Приручи меня, если сможешь - Евгения Чащина

— Тебе придется мне помочь, принцесса. Но мы не торопимся, я хочу видеть тебя всю.

Становится на колени перед кроватью, ладонь жадно скользит по ноге вверх, пальцы цепляют трусики и тянут их вниз. Он так быстро оказывается между моих ног, что я всхлипываю от того, как язык мужа настойчиво изучает мой клитор.

Я дарю ему ещё один оргазм, удивляясь своему предательскому телу. Столько цену себе набивала, чтобы сдаться без боя. Без зажимов, без Сахары, а целиком и подчистую. Меня это удивляло. В этом вопросе мы нашли взаимопонимание так же быстро, как в семейной жизни, понимая друг друга с полувзгляда.

Ему не нужно было просить меня стащить его штаны и боксёры, я сделала это сама. Коснулась налитого члена, который жаждал моего внимания. Сглотнула. Пнула себя.

Здесь и сейчас. Не тащить третьего в постель. Этот прекрасный мужчина этого не заслуживает. Новая страница. Мой первый раз. И точка.

В конце концов, я имею право на нормальный первый раз. А этот был не просто нормальным, он был замечательным. Размеренным. Спокойным. Последовательным. Достаточно страстным, но это было пламя, которое согревает, а не пламя, которое вот-вот сожжёт, как с…

Стоп.

Целую мужчину, понимая, что ещё немного, и я кончу. Углубляю поцелуй, чтобы он финишировал вместе со мной. Вспышка и волна удовольствия. Телу приятно. Не било током, нет ощущения, что вот-вот сдохнешь. Скорее, как будто только что сделали самый классный в мире массаж.

— Я думал сдохну без тебя, — упирается лбом мне в грудь и нежно лижет кожу, — Стаська, ты мое наваждение.

Довольный Вартан падает на спину и трет ладонью лицо. Смотрю на его довольную улыбку, и сама улыбаюсь. Оторвался, доволен.

— Тебе было комфортно?

Рука легла на треугольник и нежно его погладила.

— Спрашиваешь? Очевидно же, — улыбаюсь уголками губ.

А сама не понимаю. Что во мне такого, что уже второй мужчина говорит мне такие волнующие слова и почти помешался на мне? Это приятно, но непонятно.

— Спать или позже повторим? — смотрит с не меньшим вожделением, чем прежде.

— Разве ты у нас не раненый лев, которому положен отдых? — улыбаюсь снисходительно, глядя на мужчину.

Я предложила бы повторить утром, когда он наберется сил, но подозреваю, что сил он наберется быстро, и за год голодовки одного раза будет мало. Плюс утром Илья жадный и любит долго кушать.

— Ты босс, — целую его плечо. — Решай сам.

Вартан ещё долго меня не отпускает, он просто лежит рядом и целует мои пальцы, трёт кожу своими пальцами и на ухо рассказывает о том, что благодарен за доверие. Понимаю, что он устал, ему пора бы крепко уснуть, но не уснёт же, пока ещё раз меня не возьмёт. На минуту сбежал ванную, а когда вернулся, схватил меня за ногу, поцеловал пальчики и сказал:

— Иди ко мне сверху, принцесса.

Взбираюсь наверх без лишних ужимок. Ему пора спать, это сильное тело пора расслабить и убаюкать.

Целую его грудь, живот, чувствую, как быстро он крепнет под моими бёдрами.

Я же не расслабляюсь сильно. С этой позой у меня плохие ассоциации. Именно получив контроль над другим огромным телом, я отключила голову и сделала себе подарок в виде сына. Теперь организм бил тревогу на всякий случай. Но зря. Всё опять же было по-другому. Там было ощущение, что удалось оседлать дикую лошадь, которая того глядишь может взбрыкнуть и скинуть тебя из седла. Здесь же был контакт, взаимопонимание и все то же ровное пламя. Камин, а не костер, который может выйти из-под контроля.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я рухнула на его тело, финишировав вместе с ним, поцеловала его подбородок.

— Всё, в ванную и спать. Это не обсуждается.

Он уснул быстро, прижав меня к себе здоровой рукой. А я до рассвета сверлила взглядом стену, много думая. Вспоминая, пытаясь понять какие-то вещи, пока не услышала в радионяне кряхтение сына.

Встала, аккуратно высвободившись из рук мужа, пришла в спальню и подошла к кроватке сына. Он не спал и смотрел на меня глазками своего отца. Улыбнулся его улыбкой. Маленькая копия. Жалела ли я, что в ту ночь потеряла контроль? Нет.

После того, как сын наелся, я не стала перекладывать его в кроватку, крепко прижала к себе и уткнулась носом в ароматную головку. Чувства внутри сплелись в какие-то совсем непонятные узлы, и хотелось плакать. Но слёз не было. И я просто отключилась под фоновый шум в голове.

Вартан

Слышу кряхтение сына, открываю глаза. Почти светает. Стати нет рядом, видимо уже кормит разбойника. Лежу довольный и тру волосатую грудь. Блядь. Я вчера едва не лопнул, пока друзья свалили от нас. Уже по возвращении домой понял, что буду активнее добиваться ее. Я устал быть с другими. Действительно устал. Она так вкусно пахла, что каждая новая ночь была пыткой. И как же я себя ненавидел, когда прикасался к другим. Ничего не испытывал к другим телам. Единственная цель секса — спустить напряжение со спермой. Пробовал дрочить, но это не то. Возвращался в спальню и все, мой член устраивал бойкот.

Вчерашняя ночь была голодной и жаркой. Рука немного сковывала движения, но я-то знал, что впереди меня ждёт более откровенный и жадный секс. Не буду выпускать ее из постели, пока не почувствую расслабление каждой клеточной своего тела.

Встаю, иду в спальню сына и вижу смешную картину. Сынишка тыкается головой в грудь жены, но майка мешает ему схватить сосок. Моя красавица спит и не реагирует на приставания сына.

— Ну что, сын, жадная? Голодом морит? Тебе помочь?

Илюха реагирует на мое обращение и поворачивает улыбчивое лицо ко мне. Активнее машет ручками и ножками, вновь пытаясь сосать ткань. Самостоятельный малец. Ему бы оставлять грудь под носом, он бы самостоятельно работал со своей едой.

Подхожу к кровати и приподнимаю тонкую ткань, сын тут же хватает сосок и жадно пьет.

— Проголодался?

Как я его понимаю, сам словно ожил после больницы и сегодня хочу побыть с ними. Чтобы только мы и никого больше. Увезу их в лес, к речке, устроим небольшой пикник.

Ложусь рядом с женой, смотрю, как сын жадно завтракает, а сам нежно поглаживаю ее вторую грудь.