Право на моего малыша - Елена Сотникова

Я затаиваю дыхание, потому как его пальцы начинают нежно гладить тыльную сторону ладони, пуская сладкие импульсы по всему телу. В воздухе резко кончается кислород. Поднимаю голову, встречаясь с глубоким карим взглядом, и просто тону в его темных омутах, которые в сумраке кажутся почти черными.

Губы Демьяна настолько близко, что я чувствую его дыхание, а на языке играет вкус его поцелуев.

"Выбрала бы меня?" – проносится эхом в голове, и оттуда вылетают все остальные мысли, кроме этой.

В ушах шумит. Я забываю, что хотела сказать. Что должна была ответить. Что вообще необходимо было сделать.

Просто теряю ощущение реальности. Смотрю в его глаза и залипаю, тону без возможности спастись. Такие красивые, такие желанные. Голова идет кругом от осознания того, насколько близко мы с ним подошли к черте. Осознанно! К той самой, после которой назад дороги не будет. И Демьян это тоже понимает. Я вижу. Чувствую.

Как в замедленной съемке наблюдаю за тем, как он наклоняется, мягко накрывает мой рот поцелуем. Ведет языком по контуру, раскрывает губы, и... меня накрывает. Я проваливаюсь с головой в свои ощущения. В самое жерло бурлящих эмоций, которые вытесняют все лишнее на задний план.

Мир сжимается до одной точки, где существуем только мы. Я и Демьян.

Мужские пальцы безошибочно находят самые отзывчивые точки моего тела. Даже в тех местах, где, казалось, их не может быть. Гладят, дразнят, распаляют.

Изнутри рвется стон. Я подаюсь Демьяну навстречу, обвиваю его шею руками и подставляю свою под его поцелуи. Жадные, горячие, жалящие. Он спускается губами от уха до ключицы, оставляя за собой влажную дорожку. Ласкает языком впадинку, склоняется к груди.

Я теряюсь уже на этом моменте, задыхаясь от нахлынувших чувств, от острого желания, что болезненным спазмом сводит низ живота. Шепчу его имя, зарываясь в густых жестких волосах, пока Демьян продолжает проверять меня на прочность сладкой пыткой.

И плевать, что мы в машине, что нас могут увидеть. Плевать, что завтра я могу пожалеть о случившемся. На все плевать. Лишь бы Демьян не останавливался.

– Настя... – слышу фоном, когда его пальцы подводят меня к самому краю.

К пику наслаждения, который вот-вот смогу покорить. Выгибаюсь, пытаясь достичь максимума. Свожу колени, хватаясь одной рукой за какой-то выступ в двери. Перед глазами пляшут звездочки.

Так хорошо мне давно не было. Так сладко, что даже больно. Кислорода в воздухе все меньше. Тело как один оголенный нерв. Еще чуть-чуть, еще немного. Я закусываю до боли губу, вжимаясь в сиденье, задерживаю дыхание и... взрываюсь на мелкие осколки, на мириады вселенных от ослепительного оргазма, что накрывает меня с головой. Дает спасительную разрядку и на короткий миг делает самой счастливой.

Демьян продолжает удерживать меня, прижимая к креслу, но уже не так сильно. И его губы больше не целуют, а просто едва касаются моего уха, щекоча и успокаивая. Я постепенно возвращаюсь с небес на землю, собираю себя воедино и разлепляю веки.

Мне не стыдно за то, что произошло. Возможно, понимание придет позже, но сейчас все кажется слишком правильным. Слишком нужным именно в этот момент.

Я поворачиваю голову к Демьяну и тихо спрашиваю:

– А как же ты?

Он улыбается хмельной улыбкой. Ласково проводит ребром ладони по моей щеке, любуясь.

Я действительно не понимаю его. Почему? С нетерпением жду ответа, но вместо этого Демьян шепчет восхищенно:

– Ты была неотразима.