Это неистовое сердце - Розмари Роджерс

– Любуетесь собой?!

Фло незаметно подошла и критически всмотрелась в мое отражение.

– Ну что ж, не так плохо, но черные волосы здесь довольно часто встречаются и не привлекают особого внимания. А кроме того, моя фигура лучше вашей, признайтесь!

Поправив широкую, отделанную цветами шляпу, я издевательски поклонилась.

– В таком случае оставлю вас любоваться собой.

Выходя из комнаты, я услышала, как она начала декламировать:

– Зеркало, зеркало на стене, скажи: кто прекраснее на земле?..

Потом донесся пронзительный смешок. Почему-то я почувствовала неловкость, словно впереди меня ждало нечто зловещее. Предчувствие было таким сильным, что сердце гулко забилось, а руки похолодели.

Я вышла на улицу, глубоко вздохнула, но неприятное состояние не проходило. Один из охранников-техасцев, окинув меня нагловатым взглядом, предложил подать экипаж, но я, вымученно улыбнувшись, покачала головой и ответила, что мистер Шеннон будет ждать у магазина.

– Хозяин сидит в салуне «Серебряный доллар», это через дорогу.

Что он хочет сказать? Предупреждает, что не верит мне?

После короткой, но выразительной паузы наемник добавил:

– Я мог бы предупредить, что вы его ждете. Он не позволит, чтобы вы стояли здесь, мэм!

– Я должна встретиться с мистером Марком Шенноном, после того как закончу дела, – ледяным тоном объявила я и прошла мимо не оглядываясь.

Фло часто флиртовала с этим человеком; видимо, поэтому он воображал, что имеет право так нагло вести себя, а возможно, считал, что я любовница Тодда – уж очень оценивающим был его взгляд. Может, Фло так ему сказала? Она и в самом деле ненавидит меня!

Зная, что увешанный оружием техасец все еще смотрит вслед, я заставила себя идти как можно медленнее. Становилось все жарче, но народу не убавлялось – шахтеры в грязной одежде вежливо сторонились, давая дорогу женщинам; вразвалочку шествовали ковбои, звеня огромными шпорами, провожаемые восхищенными взглядами молоденьких девушек. Мрачные фермеры, приехавшие в город вместе с рано состарившимися женами и круглолицыми ребятишками, делали вид, что не замечают ковбоев. Я увидела несколько завернутых в серапе мексиканцев с длинными, свисающими до подбородка усами и даже парочку китайцев. Правду говорили мне в Лондоне: Америка – кипящий котел, где смешались все расы!

Я внимательно рассматривала лица в толпе, пытаясь отвлечься от неприятного, все не исчезавшего чувства. И уговаривала себя, что ничего не случится, просто Марк нагнетает атмосферу своим таинственным видом. Но все попытки взять себя в руки были напрасны – я шла все быстрее и быстрее.

Красивый светлокожий испанец ехал чуть впереди меня. Сначала я заметила не его, а лошадь, необыкновенного жеребца моргановской породы. Я с первого взгляда распознала чистоту крови. Наездник, должно быть, заметивший мой восхищенный взгляд, придержал грациозное животное одной рукой, другой вежливо приподнял шляпу.

– Вам нравится мой Конде, так? Редко увидишь хорошенькую сеньориту, которая разбирается в лошадях!

Зубы под темными усиками ярко блеснули.

Великолепный наездник, но уж очень развязный!

Я холодно кивнула и, не оглядываясь, вошла в шляпную лавку.

Мадам Флер, уроженка Франции, оставила покупательницу, которую обслуживала, и устремилась вперед, рассыпаясь в комплиментах и широко улыбаясь.

– О, английская миледи! Ваш заказ готов!

– Пожалуйста, не беспокойтесь! Обслужите даму, я пока осмотрюсь.

Мадам поклонилась и оставила меня в покое, досадливо прищелкивая языком, показывая, как ужасно, что такой благородной даме приходится ждать!

Я медленно пошла между заваленными товаром прилавками, притворяясь, что рассматриваю ленты, перья, отрезы тканей, краем уха прислушиваясь к шепоту за спиной. По-моему, я стала предметом обсуждения и, не желая подслушивать, прошла в самый конец магазинчика и начала рассматривать старые модные журналы, привезенные из Франции несколько лет назад.

– Улыбка прекрасной сеньориты освещает даже эту убогую лачугу, как солнечные лучи – темную пещеру, – сказал чей-то тихий голос.

Значит, правду говорят, что латиноамериканской галантности нет предела! Развязный испанец имел наглость последовать за мной сюда! Я пригвоздила его к месту взглядом и вновь раскрыла журнал. Но внезапно испанец тихо сказал:

– Простите, если кажусь слишком навязчивым, леди Ровена, но ваш отец очень хотел этой встречи.

Охнув от неожиданности, я повернула голову и взглянула в светло-карие глаза.

– Очень сожалею, – поспешно начал он, – но я увидел вас и понял, что придется войти сюда. Пожалуйста, не сердитесь на мою назойливость. Я Рамон Кордес.

Голова моя закружилась, я была настолько ошеломлена, что язык отказывался повиноваться. Кордес! Что он здесь делает?! Почему пошел за мной? Если он в городе, тогда его брат…

Стыдно признаться, но моим первым порывом было повернуться и бежать, и только озабоченный взгляд Рамона заставил меня поколебаться.

Рамон. Младший сын Илэны и Алехандро. Воспитанник отцов-иезуитов. Мистер Брэгг как-то заметил, что он единственный в семье получивший хорошее воспитание.

– Леди Ровена! Пожалуйста, скажите, что не сердитесь.

– Но почему вы так стремились видеть меня? – выдавила я. – Почему?

Оглянувшись, он понизил голос и заговорил по-испански:

– Хорошо, что эти две старухи не могут нас понять, а вы знаете мой язык. Спрашиваете почему? Думаю, вам и так ясно. Для мистера Тодда Шеннона не имеет значения то, что я совершенно невиновен в том, что якобы совершил брат, и почти всю жизнь провел в Мехико. Для него я просто один из стаи Кордесов, и знай он о моем пребывании здесь, немедленно велел бы убить как собаку.

– Боже, значит, вы ужасно рискуете!

– Не так уж ужасно. Он не знает меня в лицо, нигде не развешаны объявления о награде за мою поимку, и пока никому не известно мое имя, все в порядке.

– А ваш брат Люкас, где он? – вырвалось у меня.

Кажется, Рамон покраснел.

– Люкас где-то здесь. Но он ничего не говорил о своих планах. Впрочем, как всегда. – И, горько усмехнувшись, добавил: – Для него я еще ребенок! Не знаю, почему он совершил такую глупость, появившись здесь, но я приехал, чтобы найти вас. И поговорить!

Значит, Люкас обрисовал ему меня! Хотела бы я знать, в каких словах!

– Теперь, когда вы повидались со мной… – намеренно громко сказала я.

Рамон покачал головой, словно не желая слышать дальнейших слов.

– Пожалуйста… Я должен еще раз встретиться с вами. Поговорить…