Зловещая тайна - Барбара Картленд

— Этот викарий, сэр, — сказала Кэролайн, опуская голову в притворном смущении и чуть слышно выговаривая слова. — Он, право, такой неприятный джентльмен.

— Плохо ведет себя по отношению к вам, вот как? — сурово спросил мистер Стрэттон. — Ну, я это быстро улажу. Я пойду с вами, мисс Фрай, если вы мне позволите.

Кэролайн сжала руки.

— Ох, сэр, правда? Нет, я не должна вас об этом просить… Вы могли бы спокойно отдыхать здесь…

— Я рад быть вам полезным, мисс Фрай. Расскажите мне об этом викарии.

— Я нахожу преподобного джентльмена крайне непривлекательным, — проговорила Кэролайн, скромно опуская глаза. — Но это не все. Он крайне недобр к моей бедной подруге, своей дочери мисс Хэрриет Уонтедж.

Она училась в одной школе со мной, и свет не видел другой столь очаровательной и доброй девушки. Я скажу вам, сэр, — но только по секрету, — что ее отец ужасно к ней жесток.

— Жесток? В чем же это проявляется? — изумился мистер Стрэттон.

Пока они шли по зеленым лужайкам, а потом по длинной аллее, которая вела в сторону деревни, Кэролайн повествовала о жестокостях викария. Рассказ этот длился почти всю дорогу к дому священника, и если Кэролайн несколько вольно обращалась с фактами, а подчас прибегала и к фантазии, то она успокаивала свою совесть тем, что рассказ ее все же не лишен оснований: у нее из памяти не выходило бледное, напуганное лицо Хэрриет.

Они подошли к дому викария, и в одном из окон верхнего этажа Кэролайн заметила Марию, наблюдавшую за ними. Распахнув калитку, которая вела в неопрятный, плохо ухоженный сад, Кэролайн проговорила:

— Молю бога, чтобы викария не было дома, сэр. Возможно, он разгневается, что я привела сюда столь аристократического гостя без приглашения.

— Ему лучше бы сдержаться в моем присутствии, — ответил мистер Стрэттон с неожиданной энергией, явно забыв о своей напускной лени.

Парадная дверь распахнулась, едва они успели позвонить, и Хэрриет уже приветственно протягивала Кэролайн руки. Да, это была Хэрриет, но, как с удовлетворением отметила про себя Кэролайн, выглядела она совсем по-другому. Простое, но хорошо сшитое платье со свежей белой кружевной косынкой очень шло девушке, а Мария причесала Хэрриет по последней моде, так что десятки небольших кудряшек, обрамлявших ее худое лицо, сделали его неожиданно пикантным. Глаза Хэрриет всегда были ее самой привлекательной чертой, и сейчас они были широко распахнуты и светились от волнения.

Кэролайн представила подруге мистера Стрэттона, и Хэрриет провела их в безрадостную обшарпанную гостиную.

— У меня есть для тебя приглашение, Хэрриет, — сказала Кэролайн. — Ее светлость надеется, что сегодня вечером ты сможешь прийти в замок на обед. Приглашено довольно много соседей, и она считает, что тебе будет приятно.

— Ох, Кэролайн, как чудесно! — воскликнула Хэрриет, но тут же лицо ее вытянулось. — Но, наверное, папа не разрешит мне принять приглашение.

— Я попытаюсь его убедить, — предложила Кэролайн. — Где он?

— В своем кабинете, — сказала Хэрриет. — Он готовит воскресную проповедь, а это всегда делает его таким раздражительным!

— Подожди здесь, — сказала Кэролайн. — Я скажу ему о приглашении.

— Ты решишься? — взволнованно спросила Хэрриет. — Честное слово, я бы не смогла. Я сегодня в опале, потому что гусь, которого подали сегодня к ленчу, оказался пережаренным. Папа опоздал на полчаса, но он сказал, что это меня не извиняет. Ох, Кэролайн, был такой шум, и он пригрозил, что высечет меня, если и ужин будет ему не по вкусу. Пожалуйста, не серди его…

Может, разумнее мне извиниться перед ее светлостью и не беспокоить папеньку?..

— Предоставь это мне, — ответила Кэролайн.

— Ох, Кэролайн, какая ты смелая! — воскликнула Хэрриет и, повернувшись к мистеру Стрэттону, спросила:

— Ведь правда, сэр?

— Ну, мистер Стрэттон с тобой не согласится, — улыбнулась Кэролайн. — Уверяю тебя, Хэрриет, сам он никогда ничего не боится, кроме скуки.

— Да, я не сомневаюсь в этом, — сказала Хэрриет с подкупающей прямотой, и мистер Стрэттон неожиданно живо, без всякой скуки улыбнулся ей.

Кэролайн оставила их вдвоем в гостиной и прошла через прихожую в кабинет. Постучав, она приоткрыла дверь и увидела, что викарий сидит не за столом, как можно было бы ожидать, а удобно растянулся в кожаном кресле с рюмкой вина в руке. Заметив в дверях Кэролайн, склонившуюся в глубоком реверансе, он медленно поднялся ей навстречу. Тактично, однако вовсю используя самую неприкрытую лесть, которую, как она и ожидала, викарий принимал удивительно легко, Кэролайн сообщила ему о приглашении леди Брекон. В ответ она услышала, что Хэрриет еще везет, если ее все же куда-то приглашают, принимая во внимание ее тупость.

— В то же время я думаю, не стоит ли мне наказать эту маленькую идиотку, заставив ее остаться дома, — размышлял он вслух. — Сегодня она невыносимо мне досаждала.

— Ох, сэр, не может быть, чтобы вы были так жестоки! — возразила Кэролайн и лукаво добавила:

— О, я вижу, вы просто надо мной подшутили: я заметила смешинку у вас в глазах!

Викарий сдался.

— Ну, хорошо, девчонка может отправляться, хотя одному господу известно, что она наденет. Вечно она выглядит как оборвыш.

— Я позволила себе, сэр, предложить ей мое платье, — быстро сказала Кэролайн. — Оно принадлежало леди Кэролайн Фэй, и я знаю, ее светлость была бы рада, если бы Хэрриет его сегодня надела.

— Если бы девчонка не была так глупа, она сшила бы себе приличное платье, — продолжал ворчать викарий. — Но уж это вы между собой сами решайте.

— Спасибо, сэр, вы так добры, — сказала Кэролайн.

Потом, секунду поколебавшись, робко добавила:

— Мне кажется… я должна упомянуть, сэр… что… что сюда со мной пришел один джентльмен.

Она помедлила, опустив глаза, затем снова подняла их и сплела пальцы: вся волнение и беспомощность.

— Я знаю, что мне не следовало приводить его, сэр.:. но я ничего не могла поделать. Он очень настаивал.

И хотя эти несколько минут он был с Хэрриет наедине, я уверена, что он не причинил ей зла.

— Зла! — прорычал викарий. — Что вы хотите сказать?

— Ох, ничего, сэр, ничего, — затрепетала Кэролайн. — Говоря честно, он очень приятный собеседник, но я знаю о нем очень мало: только что он шестой сын, и его отец беден…

— В моем доме бедняки и приживалы не нужны! — резко оборвал ее викарий. — От них добра не жди! Нечего ему было сюда приходить.

— Ох, сэр, боюсь, что это моя вина! — совсем сникла Кэролайн.

— Я охотно верю, что вы не могли помешать ему прийти сюда, мисс Фрай. Вам, в вашем положении, нелегко сказать «нет» одному из гостей его светлости, но здесь я хозяин. Где этот безденежный нахал?