Палисандровый остров - Айрис Денбери

Несколько минут девушки поболтали, потом Мариана поднялась.

— Мне пора идти. — У двери она остановилась. — И не позволяй кузине Софии испортить тебе жизнь, — мягко произнесла она. — Она не видит, что у людей делается в сердце.

Сказав эту загадочную фразу, она оставила Лориан мучиться в догадках, что она значит.

Перебирая бусы в ящичке комода, Лориан случайно наткнулась на кусок оникса, который она привезла с горного склона. Развернув бумагу, она стала поворачивать его в пальцах, глядя, как камень переливается разными оттенками.

Лежа в постели, она решила не придавать большого значения объятиям Рикардо. В будущем она не должна показывать ему, насколько она ранима, а принимать его поцелуи, если он снова решит наградить ее ими, с легким сердцем.

Однако ее сны в ту ночь были тяжелыми. Она попала на самое дно каньона в Лас-Гранадас, не в силах выбраться оттуда и безо всякой надежды взобраться вверх по почти отвесной стене высотой в триста футов. Железная рука приковала ее к черной стене, и она не видела лица своего обидчика. Она тонула в бассейне, затянутом густой растительностью; мертвые бутоны палисандра, огромные банановые листья и пальмовые ветви смыкались у нее над головой как плотная завеса, не давая ей выбраться из воды.

Утром горячий кофе несколько привел ее в чувство и успокоил нервы, и она начала смеяться над собственными страхами. Что на нее нашло? Может быть, это действие вчерашнего салата с омаром или прикосновения к ониксу? Скорее всего, ни то ни другое, а просто реакция на увиденный фантастический пейзаж.

Когда она вошла в кабинет дона Кристобаля и села за пишущую машинку, тот заявил, что сегодня ему работать не хочется.

— Но мы притворимся, как будто работаем, — заговорщически сказал он ей. — А то наши недруги, особенно дон Рикардо, не дадут нам покоя.

Лориан рассмеялась над тем, как этот веселый отец говорит о своем единственном сыне.

— А дон Рикардо дома? — к слову спросила она. — Или он уехал на строительство?

— Он вскочил с рассветом, и я слышал, как его машина уехала. После двух дней отдыха этот парень теперь будет надрывать себя работой, как сумасшедший. Но остальные все дома, так что тебе придется стучать на машинке, и погромче.

Дон Кристобаль уселся с сигарой и тремя газетами и приготовился провести ближайший час в покое и уединении, потому что даже София не имела права заходить к нему в кабинет, когда ей вздумается.

После обеда Лориан позвонила Дэвиду и предложила ему поработать у него, если у него есть что-нибудь срочное.

— Нет, у меня ничего нет. Я как раз собирался уходить, но завтра вечером мне может понадобиться твоя помощь, если ты сможешь выкроить для меня время.

— Хорошо. Часов в шесть? Или пораньше?

— В шесть будет в самый раз. Как прошел подъем на Тьеде?

— Очень хорошо. Потом расскажу.

Она проводила Мариану в отель «Тамара», где та собиралась играть в теннис, потому что теперь запрет на ее визиты был снят. После пары партий в теннис девушки поплавали в бассейне, а потом с ними четверть часа на террасе посидел Карло.

Мариана вся искрилась счастьем по поводу изменившегося отношения ее брата к Карло, и Лориан поинтересовалась, что могло быть тому причиной.

Он пожал плечами:

— Откуда мне знать, что творится у него в голове? То он угрожает уволить меня из отеля и говорит, что мне нельзя видеться с Марианой. Она слишком молода, видите ли, совсем ребенок. Потом она вдруг внезапно стала достаточно взрослой, чтобы мы могли с ней встречаться!

Мариана счастливо засмеялась, и Лориан была рада снова оказаться в атмосфере всеобщего довольства, не омраченной никакими ограничениями.

Она проводила Мариану обратно на виллу и была слегка удивлена, когда служанка Тонина сказала ей, что дон Рикардо ожидает ее у себя в кабинете.

— Прошу вас садиться, — пригласил он.

Минуту-другую он молча мерил шагами кабинет, сунув руки в карманы, лицо застыло в недовольной гримасе, и Лориан не могла понять, какое преступление она совершила. Атмосфера была далеко не дружественной.

— Вы виделись сегодня с вашим другом Дэвидом? — спросил он.

Вопрос удивил ее.

— Нет.

— Вы не связывались с ним? — сурово продолжал он, словно не поверив ей.

— Я звонила ему после обеда.

— Ах вот как!

Он все мерил шагами комнату, и наконец Лориан не выдержала и спросила:

— А что случилось?

Он резко обернулся и посмотрел ей в лицо:

— Нет никакого преступления в том, чтобы позвонить другу, тем более такому близкому другу. Но мне кажется, что вы с ним часто говорите о делах нашей семьи.

— Я никогда не обсуждала с ним ваши дела — или еще чьи-нибудь, — с негодованием отвергла она его обвинения.

— Тогда как же так получается, что каждый наш шаг сразу же становится ему известен — а может быть, и не только ему?

— Не от меня, это точно! — Лориан всерьез разозлилась. — Если вы помните, вы сами еще не так давно интересовались у меня, как продвигаются дела у Дэвида, и я не стала обсуждать это с вами. Таким же образом я не распространяюсь и о ваших делах.

— Не распространяетесь? — переспросил он. — Хотел бы я быть в этом уверен.

— Значит, вы не верите мне на слово! — возмутилась она. — А могу я в таком случае узнать, какие секреты я раскрыла?

— Конечно. Это касается предложения, которое мы сделали на участок земли в Эль-Розарио. Вы печатали все документы на него и запрос на участие в торгах. А ваш дружок Дэвид в этом деле нас обошел.

— А вы что, всегда хотите выигрывать? — резко спросила она. — Даже в деловых вопросах иногда приходится сталкиваться с поражением. Значит, Дэвид предложил более выгодные условия.

— Несомненно, с вашей помощью.

— Нет, без моей помощи! — Она вскочила на ноги, глаза ее сверкали гневом.

— Дэвид использовал очень хитрый подход. Он предложил более низкую цену, а не более высокую, и сказал продавцу, что это даже выгодно тому, потому что в этом случае правительство заплатит ему приличную компенсацию. Но это чистой воды обман!

— А вам не кажется, что кое-какие из ваших методов в ведении дел тоже не выдержали бы слишком пристрастного суда? Наверное, ваши конкуренты тоже обвиняют вас в мошенничестве.

— Мошенничество и обман неприемлемы для семьи Феррано, — холодно возразил он.

— Я тоже этим не занимаюсь.

— Случай с Эль-Розарио не единственный пример такого рода. Есть и другие.

— Могу я вас спросить, бывало ли такое до того, как вы наняли меня к вашему отцу?

Глаза его вспыхнули, как два кусочка отшлифованного оникса.