Украденный экстаз - Ханна Хауэлл

– Три вьючных лошади? Зачем так много? – спросил Хантер, помогая Тому усадить Уоткинса на одну из лошадей. Оба продолжали бдительно следить за охранниками.

– Тут деньги, которые мы выкрали в банке, кое-какие припасы в дорогу и все ценное, что попалось мне под руку. В том числе и немного денег. Возможно, мы сумеем помочь хоть кому-то из людей, которых этот мерзавец обобрал до нитки. Как они там перебиваются, одному Богу известно. Все готовы? Лина не успела ничего ответить, она торопилась. Том и Хантер уже вскочили на лошадей и пришпорили их. Том скакал рядом с Уоткинсом, продолжая держать его на прицеле до тех пор, пока они стали недосягаемы для охраны. Лина напряженно прислушивалась, ожидая услышать шум погони. Погони так и не было. Их догнали только Чарли и Джед. Это случилось в тот момент, когда асиенда исчезла из виду.

– А я уже решил, что вы передумали.

Хантер почти не скрывал своего удовольствия от того, что неразлучная парочка решила присоединиться к ним.

– Ну-у, чтобы подрезать все ремни на седлах, требуется какое-то время, – протянул Чарли.

Они дружно расхохотались. У мужчин, с раздражением подумала она, очень своеобразное чувство юмора.

Могло показаться, что Хантер с Томом решили доскакать без передышки до Литл-Крика. А то, что по дороге они потеряют одного из своей компании, – это сущие пустяки. Стоило ей так подумать, как всадники остановились. Лина с трудом соскользнула с лошади, пытаясь устоять на дрожащих ногах и морщась от боли. Наверное, она никогда не привыкнет к таким длинным перегонам верхом. Тело ее ломило от безумной усталости.

Ну и слава Богу! Скачка отвлекала, но стоило остановиться, и сразу вернулись невеселые думы: как нагло Хантер врал ей – во всем, в каждой мелочи. Чтобы отвлечься, она решила сварить кофе. Крошечный костерок был прикрыт камнями, чтобы не привлекать внимания. Вот где она могла продемонстрировать свое мастерство – готовить на таком огне. И она загордилась, справившись с трудностями. Мужчины слишком устали и были слишком напряжены, чтобы расточать комплименты, но она не обижалась. Кофе получился отменный! Пришедший в себя во время скачки Уоткинс посверкивал на всех гневным взглядом и изрыгал такие угрозы, что Лина вздрагивала от страха.

– Да плюнь ты на него, не обращай внимания, – посоветовал Чарли, заметив ее состояние. – А ты, Уоткинс, заткни свою поганую пасть, не то заставлю тебя умолкнуть не самым нежным способом. – Он взглянул на Хантера: – Ты уверен, что он нужен тебе живым?

– Боюсь, что так, Чарли. – Хантер посмотрел на Уоткинса. Угроза Чарли заставила того замолчать, но ярость так и бурлила в нем. – Они хотят сдать его властям в Литл-Крике!

– Литл-Крик? Мы, кажется, проезжали рядом с этим городком? – спросила Лина.

– Угу. Около года назад Уоткинс послал туда своего человека. Тот убил конвой, выкрал зарплату рабочих и свалил все на меня. Вот ему и придется покаяться в грехах перед судом, раскидать кучу лжи, которую взгромоздили на мои плечи. В суде должны разобраться в этой истории, да и в некоторых других тоже, а потом вынести свое решение. Уоткинс должен понести наказание за все свои преступления.

– Значит, сам ты, получается, не преступник, так я понимаю? – Джед даже выронил кружки, которые собирал для мытья.

– Нет. И если быть честным...

– Какая чудесная перемена... – не без ехидства произнесла Лина.

Хантер решил, что пока лучше проигнорировать ее замечание.

– Я никогда и не был преступником. Я долго пытался проникнуть в окружение Уоткинса, старался втереться в доверие и получить у него работу, чтобы быть в курсе всех дел. Деньги, которые мы украли для него, должны быть возвращены. Надеюсь, что вы не возражаете.

– С этим-то все ясно, – ответил Чарли. Джед согласно кивнул. – Да мы практически и не видели ничего из этих денег.

– Но, думаю, нам с законом все равно не стоит связываться, – вмешался Джед. – Мы все равно для него преступники. Какой у них с нами разговор? – Его глаза вдруг расширились, и он нерешительно потянулся к кобуре. – Ты ведь не собираешься заложить нас шерифу? И как быть с Линой? – Он указал на Тома: – А он? Разве его не разыскивают, как и нас?

– Я не собираюсь выдавать кого-либо из вас законникам, парни. Только Уоткинса. – Хантер взглянул на Лину. – Когда Уоткинса изобличат и осудят, он автоматически потянет за собой и шерифа Мартина, так что и твой случай, Лина, будет расследован. – Снова переведя взгляд на Чарли и Джеда, он строго проговорил: – Я предлагаю вам шанс навсегда покончить с этой жизнью.

– Не садясь за решетку? – уточнил Джед.

– Не садясь за решетку.

– Думаешь, тебе это под силу?

– Уверен, что здесь не возникнет никаких сложностей, – ответил за него Том.

– Откуда у тебя такая уверенность? И кто ты такой, черт побери? – поинтересовался Чарли.

– Я тоже ломаю над этим голову, – пробормотала Лина, взглянув на Тома.

– Зовут меня Себастьян Лукас Крейн Третий, – слабо улыбнулся в ответ Том. – Исполняю обязанности федерального маршала.

Лина даже оцепенела от неожиданности:

– Н-но... этот охотник за наградой. Вы же убили его, не так ли?

– Ничего подобного. Я подкрался к нему, приставил «кольт» к его голове и вежливо объяснил, что он мешает мне заниматься делом государственной важности. И сказал, что был бы очень признателен, если бы они с дружком немедленно смылись, исчезли, испарились. Велел ему лечь трупом, пока мы не уедем восвояси, а потом догнать своего товарища по несчастью. А еще посоветовал ему найти себе другое занятие, поскольку охота за наградами ремесло рискованное, так недолго и в ящик сыграть.

– А Люк? Вы просто охотились за ним, да?

– Да, за Люком Мидом я охотился уже давно.

– О! Я счастлива, что вы прогнали его, вот только жаль, что для этого вам пришлось убить его.

– А мне не жаль. – Он поморщился, заметив, как шокировали всех его слова. – Видите ли, тут столкнулись интересы. Представитель закона говорил во мне, что лучше бы захватить его живым, но человек жаждал прикончить негодяя. Он убил моего лучшего друга.

– Простите меня, – выдавила из себя Лина. – И все это время... – Она потупилась. – Я даже не подозревала... Теперь вы стали намного разговорчивее. И... намного... э-э... законнее.

– Несдержанность стольких людей погубила... Помалкивай – и не проболтаешься. Я выучил это как первую заповедь моей профессии: маска молчаливого парня с холодными как сталь глазами практически неуязвима. И внушительна. Когда вы открываете рот, люди слушают вас с особым вниманием и почтением. И угроза из ваших уст становится куда весомее. И вообще, если люди не знают вас и не могут предугадать ваши действия, они будут опасаться и сторониться вас.

Лина вздохнула и перевела взгляд на Хантера. У Тома были причины помалкивать и скрываться под чужим именем, были они и у Хантера. Однако причин вести себя и с ней в личной жизни таким же образом она не видела. Значит, он не доверял ей. Именно это более всего уязвляло Лину. Но она постаралась спрятать свою обиду подальше.