Прикоснуться к безмолвной ярости - Р. А. Сэндпайпер

— Танидвен Трелефтир, смотри на меня.

Впервые с тех пор, как я покинула родину, кто-то произнёс моё имя правильно. Он растянул первый слог и вложил в него всё. Он взял буквы и сделал из них имя — и я без колебаний подняла на него глаза.

Лицо Нити было твёрдым, как камень.

— Ты должна уйти. Ты понимаешь его намерение, да?

Я тоже тяжело дышала.

— Все претенденты мертвы. Я должна была… — я запнулась. — За кого мне теперь выходить замуж? Он только что убил их. Он что, только что Сломал мою Судьбу?

Нить внимательно вгляделся в моё лицо.

— Ты мне скажи.

Я втянула дрожащий вдох и опустила взгляд на свои руки в перчатках — они тряслись. Я стянула одну, прежде чем успела полностью осознать, что делаю. Что я могла уже потерять.

Мне нужно было знать, Сломлена ли я.

Я думала, что почувствую это, даже не осознавая — как то странное предчувствие, что сейчас тебя стошнит. Чувство, от которого не скрыться. Но вокруг было слишком много ужаса, чтобы понять, осталась ли я собой.

Я протянула дрожащие пальцы и коснулась предплечья Нити.

Я судорожно вдохнула — облегчение было таким сильным, что по краям зрения потемнело.

Нить поддержал меня. Он волновался за меня. Я чувствовала это. Клянусь своей кровью — я всё ещё чувствовала.

— Ты должна уйти отсюда. Он должен поверить, что добился своего. Это — единственный способ для тебя выжить.

Я чувствовала себя так, будто оказалась под водой — не отстранённой от происходящего, а придавленной им, тонущей под его тяжестью.

— Куда мне идти?

— У самого левого края доков, за бочками, стоит лодка. Я заплатил человеку, чтобы он ждал там, если всё пойдёт плохо, — объяснил он. — Ты сможешь безопасно уйти. Он ещё не знает, что здесь произошло.

Я с трудом сделала несколько вдохов. Люди, бегущие с арены, не обращали на нас никакого внимания. Я, может, и Лунная, но прежде всего — женщина. И, конечно, после такого насилия мне нужен был воздух.

— А потом куда?

Он вздохнул.

— Куда угодно. Подальше отсюда. Ты не можешь вернуться в Ивенфолд. Мы должны изгнать тебя, как изгнали бы Сломленную. Ты больше никогда не сможешь с нами связаться.

Я обмякла, и он всё ещё держал меня за руку.

— Я могу вернуться домой? В Торкван?

— Не туда, — сказал он, и я почувствовала, как мой дух сжался ещё сильнее. Лангнатин не Сломал мою Судьбу, но какая разница, если он отнял у меня любую возможность настоящей жизни? — Они дотошны. Кто-то обязательно проверит, Сломлена ли ты. Тебе нужно переждать, пока всё уляжется, пока тебя не забудут. Год. Может, два.

Я не могла осмыслить эти слова. Ещё десять минут назад я пыталась понять, кто из сражающихся мужчин станет моим мужем. А теперь все они были мертвы. Моя Судьба — на грани гибели. Как она всё ещё жива? Какая может быть надежда на то, что я выйду замуж за победителя Игр Лайткарта, если победителей больше нет?

— Но моя Судьба…

Мне ненавистно было, как сорвался мой голос, и я с трудом сглотнула, задавая вопросы, которые сама не могла понять.

— Он убил всех претендентов. Каждого, кто был на арене. Как моя Судьба всё ещё связана?

Нить поднял взгляд к небу.

— Потому что мальчишка — солдат, а не учёный. Мы, Нити, плетём Судьбы из истины вещей, а не из их зрелища. Он из Земель Зрения — он думает, что важно только то, как всё выглядит.

— Я не понимаю.

Он погладил меня по руке, и я снова почувствовала через это прикосновение ту же эмоцию. Она заставила меня едва не разрыдаться.

— Подумай. Вдохни. Что только что произошло?

— Он сжёг их всех, — ответила я сразу, ровным, лишённым интонации голосом, потому что ужас моих слов не нуждался в окраске. Как он мог сделать это так легко? — Он убил их всех.

Нить наклонился ближе, его губы оказались почти у моего лба, когда он прошептал:

— Он убил их всех.

И тогда до меня дошло, что он имел в виду.

— А потом он спустился со своего дракона, — сказала я. — И встал на арене.

Я запрокинула подбородок и посмотрела на Нить. Наши белые глаза встретились, и общее понимание между нами заставило мой взгляд распахнуться ещё шире. Клятвами Близнецов — так и было.

Он кивнул.

— Именно.

Я сделала шаг назад, когда смысл обрушился на меня всей тяжестью.

Лангнатин. Принц-Дракон.

Он был последним, кто остался на ногах. Он был победителем Игр Лайткарта.

— Но он не участвовал в поединке, — прошептала я, отчаянно пытаясь найти любую реальность, кроме этой.

Нить Эрсиммон пожал плечами.

— Очевидно, той части твоей Судьбы, к которой ты привязана, эта мелочь безразлична.

— Он знает? — спросила я, и мой голос теперь был не громче призрака на ветру.

Нить покачал головой — всего раз.

— Не думаю. Не думаю, что кто-то станет смотреть дальше смертей, чтобы это осознать.

Я сглотнула.

— Но что теперь? Я — последняя женщина, на которой он захотел бы жениться.

Нить скривился.

— Тогда стань той, кто ему нужен. Невестой, от которой он не сможет отказаться. Но сначала ты должна покинуть это место, прежде чем кто-нибудь поймёт, что ты всё ещё связана или убьёт тебя просто на всякий случай.

Я смотрела на него, понимая, что, возможно, вижу его в последний раз.

— А Вы?

— Я вернусь в Ивенфолд.

Дряхлый, старый Нить Эрсиммон. Носитель пути, которого я не то, что не хотела, а даже не уважала. Я насмехалась над его предложением, как и все остальные, фыркала на его сонную манеру держаться. Я едва знала его за те два спана, что провела в Ивенфолде. И всё же он защищал меня всеми возможными способами — даже теми, о которых я никогда бы не подумала. А теперь мне предстояло оставить его навсегда.

Меня накрыло ощущение, что я ужасно, болезненно наивна. И всё же я не знала, как быть иначе. Слёзы защипали глаза.

— Это странно. Ивенфолд всегда был для меня тюрьмой, а теперь я жажду его как убежища.

Нить раскинул руки — и я упала в них. Так давно никто, кроме Сета, не предлагал мне объятий. Я всхлипнула, когда он погладил меня по волосам.

— Мне так жаль, что это случилось с тобой.