Грани реальности - Марина Андреева

— Милая, что с тобой? Ты побледнела… — настороженно всматриваясь мне в глаза, словно ища там ответа на так и не высказанные вопросы, муж нежно, кончиками пальцев касается моей щеки.

— Ты в курсе о том расследовании, что было передано в СДГБ?

— Э–э-э… я был одним из первых привлечённых к этому делу, но с той поры, как оно перешло под юрисдикцию секретного департамента, нам больше ничего неизвестно. Вот только ты откуда об этом узнала? — взгляд неожиданно строг, вот только отвечать ни желания, ни времени не было…

— На повестке дня иные вопросы, — вздыхаю. — Сегодня стало известно, что за сущность начинает возрождаться…

— И? — поторопил магистр.

— Верзауль.

Эффект, должна заметить, ожидала иной. По губам сидящего рядом мужчины скользнула улыбка:

— Шутить изволишь! Но… но всё же… откуда тебе известно о возрождении?

— Не до шуток, — бурчу я и тут же, гармонируя с внезапно посерьёзневшим взглядом магистра, рядом с нами вспыхивает голубое пламя портала.

— Уходим, — подхватывая моё тело на руки заявляет он.

— Не–е-ет! Стой!!!

Мой вопль, наверное, был слышен на всей территории гимназии. И тут же повисшую в апартаментах тишину нарушил настойчивый, громкий стук в дверь. Взглянув на мужа, вздыхаю.

— Это была не шутка. Выход за пределы гимназии смертелен, — выпалила я. — Один из сотрудников СДГБ сегодня уже погиб, — добавила севшим голосом, и увидев побледневшее лицо магистра, облегчённо вздохнула: «Поверил, понял», и пошла открывать так и не прекращающую сотрясаться под чьими‑то ударами с той стороны дверь.

В коридоре к этому моменту собралась небольшая, возглавляемая вездесущей Каргулей, толпа. За её невысокой фигуркой виднелись леди Элеонора, леди Моргана, господин ректор, его гномистая заместительница и ещё несколько незнакомых мне мужчин.

— Он тебя обидел? — уперев кулачки в бока и метая грозные взгляды за мою спину, вопросила явно проинформированная Алсеей о моём посетителе Каргуля.

— Вы говорили с ним? — вкладывая в последнее слово лишь нам двоим понятный смысл, с надеждой произносит ректор.

Остальные молчат. И то хорошо.

— Нет и нет! — отвечаю, и видя непонимающие взгляды моих горе защитничков, поясняю: — Ответ на оба вопроса — нет.

Каргуля облегчённо вздыхает, теряя былую воинственность, глаза вмиг ссутулившегося ректора бегают, руки трясутся по–стариковски, Моргана с подозрением смотрит мне в глаза, но молчит. Остальные переводят ошарашенные взгляды с одного на другого участника немой сцены.

— Мне можно идти? — уточняю.

Ректор безмолвно кивает. Каргуля, словно оправдываясь бормочет:

— Ты так кричала…

Не дожидаясь продолжения приоткрываю дверь… и тут раздаётся:

— Постойте‑ка!

Оборачиваюсь, смотрю на выскочившую вперёд седовласую заместительницу ректора. Та переводит гневный взгляд с меня на внезапно присмиревшую Каргулю.

— Мадам Торес, будьте любезны объяснить, что в женском, студенческом корпусе делают посторонние мужчины?

— Как? Где? Кто? — невинно хлопает глазками обвиняемая.

— Гимназистка, Екатерина, откройте дверь шире, — менторским тоном приказывает «замша». — Чтобы все присутствующие смогли увидеть столь вопиющее нарушение правил поведения на территории гимназии!

«Как она смеет так со мной говорить?» Мои глаза, от злости превратившиеся в узкие щёлки, встречаются с потерянным взглядом ректора. Что тот подумал, мне было не ведомо. Но злить и дальше такую нужную всей гимназии меня не решился.

— Оставьте девушку в покое, — устало произнёс он. — Этот визит согласован лично со мной… — наши с Каргулей исполненные благодарности взгляды, немного приободрили старика, и на прощание он добавил: — Мы уже уходим. И… Екатерина, вы обещали подумать…

Вот не люблю, когда меня шантажируют. Пусть и благими делами!..

Стоило войти в комнату, и я тут же забыла обо всём. Тёплый взгляд голубых глаз заставлял дыхание сбиваться в ожидании чего‑то большего нежели невинная игра в гляделки. Но увы… нас ожидал весьма серьёзный разговор…

Предупреждающе выставляю вперёд руку, останавливая идущего навстречу мужчину. Хоть его взгляд и серьёзен, но за собственное поведение, если он окажется слишком близко, не поручусь…

— Я должна связаться с Кхёрном, — произношу и наблюдаю, как по утончённо красивому, но в тоже время такому мужественному лицу Элифана пробегает волна бешенства, выступают желваки.

— Да, иного варианта у нас нет, — с тяжёлым вздохом соглашается он. — Но ты не можешь к нему перенестись, иначе…

— Умру, — завершаю его мысль. — Знаю. Но что‑то придумать надо.

— Кстати! Пойми, это не праздное любопытство, это действительно важно. Ты ещё недавно совершенно ничего не смыслила в магии. Чисто интуитивно наложила заклятие на княгиню, а снять не могла. И вот теперь этот портал… Ты конечно очень упорная. Но… то, что ты каким‑то невероятным образом освоила вызов портала, поражает! Это не всем магам под силу.

— Обстоятельства вынудили, — буркнула в ответ, не особо желая вдаваться в подробности. — Попыталась создать переход между мирами. Помнила, что для этого надо создать огонь.

— В то, что научилась вызывать огонь, я ещё могу поверить. Но почему он синий? И ещё… как ты нашла меня? Ну там… — о туалете он умолчал, но это и так понятно было.

— Пламя создала по образу и подобию того, что видела прежде…

— А видела его вызов в исполнении бывшего?

— Угу, — киваю. — А нашла… мысленная привязка портала: «Около Элифана». И всё.

— Феноменально! — с восторгом восклицает магистр. — Не могу сказать, что никому такая формулировка в голову не приходила, но она не работала! Воистину начинающий маг сродни не осознающему границ возможного ребёнку.

— Наверное. Но как видишь, это работает, — вздыхаю. — Сейчас важнее решить, как связаться с Кхёрном без моего непосредственного перемещения.

— В портал входить нельзя, но что мешает в него что‑нибудь бросить…

— Что‑нибудь, привлекающее внимание и информативное, — уловив его идею, завершила я. — А это должно сработать!

— Ну, если тебе вновь удастся открыть портал рядом с целью, то просто обязано. Вот только не нравится мне всё это…

— И мне, — со вздохом соглашаюсь. — Но ректор сказал, иных вариантов нет.

Магистр мрачно кивнул. И на какое‑то время в комнате повисла гнетущая тишина.

— Простите, что вмешиваюсь, — совершенно неожиданно послышался мелодичный голосок Алсеи. — У Каргули в кладовой скопилось много пустых коробок.