Она со мной - Джессика Кансоло

Там же висит их фотография. Они похожи на Эйдена, только если Эйден кажется замкнутым и серьезным, то близнецы выглядят более открытыми, счастливыми и беззаботными. У них русые волосы, спускающиеся на лоб, сияющие ярко-голубые глаза и озорные улыбки. Они почти идентичны, хотя есть несколько характерных черт, которые указывают на их различия.

Я замечаю фотографию Эйдена с мальчиками. Один из них забрался к нему на спину, а другого он держит вверх ногами. Я улыбаюсь искренности и игривости трех братьев, отмечая редкую, беззаботную улыбку Эйдена.

Чем больше я узнаю об Эйдене, тем труднее мне думать о нем как о придурке, который врезался в меня в первый день в школе и нес меня по лестнице, закинув на плечо. С каждым днем, проведенным с ним, я все больше думаю о нем как о верном, умном и находчивом парне, который яростно защищает тех, кто ему дорог.

Я беру в руки фотографию улыбающегося, беззаботного Эйдена и его братьев и с нежностью смотрю на нее.

Я многого не знаю об Эйдене, но понимаю, что доверяю ему больше, чем когда-либо доверяла любому другому парню. Теперь он находится в опасной близости от того, чтобы разрушить мою броню и сделать меня уязвимой. Отныне все выглядит по-другому, и я никогда не ощущала подобного. Все секреты, которыми я делилась с друзьями, кажутся глупыми сплетнями или мелочной школьной ерундой. Тони – настоящий. Близнецы – настоящие. И благодаря им мы с Эйденом стали совершенно другими людьми.

* * *

БАХ! БАХ! БАХ!

Стук в дверь отвлекает меня от мыслей.

– Амелия! Открой Мэйсону! – кричит Эйден из другой комнаты.

– Сейчас!

Как только я открываю дверь, меня обнимают теплые и заботливые руки.

– Мишка-Кей, ты в порядке? Эйден не вдавался в подробности, только сказал, что в школе что-то произошло и ты в этом замешана.

Я обхватываю его руками и прижимаюсь щекой к твердой груди, воодушевленная его заботой и защитой.

– Я в порядке, Мэйсон. А вот моя машина – нет. – Я вырываюсь из его объятий.

– Что случилось? – Мэйсон вопросительно на меня смотрит.

Мы закрываем дверь и идем обратно на кухню, где я рассказываю о машине, царапинах, порезанных шинах и о том, что случайно оставила вещи в запертой школе.

– Вот ублюдок! – взрывается Мэйсон. Костяшки его пальцев побелели от того, как сильно он сжимает кулаки. – Не могу поверить, что два самых отвратительных подростка на планете Земля нашли друг друга. Жизнь иногда бывает странной.

Райан и Кейтлин на самом деле идеальная пара: у них обоих вместо душ темные, маниакальные, демонические существа.

– Каков следующий шаг? Мы должны отомстить. Никто не смеет шутить над моим медвежонком и уходить безнаказанным!

– Никакого следующего шага не будет, – объявляет Эйден, входя в комнату и бросая мне свитер.

– Как так? – удивляется Мэйсон, злясь по мере того, как он излагает факты: – Они порезали шины и поцарапали машину! Это не мелочь! Это вандализм и порча имущества!

– Следующего шага не будет, потому что я все улажу, – поясняет Эйден.

Он провожает нас до двери, которую закрывает и запирает. Далее мы направляемся в машину Мэйсона, припаркованную на подъездной дорожке.

– Мы высадим тебя у Шарлотты: я уже позвонил ей и договорился. Мэйсон отвезет меня в школу. Я заберу машину и дождусь эвакуатор, который уже в пути, – объясняет он.

– Что значит «уладишь»? – Я натягиваю свитер.

Эйден открывает для меня заднюю дверь и закрывает ее, как только я сажусь. Учитывая, что сейчас почти полночь, на улице уже холодно. Я крайне благодарна Эйдену за то, что он подумал и принес мне свитер.

Эйден садится. Мэйсон тем временем заводит внедорожник.

– Это значит, что я разберусь с проблемой.

– Это моя машина. Я должна помочь или хотя бы участвовать в твоем плане. Или, по крайней мере, знать, в чем он состоит, – настаиваю я, слегка раздраженная его нежеланием помочь или даже сказать, в чем заключается план.

– Я тоже хочу помочь, – заступается Мэйсон. – И я уверен, что Анна умирает от желания сломать Кейтлин нос.

Я улыбаюсь при упоминании Аннализы. Она бы с удовольствием это сделала.

Эйден смотрит на Мэйсона, явно злясь, что тот не встал на его сторону.

– Я разберусь с этим завтра, – чеканит он слова.

Глаза Мэйсона расширяются, будто одним только словом «завтра» Эйден раскрыл свой грандиозный план.

– О, – произносит он.

– Эй, в чем дело? Что будет завтра? – спрашиваю я, не обращая внимания на парней.

– Ничего. – Эйден отмахивается от моего вопроса.

– Я не дура! Я же вижу, что что-то все-таки есть! – восклицаю я, огорчаясь.

– Не волнуйся, Амелия, – добавляет Мэйсон.

– Нет, скажите мне! – требую я.

– Перестань, Амелия.

– Просто скажи мне, Эйден!

– Будет лучше, если ты не будешь в этом участвовать.

– Мэйсон? – умоляюще обращаюсь я.

– Он прав. Мы разберемся сами.

– Что?! Теперь Мэйсон тоже вовлечен? А другие парни? Они тоже?

Ребята обмениваются взглядами. Их действия и молчание только подтверждают мои догадки.

– Отлично! Значит, все будут участвовать, кроме тех, кого вандализм затронул напрямую!

Мы подъезжаем к дому Шарлотты, и она открывает дверь, ожидая нас на крыльце.

Эйден выходит из внедорожника, открывает мне дверь. Его напряженный взгляд встречается с моим.

– Раз они хотят иметь дело с тобой, тогда будут иметь дело и с нами.

Я не обращаю внимания на бабочек в животе и стою на своем, выскальзывая из внедорожника.

– Но все равно…

– Поговорим утром, ладно? – Эйден перебивает меня, явно желая, чтобы я перестала встревать.

– Но…

– Я приеду в школу пораньше и заберу наши вещи. Встретимся у твоего шкафчика, – говорит он, закрывая дверь машины, а затем садится обратно в пассажирское кресло. – Спокойной ночи, Амелия.

Мэйсон тоже желает мне доброй ночи, прежде чем Эйден закрывает свою дверь, после чего задним ходом выезжает с подъездной дорожки.

Пока я смотрю, как они уезжают, Шарлотта спускается вниз, чтобы встретить меня.

– Что происходит? – обеспокоенно спрашивает она.

Я сужаю глаза, глядя на удаляющийся внедорожник.

– Не знаю. Но мы это выясним.