Паутина лжи - Олег Рой

– …за немалые денежки, – не дал ему договорить Саша. – Двести пятьдесят тысяч евро – сумма приличная. И что-то я сильно сомневаюсь, что она вся идет на оплату услуг сбившейся с пути девицы. Даже если исключить затраты на всякие медицинские дела – ведение беременности в течение всего срока, роды и первоначальный уход за новорожденным, все равно остается немало. Таблетки для имитации токсикоза и подушки, изображающие живот, я, как ты понимаешь, в расчет не беру. Судя по тому, что говорит Игорь, спрос на услуги, предоставляемые клиникой, немалый. В год они продают не одного ребенка и не двух… Нет, Стефан, что ни говори, но кто-то поднимает на этом деле бабло, и нехилое.

– Да, в этом ты прав…

Когда прозвучало «двести пятьдесят тысяч евро», Стефан на минутку задумался – что-то такое у него было связано с этой цифрой, что-то неприятное, трудно вспомнить… Но Саша, продолжая говорить, отвлек его, не дав сосредоточиться.

– И не только в этом. Вспомни Марко – его убрали, как только парень попытался сунуть нос в дела клиники. А это уже напрочь перечеркивает всю положительность такого рода бизнеса, о которой ты говорил… Но и это не главное! Знаешь, что меня больше всего настораживает?

– Нет, пока не знаю, но надеюсь, что ты сейчас этим поделишься.

– Поделюсь, поделюсь… Хотя, признаюсь, мне самому страшно об этом думать. Понимаешь, ребенок Марко и Микаэлы умер… И наш с Юлей тоже.

– Прости, я что-то не пойму ход твоих мыслей…

– Я сам себя не пойму… И очень надеюсь, что ошибаюсь. Просто подумал вдруг – ну сколько может быть таких матерей-отказниц? И не просто абы каких, а проверенных, здоровых, красивых, чтобы от них рождались, прости меня за циничность, дети с гарантией? Их ведь как-то надо найти, таких женщин, уговорить отказаться от своего ребенка…

– И ты думаешь, что?.. – Стефан сам оборвал собственную фразу на полуслове.

Саша покачал головой:

– Я пока ничего не думаю. У меня слишком мало информации, чтобы делать выводы. Но я добуду эту информацию, чего бы мне это ни стоило! Землю буду рыть, но добуду!!!

– И я обязательно помогу тебе в этом, – Стефан положил руку на плечо друга. – Решено: по возвращении в Швейцарию сразу же отправлюсь в эту клинику. Если будут спрашивать, откуда я узнал про них, сошлюсь на этого твоего Игоря – он, судя по всему, треплется об этом направо и налево… И как только хоть что-то узнаю – мигом сообщу тебе. Договорились?

– Спасибо, дружище! – Саша обнял Стефана и похлопал его по плечу. – Всегда знал, что на тебя можно положиться.

Девчонкам, как выразился Саша про Юлю и Микаэлу, они решили пока ничего не говорить – как, впрочем, и кому-либо еще. Однако любящее сердце Микаэлы, видимо, почувствовало что-то. Когда они, закончив свое пребывание в России, сели в самолет, Стефан стал расспрашивать подругу о ее впечатлениях.

– Как тебе понравилось путешествие?

– Очень понравилось, – кивнула та. – И Москва, и Петербург – удивительно красивые города. Русские церкви – это просто что-то потрясающее! И московское метро – действительно настоящее чудо. Жаль только, что там все время так много людей. Но люди в России мне тоже понравились. Не знаю, почему считается, что русские наглые и некультурные… Конечно, везде есть всякие люди, но нам с тобой в основном попадались исключительно приятные и милые. И столько красивых лиц… Когда Джулия немного подрастет, я обязательно съезжу в Россию вместе с ней. И знаешь что, Стефан… Наверное, я даже была бы не против, если бы она полюбила хорошего русского парня и вышла бы за него замуж.

– Ну, – засмеялся Стефан, пристегивая ремень, согласно команде бортпроводницы. – До этого, к счастью, еще очень далеко.

– Не скажи… Время летит так быстро… Вот я рассказывала вам с Сашей о гибели Марко, а сама думала – боже, прошло уже четыре года! А кажется, что это случилось только вчера.

Самолет уже пробежал по взлетной полосе, оторвался от земли и поднялся в воздух, когда Микаэла вдруг повернулась к своему спутнику и спросила:

– Стефан, возможно, мне это только кажется… Но у меня такое ощущение, будто в России с тобой что-то произошло. Будто ты узнал нечто, что тебя взволновало и озадачило… Это ведь так?

– Что? Нет-нет, что ты, ничего подобного! Все нормально, – бодро заверил Стефан, который на самом деле действительно только и думал что об их с Сашей плане.

Микаэла покачала головой:

– Дорогой, я достаточно хорошо тебя знаю, чтобы понять, когда ты говоришь правду, а когда пытаешься что-то скрыть.

– Да нет же, уверяю тебя! Ничего серьезного. Так, небольшие проблемы, связанные с бизнесом, но это все вполне решаемо.

В это время стюардесса покатила по проходу тележку с напитками, и Стефан с удовольствием воспользовался этим предлогом, чтобы перевести разговор на другую тему.

– Что бы ты хотела выпить, дорогая?

– Ничего. Мне пока не хочется пить.

– А я с твоего позволения выпью немного виски… Ты не хочешь вздремнуть?

Микаэла откинулась на спинку кресла, поглядела в окно, на проплывающие за бортом облака. А потом вдруг спросила:

– Признайся, Стефан… То дело, о котором ты сейчас так много думаешь, никак не связано со смертью Марко?

Стефан чуть не подавился своим виски. Ему стоило больших усилий не подать вида, что Микаэла попала в самую точку.

– Нет, что ты! – заверил он. – При чем тут та история? Как тебе вообще такое в голову пришло?

– Ну, хорошо, если так… – Микаэла прикрыла глаза и, похоже, действительно задремала.

По прибытии в Швейцарию они должны были расстаться, и эта минута тоже была очень тягостна для Стефана. Не было никакого желания прощаться с любимой женщиной, с которой он так хорошо, так комфортно себя чувствовал, и отправляться к другой, нелюбимой, в неуютный и чужой, пусть и номинально принадлежавший ему самому, дом. Дом, с пребыванием в котором его мирили только улыбки, лепет, тепло и милый младенческий запах маленького Стефана.

Микаэла тоже не любила прощаний и оттого, расставаясь с ним, всегда стремилась сделать этот момент как можно более кратким. Просто говорила «до свидания» и спешно, не оборачиваясь, уходила прочь, без всяких светских благодарностей за хорошо проведенное время и планов на следующую встречу. Но в этот раз она вдруг задержала Стефана, взяла его за руку, заглянула в глаза и попросила:

– Очень тебя прошу – будь осторожен. Пожалуйста. Если и с тобой что-то случится, я просто не переживу.

Повернулась и зашагала прочь, легко постукивая высокими каблуками.

От этих ее слов Стефану вдруг сделалось не по себе. Он вспомнил о Марко. Тот тоже, как и они с Сашкой, попытался разгадать тайну клиники – и к чему это привело? Что, если и его, Стефана, ждет такая же участь? По коже пробежал неприятный холодок, точно кто-то провел по ней шершавым куском льда. Может, бросить эту затею, пока не поздно? Или все-таки нарушить их с Сашкой договор и сообщить обо всем полиции? Пускай, в конце концов, такими делами занимаются профессионалы, это их работа…