Два брата-психопата - Айс Элби

Я не знала, почему согласилась зайти, но уже было поздно, и я сидела в кресле Минсу, ожидая, когда Джунён оденется. Ему не пришлось долго упрашивать меня зайти в квартиру, чтобы нормально поговорить, и я понимала, что нам предстоит заново знакомиться. У меня было много вопросов, и все они были связаны с его психозом.

— Выпьешь чего-нибудь? — спросил он, входя в гостиную, и я лишь робко покачала головой. — Соник, расслабься, — сказал он, садясь на подлокотник моего кресла, а я даже не повернула к нему голову, всем телом напрягаясь от его близкого присутствия. Я жалела о том, что решила зайти, ведь не знала, как пройдёт наш разговор, что сильно пугало меня. — Квон Сонхи, — позвал он меня.

— А? — я резко подняла на него голову, и он, воспользовавшись моей реакцией, крепко поцеловал меня в губы, сильно сжимая пальцами мой подбородок.

Я определённо была напряжена, что даже не смогла закрыть глаза, чтобы хотя бы телом принять то, что это тот самый парень, с которым встречаюсь.

— Ты всё ещё боишься меня? — спросил он, отстраняясь от меня и медленно поднимаясь на ноги.

Я отрицательно покачала головой, хотя не знала, правда ли это.

— Мне просто… непривычно, — ответила я, замечая его обиженный взгляд.

— Мне нравилось то, как ты относилась ко мне, — проговорил он, ходя из стороны в стороны.

— Как к соседу? — предположила я, мысленно пытаясь расслабиться, ведь Джунён и раньше был таким.

Просто тогда я считала его поведение инфантильностью, а сейчас связывала каждую его странность с психозом, который он, по его словам, уже излечил.

— Как к нормальному парню. Ты улыбалась моим глупостям, а иногда и поддерживала их, — говорил он куда-то в сторону, уставившись взглядом в пол. — Ещё вчера ты призналась мне в том, что хоч…

— Ещё вчера ты был Квон Боёном! — прикрикнула я, вставая на ноги, и заливалась краской. А ведь я и забыла про свои слова и надеялась, что он не будет их вспоминать.

Джунён остановился и посмотрел на меня, прищурив глаза.

— Значит, мой брат нравится тебе больше, чем я? — спросил он с хитрой ухмылкой.

— Я не это имела в виду, — промямлила я, совсем не ожидая такой интерпретации моих слов.

— Знаешь, я бываю очень ревнивым, — сказал он, широко улыбаясь, что не могло не настораживать.

— И поэтому ты избил своих однокурсников? — вырвалось у меня, и я быстро закрыла ладонью рот, но было уже поздно.

Улыбка парня быстро сменилась хмурым взглядом. Он засунул руки в карман шортов, и сквозь тонкую ткань я заметила, как они сжимались в кулаки.

— Вот, что тебе рассказал Боён, — проговорил он, скрежеща зубами.

Я молча смотрела на него, понимая, что должна сказать что-то, но ожидала, что он сделает это первым. Джунён уставился на меня задумчивым взглядом и громко стучал зубами. И лишь через несколько минут мучительного молчания, сделал глубокий вдох.

— Хорошо. Было такое дело. И я сильно жалею об этом. Будь у меня шанс, я бы сразу извинился перед ними. Но весь остаток своего выпускного вечера я провёл в холодной камере полицейского участка, а следующим утром был отправлен в частную клинику для психически больных. А знаешь, что обидно? Те люди, которые меня туда отправили, были виноваты в том, что я достиг этого состояния, — каждое его слово отдавало холодом.

Он говорил медленно с презрительными нотками в голосе, что я могла ощутить всю обиду и ненависть, накопившуюся у него за целый год.

— То есть, твой отец и брат? — спросила я, не до конца веря в то, что его семья могла так поступить.

— Боён тебе случайно не рассказывал о нашем детстве? Нет? — поинтересовался он, подтверждая мои догадки о том, что у этих братьев было непростое прошлое.

Я еле покачала головой, садясь на подлокотник дивана в ожидании, что он, наконец-то, выложит мне источник своей проблемы, но парень лишь отмахнулся.