Клэй из Виргинии - Мередит Рич

– Что случилось?

– Быстрее! Позовите Мака…

– Клэй, я здесь! Что стряслось? – Мак Фитцджеральд схватил дочь и крепко прижал ее к себе. – Успокойся и объясни все по порядку…

– Амбар… – хрипло пробормотала Клэй. Ее горло саднило, и ей было тяжело говорить. – Там Блюджей…

Мак и еще десяток мужчин ринулись к конюшне, остальные гости, сбежавшиеся на крик, молча стояли у кромки сада.

Бью Йейтс неторопливо вышел из амбара навстречу Маку.

– Позовите врача. Он здорово ушибся.

– Эй, кто-нибудь, сходите в дом и принесите мою сумку! – крикнул находившийся среди гостей доктор Лонг.

– Мак… Мне очень жаль… Я не хотел его бить так сильно… – Теперь Бью казался совершенно трезвым и рассудительным.

– Расскажи толком, что произошло? – Мак нахмурился.

– Точно не знаю. Я пришел сюда, хотел побыть в тишине. Просто немножко выпил, и у меня разболелась голова.

– Ну а дальше? – негромко спросил Мак.

– Потом услышал голоса из амбара и вошел, чтобы посмотреть, что там и как… и увидел Клэй… с Блюджеем. Блюджей пытался ее поцеловать, а Клэй вырывалась. Я велел ему прекратить, но Блюджей набросился на меня. Мы стали бороться, и… наверное, он ушибся головой, потому и лежит без сознания.

– Все было совсем не так! – Клэй показалось, что сердце ее сейчас разорвется от ненависти к этому мерзкому ублюдку. – Я ездила на прогулку, а когда вернулась, Бью избивал Блюджея. Он не остановился даже тогда…

– Перестань, Клэй. – Голос Бью звучал спокойно и уверенно. – Могла бы поблагодарить меня за то, что я вступился за твою честь.

– Мерзавец! Я вовсе не была в амбаре…

В этот момент из дверей амбара вышел доктор Лонг:

– Надо вызвать окружного коронера.[1]Парень мертв – кровоизлияние в мозг.

Очнувшись двенадцать часов спустя, Клэй увидела у своей постели Нелл Смит. Задвинутые шторы преграждали дорогу лучам полуденного солнца, и в комнате царили полумрак и тишина, только маленький настольный вентилятор негромко жужжал, разгоняя застоявшийся воздух.

– Ох-х… – Клэй попыталась сесть в кровати, но ее голову тут же пронзила резкая боль.

– Успокойся, милая. Все будет хорошо.

В это мгновение Клэй вспомнила о событиях минувшей ночи.

– Блюджей мертв… Но этого не может быть! Скажи мне, что это неправда! – Слезы брызнули из ее глаз, потекли по щекам…

Нелл осторожно положила руку ей на плечо:

– Я понимаю, это был настоящий кошмар. Вот, доктор Лонг оставил лекарство, ты должна его принять…

– Не нужно никакого лекарства, лучше скажи, где папа?

– У адвоката. Он скоро вернется.

– А ты давно здесь?

Нелл улыбнулась:

– Твой отец позвонил мне в полночь.

– Ох, Нелл… – Клэй опять заплакала.

– Что же все-таки там произошло; ты можешь рассказать мне об этом?

Клэй кивнула:

– Думаю, да. – Она подробно пересказала Нелл все, чему стала свидетелем. – Бью солгал. Он сказал, что защищал меня, что мы с Блюджеем… Но Нелл, ты ведь знаешь Блюджея; мы вместе выросли, и он никогда бы… и вот теперь он мертв.

– Да, я знаю. Пожалуй, тебе стоит выпить таблетку и попытаться поспать еще.

В дверь негромко постучали, затем в комнату осторожно вошел Мак Фитцджеральд. Лицо его заросло щетиной; казалось, он не ложился всю ночь. Подойдя к дочери, он обнял ее и поцеловал.

– Как ты себя чувствуешь, девочка?

– Хуже не бывает.

– Нелл, я бы хотел на несколько минут остаться с Клэй наедине.

– Я понимаю. Пойду помогу Ноне приготовить завтрак…

Когда Нелл вышла, Мак ласково посмотрел на дочь:

– Ты можешь говорить, или мне подождать? Клэй пожала плечами:

– Сейчас или потом – какая разница? Теперь все кажется мне таким нереальным.

– Мы с Джеком Расселом пытаемся отыскать способ уладить это дело…

– Вот как. А Бью? Где он?

– Дорожная полиция задержала его в Кальпипере. Он уехал вчера вечером сразу же после того, как ты лишилась чувств. По его словам, он был вынужден убить чернокожего ради самозащиты…

– Но, папа! Бью просто грязный лжец, а теперь еще и убийца.

Мак вздохнул:

– Я верю тебе, милая, но Джордж Рэндольф видел, как ты шла к конюшне, а Одри утверждает, что в это время за тобой крался Блюджей.

– Одри? Да она просто пытается выгородить Бью, потому что он ее брат…

– Клэй, постарайся взять себя в руки, я лишь излагаю тебе очередность событий, происходивших после полуночи.

– Но ты-то мне веришь, папа? Ты веришь мне? Мак замялся, затем не слишком решительно произнес:

– Конечно, верю. Мне пора, а ты постарайся что-нибудь съесть и выпей успокаивающее. Завтра, когда ты немного окрепнешь, сюда приедет Джек, чтобы побеседовать с тобой. Он будет защищать Бью – ведь твоему сводному брату предъявлено обвинение в непредумышленном убийстве…

– Защищать Бью? Но ведь он…

– Теперь мы одна семья, Клэй. Бью – единственный сын Санни, и она очень расстроена…

Только тут Клэй с полной отчетливостью осознала, что происходит. Конечно же, Санни встала на сторону Бью, и ей не стоило большого труда убедить Мака, что Клэй лжет.

– Я говорю правду. Бью избивал Блюджея, когда я вернулась с прогулки…

– Конечно, милая. – На лице Мака появилось озадаченное выражение. – Но зачем тебе понадобилось скакать на лошади в самый разгар праздника?

– Затем… – Клэй не хотелось пересказывать догадку Одри о беременности Санни. – Затем, что у меня вовсе не было настроения веселиться. Папа, ты должен поверить мне!

– Я верю, верю. А теперь отдохни, увидимся позже.

Санни Фитцджеральд сидела в постели с чашкой травяного чая, на лице ее не было косметики, и поэтому всякий раз, когда она пыталась улыбнуться, кожа вокруг ее глаз собиралась крохотными морщинками.

– Входи, Клэй, и садись, мне нужно обсудить с тобой нечто важное. Во-первых, твой отец сказал, что ты продолжаешь настаивать на том, что вошла в амбар, когда Бью избивал чернокожего мальчишку.

– Но это чистая правда!

– Бью мой сын. – Голос мачехи затих, и они несколько секунд сидели молча, прежде чем Санни снова заговорила. – Я люблю его так же крепко, как твой отец любит тебя. И так уж случилось, что я верю его словам. Мы сможем добиться для Бью условного приговора за убийство с целью самозащиты. Но если ты заупрямишься, его обвинят в намеренном убийстве.