Вслед за тобой - Барбара Картленд

Микаэла разгуливала взад и вперед по газону и Синтия дождалась, когда она подойдет к ней.

— Что нужно этой ужасной женщине? — спросила Микаэла.

Синтия вздохнула.

— Когда-то я ее жалела. У нее трудная жизнь. Когда она приезжала в прошлый раз, ей было очень несладко.

Микаэла пожала плечами и сказала, как бы в ответ своим мыслям:

— Ну, а в общем эта дама просто наводит тоску. Кстати, мы с отцом решили — бракосочетание в понедельник.

— В понедельник! — ахнула Синтия. — О нет, Микаэла! Неужели так скоро?

— В понедельник, — был ответ.

Она повернулась, чтобы уйти, но Синтия остановила ее.

— Микаэла, вы сказали Хью?

Она едва осмелилась произнести это имя. Микаэла замерла.

— Нет, — ответила она, помолчав. — К чему? Если я принимаю решение, я строго ему следую. Я даже не знаю, где сейчас Хью.

— Вы правы, поступив решительно и бесповоротно, — сказала Синтия. — Однако, сейчас, по-моему, вам следует сообщить Хью о том, что выходите замуж… за другого.

— К чему? — холодно отозвалась Микаэла.

Синтия ответила ей совершенно искренне:

— Быть может, хоть он сумеет остановить вас, не позволит вам сделать эту глупость. Вашему отцу и мне не удалось. Надеюсь, к мнению Мартена вы прислушаетесь.

— Всегда буду слушаться Хью.

У Микаэлы изменился голос — исчез резкий вызывающий тон. Впервые за много недель она говорила по-человечески.

— Так сообщите ему, — настаивала Синтия.

Микаэла отрицательно покачала головой.

— Вы перехитрили себя, Синтия, — проговорила она еле слышно. — Перехитрили, когда приехали к Хью домой и уговорили меня с ним расстаться. Я повторила ему ваши слова, убедила его, что вы правы. И его мнение — следует поступать как порядочные люди, ни встреч, никаких контактов, пока обстоятельства не изменятся. Хью связан браком, выходит, это я должна изменить свои обстоятельства. Не так ли?

— Но я убеждена, Хью не предполагал, что вы поступите так дурно, противоестественно — выйдете замуж без любви! — воскликнула Синтия.

— Откуда вам известно, что он мог предполагать? — спросила Микаэла, чуть хрипло. В голосе ее звучало глубокое страдание. — Кому это может быть известно?

Она быстро отвернулась и бросилась бегом к дому, оставив Синтию одну, подавленную, обескураженную.

Некоторое время Синтия бродила по саду, затем вернулась в гостиную.

К ее удивлению ни Роберта, ни Сары, там не было, однако очень скоро та появилась.

— Пойдем, Синтия, нам пора! — поспешно проговорила она.

— Роберту, значит, я не понадоблюсь? — удивилась Синтия.

— Нет, Роберт, занят, — отвечала Сара. — Пошли.

Она почти силой вытолкнула Синтию в парадную дверь. Они пошли вдоль аллеи, и когда их нельзя было услышать из дома, Сара выпалила в великом возбуждении:

— Держись, я тебе скажу нечто сногсшибательное!

— Что случилось? — Забеспокоилась Синтия.

— Перед тем, как все тебе рассказать, хочу чтобы ты услышала мое мнение о твоем друге Роберте Шелфорде. Он ничтожество! Я восхищалась им, считала его, по крайней мере, человеком щедрым, но либо он изменился, либо я ошибалась.

— Что ты имеешь в виду? — сказала Синтия. — И почему о моем друге? Скорее, он твой друг, ведь вы знакомы много лет.

— Да, это так, — вынуждена была признать Сара. — Но должна сказать тебе, Синтия, — в «Березах» творится странное. Если бы Роберт вел со мною честную игру, я тоже не стала бы нарушать наш с ним уговор, — продолжила Сара. — Я давно дала ему слово не открывать его тайн, и слово свое сдержала. Но я ожидала чего-то взамен, хоть какой-то благодарности от него.

Синтия словно прозрела.

— То есть денег? — спросила она.

— А почему бы и нет? — спросила Сара. — У него их куры не клюют.

— Ты шантажируешь его?

— К чему такие абсурдные выражения? — послышался недовольный ответ. В глазах Сары сверкнул злобный огонек. — Я тебе кое-что скажу: Роберт делает вид, будто влюблен в тебя, а на самом деле у него в «Березах» живет содержанка.

Синтия застыла на месте.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что сказала, — ответила Сара. — Он прячет там какую-то свою подружку.

— Ты сошла с ума! — ахнула Синтия, но естественное любопытство взяло верх и она тут же добавила, — откуда тебе известно?

— Знаю! Только что, когда мы с ним разговаривали, негритянка, — Зелли или как ее там, — вошла и шепнула что-то ему на ухо. Всего я не расслышала, но кое-что разобрала, и у меня сразу возникли подозрения. И повел себя Роберт престранно — вскочил и бросился вон из комнаты без извинений и объяснений. Он словно забыл о моем присутствии! Он помчался наверх, следом за негритянкой, и они оба свернули в Южное крыло.

— Но это невозможно! — воскликнула Синтия. — Ты ошиблась.

— Ты не знаешь Роберта Шелфорда, для него невозможного нет, — злобно прошипела Сара. — Особенно, если речь идет о женщинах.

— Какие женщины? Нет там никого! Это ошибка, плод твоего воображения.

Сара улыбнулась снисходительной улыбкой человека, которому известно гораздо больше, чем другим.

— Я по выражению лица Роберта поняла: здесь творится неладное, подождала немного, постояла минутку — и вслед!

Если, думаю, обернется и увидит, скажу, что хотела попрощаться. Как ты знаешь, Южное крыло — нежилое, оно всегда было на замке. Он и мне, и другим, — сама слышала, — говорил, там пусто, это нежилая часть дома. Он затворил за собой дверь, но я ее приоткрыла и заглянула внутрь. Ты, наверно, помнишь, там длинный коридор упирается в окно с витражом?

— Да, — отозвалась Синтия, — конечно!

— Ну, так вот — в коридоре роскошная мебель, ковры, вазы с цветами. Роберт лгал! Богатая обстановка! Дверь в комнату в дальнем конце была открыта, и Роберт, наверно, был там. Послышались голоса; я подождала еще. Негритянка вышла. Она несла поднос, а через руку у нее был дамский халат — розовый атлас с гипюром! Я успела все рассмотреть, она меня не заметила. Потом я тихонько выскользнула и спустилась вниз. Теперь ты мне веришь?

— Нет! — отрезала Синтия.

Сара визгливо засмеялась.

— Конечно, ты не желаешь верить! И я знаю, почему — ты влюблена в этого человека!