он не одобрил бы то, что случилось прошлой ночью, и я думаю, он захочет уладить ситуацию с наименьшим кровопролитием.

— А если Ансельм — Селена выплюнула его имя с ещё большим ядом, чем прежде, словно Ансельм был самым отвратительным волком из всех, — сочтёт, что существо, напавшее на эту деревню, должно быть наказано без кровопролития, но я сочту кровь должным наказанием? Что тогда?

Бастиан протяжно вдохнул. Несмотря ни на что, он едва мог выносить, как Селена произносит имя Ансельма с таким неуважением. Он также не мог представить, что всё закончится хорошо, если Селена явится на территорию волков и потребует око за око.

— Я не Ансельм, — медленно сказал Бастиан, — и я не вожак стаи. Не мне говорить, каким будет его ответ.

Он мог с уверенностью сказать, что обычай волков в подобном случае требовал кровопролития. Он просто не знал, удовлетворит ли это кровопролитие Селену.

— И почему ты не живёшь со своей стаей, Бастиан? — сказала Селена. Она снова направилась к нему, каждое хищное движение заставляло шерсть на загривке Бастиана вставать дыбом. — Волки не одиночные существа, если я не ошибаюсь. И всё же ты живёшь в Бладхейвене один, пока твоя стая обитает на юге.

— Деревня подходит мне больше, чем земли стаи, — сказал Бастиан, каким-то образом умудрился небрежно пожать плечами. — Кроме того, жить в Бладхейвене довольно одиноко. В мастерской у меня полно покупателей, с которыми можно поговорить, а теперь ещё Изольда.

Глаза Изольды расширились за Селеной. Одна рука взлетела в жесте разочарования, затем зажала переносицу. Бастиан мог только представить, что она хотела выкрикнуть ему в тот момент, начиная с резкого напоминания о том, что он не должен провоцировать Селену, и что подобные комментарии — не тот способ.

К удивлению и Бастиана, и самой Изольды, и судя по тому, как её брови взлетели к линии волос, Селена не сделала никакого замечания.

— Итак, ты предлагаешь… что? Я полагаю, есть причина, по которой ты привела этого пса сюда, Изольда.

— Он предложил сопроводить нас на территорию волков, чтобы ты могла поговорить с Ансельмом, — подсказала Изольда. — Как волк он может оказать нам определённую снисходительность, если будет там вместе с нами.

При этих словах Селена замерла совершенно, абсолютно неподвижно. На инстинктах Бастиан потянулся к своему ножу. Это была хищная неподвижность — неподвижность перед тем, как смертоносное создание прыгнет для убийства.

А затем Селена повернулась медленно к Изольде.

Только предостерегающий взмах пальцев Изольды удержал Бастиана от того, чтобы обнажить клинок.

— Прости, — сказала Селена, её голос был низким и смертоносным. — «Нас», говоришь?

Изольда скрестила руки, словно Селена не выглядела так, что готова оторвать ей голову.

— Ну да, — сказала она. — Я иду с тобой, разумеется.

— Ты совершенно точно не идёшь.

Изольда переступила с ноги на ногу, её голубые глаза блеснули раздражением, которое Бастиан знал слишком хорошо.

— Почему нет? — сказала она с шокирующим спокойствием.

— Потому что я не стану так рисковать твоей жизнью.

Это было первым, что сказала Селена, с чем Бастиан обнаружил, что согласен.

— Рисковать моей жизнью? — Голос Изольды был сжат от досады. — Я только что сказала тебе, что присутствие Бастиана дарует нам снисходительность. Я не знаю, какая там может быть опасность.

— Ты вампир, Изольда, — отрезала Селена. — Волки съели бы тебя заживо, если бы не Пакт, запрещающий это.

— Ты тоже вампир, Селена. Кроме того, я действительно в большей опасности на территории волков, чем если бы осталась здесь одна? Если ты помнишь, какое-то существо каждую ночь пожирает людей целиком, и кто-то с ночным мором помогает ему.

Изольда сделала небольшое дополнительное ударение на слове «ночным мором» — настолько тонкое, что Бастиан почти не заметил его. Но затем она прищурилась, совсем чуть-чуть, глядя на Селену.

И Селена — Бастиан мог бы поклясться, что она вздрогнула.

— По крайней мере, если я с тобой на территории волков, нас трое, — настаивала Изольда.

— Нет, нас двое, — прорычала Селена, — и он.

— Да, что ж. — Изольда скрестила руки, с выжидающим выражением лица. — Когда мы выезжаем?

Бастиан приготовился к тому, что Селена начнёт кричать, откажет Изольде, набросится на него, словно это он спорил.

Но всё, что она сказала, было:

— Завтра на закате. Нам придётся спешить, если мы хотим добраться туда до восхода солнца. — Она повернулась к Бастиану. — А теперь убирайся, пёс.

Бастиан заставил свой рот изобразить вежливую улыбку.

— Было приятно познакомиться с вами, Селена.

— Вон! — закричала она.

Изольда подошла, поспешно подгоняя Бастиана к двери. Она почти вытолкала его на крыльцо, затем притянула дверь, так что только её голова просунулась в щель.

— Боюсь, у тебя и Селены больше общего, чем каждый из вас мог бы подумать, — прошептала она.

— Какого чёрта это должно значить?

— Вы оба невероятно, раздражающе настойчивы в желании защитить меня. Кроме того, я, кажется, помню, как кто-то другой велел мне убираться из его кузницы в первую ночь нашего знакомства…

Бастиан закатил глаза.

— Спокойной ночи, Изольда, — сказал он достаточно громко, чтобы Селена услышала. Затем тише: — Встретимся через час или около того для патруля?

— Посмотрим, выпустит ли меня Селена из виду. — Изольда взглянула через плечо туда, где, как представлял себе Бастиан, Селена наблюдала со скрещёнными руками и прищурившись. — Мне нужно подкрепиться перед уходом, так что, может быть…

— Ты собираешься подкрепиться? — Вопрос вылетел изо рта Бастиана прежде, чем он успел подумать, стоит ли его задавать — или прежде, чем он успел подумать о своём недоверчивом тоне. — Сегодня ночью?

— Да? — Изольда нахмурилась на него. — Я вампир, если ты помнишь.

— Ты кормилась той ночью. — Бастиан не знал, почему он спорит с ней об этом — перед ним внезапно возник образ: она извивается с другим мужчиной, его руки в её шелковистых волосах, а её клыки вонзались ему в горло, и этот образ наполнил его нутро неприятным и ломающим чувством.

— Верно, — сказала она, — но я понятия не имею, как долго мы пробудем на территории