Обман и обольщение - Лора Ли Гурк

– Ты умеешь играть? – спросил он.

– Да. Папа научил меня играть еще в детстве.

– И у тебя получается?

Маргарет воинственно вздернула подбородок и повернулась к нему:

– Настолько получается, что однажды я его обыграла, и с тех пор он перестал играть со мной в шахматы. Мой папа не из тех, кто любит проигрывать.

– Легко в это верю. – Тревор поставил перед ней стул. – Ну что, сыграем?

– Конечно, – согласилась Маргарет, – но предупреждаю тебя, так же как предупреждала папу: я не позволю тебе выиграть только потому, что ты мужчина.

– Боже упаси! – Он подвинул ее стул к доске, а сам сел напротив.

– Играя с джентльменами, леди не должна позволять, чтобы дух соревнования взял верх над ее благоразумием. Будет лучше, если она проиграет, чтобы не ранить чувства мужчины и не оскорбить его гордость.

Тревор ответил, качая головой:

– А я-то считал, что дамы проигрывают мне только потому, что делают это хуже меня. Что ж, еще одной иллюзией меньше.

Маргарет рассмеялась:

– Посмотрим, как ты сыграешь на этот раз.

Она достала из коробки белую фигуру, но Тревор вырвал ее из руки Маргарет прежде, чем она успела поставить ее перед собой на доске.

– Поскольку мы не делаем скидку на пол игрока, значит, не даем даме право первой начинать игру. – Он вытащил из коробки черную пешку и спрятал руки под столом. – Все ради духа честной игры, конечно, – добавил Тревор, вынимая руки, сжатые в кулаки.

Маргарет не могла поспорить с этим, хотя привыкла к тому, что в шахматах женщинам дозволялось делать первый ход. На мгновение она замешкалась, а потом указала на левую руку. Тревор разжал кулак. На его ладони лежала черная пешка. Он подал ей фигуру со словами:

– Похоже, сегодня удача на моей стороне.

– Да, и она тебе скоро понадобится, – с улыбкой ответила Маргарет.

Они расставили фигуры на доске и со всей серьезностью приступили к игре. Тревор начал ходить с королевской пешки, Маргарет ответила ему пешкой, стоявшей перед слоном. Скоро они оба сконцентрировались настолько, что не заметили, как Густаво придвинул к ним свое кресло, чтобы посмотреть на игру.

Маргарет играла очень хорошо. Тревор был удивлен этим, но не потому, что она была женщиной, а потому, что он не думал, что ей хватит терпения для шахмат. Маргарет изучала доску, а он в это время смотрел на нее. Ее темные брови были сурово нахмурены, губы упрямо поджаты, и Тревор понял, что недостаток терпения она с лихвой искупала упорством и настойчивостью. Как и он, Маргарет любила выигрывать.

Вечер подходил к концу. София и Густаво пошли спать, оставив их в комнате одних, поглощенных игрой в шахматы. Тревор наконец понял, какой стратегии придерживается Маргарет. Она была здравой, и Маргарет просчитывала каждый ход, медленно приближаясь к намеченной цели. Но в итоге ее однобокая настойчивость стоила ей игры. Тревор позволил Маргарет шаг за шагом осуществлять свой план, и вскоре она решила, что загнала его в ловушку.

– Шах, – объявила Маргарет, делая ход ладьей.

– Шах и мат, – сказал Тревор, двигая вперед коня.

Маргарет разочарованно опустила плечи.

– Я не заметила его, – со вздохом призналась она. Тревор с улыбкой произнес:

– Ты хороший игрок, Мэгги. Но тебе не хватает гибкости.

– Хочешь сказать, что пока мы играли, ты знал, каким будет мой следующий ход?

– Не каждый ход, – смеясь, ответил Тревор, глядя на ее мрачное выражение лица. – Были моменты, когда ты по-настоящему удивляла меня.

– Чудовище. А я не могла предугадать и половину твоих ходов. Это очень унизительно. Иногда мне казалось, что, может быть, ты выпил лишнего за едой.

– Даже если ты и права, то что в этом плохого? Вино было очень хорошим, и София то и дело подливала его в мой бокал.

– Я видела. Никогда не встречала таких гостеприимных людей. Они отнеслись к нам как к членам семьи.

– Ну, когда семья такая большая, то еще двое мало что значат. – Тревор рассмеялся. – Ты знаешь, что у Софии с Густаво девять детей и двадцать шесть внуков?

– Боже мой! Представляешь, какая это большая ответственность?

– Это одна из причин, почему ты не хочешь выходить замуж? – спросил Тревор. – Потому что дети – это ответственность, которая тебе не нужна?

Заявление Тревора поразило Маргарет. Она откинулась на стуле и уставилась на него.

– Я не против замужества, – сказала Маргарет.

– Да? А мне показалось, что против.

– Ты говоришь так потому, что я не хочу выходить замуж за тебя, – возразила Маргарет.

– Что ж, должен признаться, что как мужчина, который может много чего предложить будущей супруге, твое горячее сопротивление такой возможности действительно ранило мою гордость. – Он непринужденно пожал плечами. – Но я справилсяс этим.

– Да?

– Только дурак, Мэгги, станет преследовать женщину, которая его не хочет. А я не дурак.

– Я никогда не говорила… – Она замолчала и закусила губу. – Я никогда не считала тебя дураком, – сказала Маргарет.

– Дело в том, что ты ищешь настоящую любовь, – легкомысленным тоном заметил Тревор. – Не так ли?

– Не смейся надо мной.

– Я не смеюсь.

– Смеешься. Я не думаю, что ты вообще веришь в любовь.

Он услышал нотки печали в ее голосе и понял, что судьба предоставляет ему отличный шанс, которым грех не воспользоваться. Ему нужно немедленно взять Маргарет за руку, посмотреть ей в глаза и сказать что-нибудь значительное и сентиментальное – что он, разумеется, верит в любовь и считает, что обрел ее рядом с ней.

Но Тревор не мог ей так бессовестно лгать, чтобы достичь желанной цели.

– Я не смеюсь над тобой, Мэгги, – ласково сказал он. – Просто я думаю, что люди тратят много времени, выносят столько неприятностей и расходуют уйму сил на то, чего не существует в реальности. По-моему, люди принимают за любовь то, что на самом деле является приукрашенной страстью.

– Ты очень циничен.

– Может быть. Но я обнаружил, что любовь – очень ненадежное чувство. Одной любви недостаточно, чтобы вступить в отношения длиною в жизнь.

– А что, по-твоему, является важным условием для таких отношений? – спросила Маргарет, прищурившись. – Может быть, деньги?

– Ты обвиняешь меня в цинизме, а сама считаешь, что каждый мужчина, который проявляет к тебе интерес, думает только о твоих деньгах.

– Как и ты, я делаю выводы на основе своего опыта.