Снэк - Эмми Бертон

Я согласна.

— Нет, я так не думаю. И думаю, что это нормально.

Я бросаюсь к Адаму, и он медленно кладет меня на пол.

Я чувствую себя так расслабленно, как будто пол поглощает меня. Все кружится, когда я закрываю глаза. Я больше не чувствую своих губ. Или Адама.

Где-то я слышу, как кто-то зовет меня по имени.

— Мин. Минни!

Я не могу открыть глаза. Они отекли. Я прикасаюсь языком к небу. Черт! Такое ощущение, что мне в рот нагадили кошки. На вкус примерно так же.

— Привет, Минни! Просыпайся.

— Что случилось?

— Не знаю. В одну минуту, клянусь, мы собирались переспать, а в следующую я уже сплю, наполовину на футоне, а ты лежишь на боку на полу в луже слюней.

Я могу только быть благодарна за то, что лужа слюны — это не рвота, потому что я бы не удивилась, если бы это оказалось так.

— Ну, это чертовски угнетает. Какая пустая трата хорошей выпивки.

— Ты действительно можешь сказать, что это была хорошая выпивка, если все, что мы сделали, это немного поцеловались, а потом потеряли сознание?

— Я думаю, что нет. Адам, не думаю, что это когда-нибудь случится. — Я вяло машу указательным пальцем взад и вперед между нами.

Адам кивает, признавая поражение.

— Я думаю, ты права, Мин. Лучше просто остаться друзьями… и собутыльниками.

Подражая движениям Адама прошлой ночью, мне удается доползти до ванной, каким-то образом взобраться на унитаз и пописать. Моя голова пульсирует, но я не позволю себе ныть по этому поводу, потому что, на самом деле, я заслуживаю эту боль. Я, во всех своих действиях отдавала себе отчет в том, что пригласила его, чтобы приглушить боль в моем сердце. На самом деле я должна быть благодарна ему. Это отвлечение помогло, хоть и на короткий срок.

В разгар увещевания накатывает проливная волна тошноты, и я отрываю свою голую задницу от унитаза и падаю на пол как раз вовремя, чтобы меня вырвало, выплескивая блевотину в унитаз. Брызги попадают мне в лицо и попадают в волосы.

У меня нет выбора, кроме как запрыгнуть в душ. Вода приятно ощущается на моем лице и в моих спутанных, скомканных, пропитанных рвотой волосах. Моя головная боль почти прошла. С порцией кофеина и картофелем фри из Макдональдса я была бы почти как новая к пяти часам вечера.

Адам готовит кофе, ожидая меня, когда я, наконец, выхожу из его ванной. У меня не было выбора, кроме как облачиться в костюм Лорда Ситхов, в котором я щеголяла на свадьбе.

Он протягивает мне кружку.

— Лучше?

— Меня вырвало.

Адам приподнимает бровь и ухмыляется.

— Я слышал.

— Прости. Я все убрала.

— Спасибо, наверное, это первый и последний раз, когда этот туалет когда-либо чистили.

Мой желудок сводит от этой мысли.

— Не говори мне этого, скорее всего, меня снова вырвет. — Я выпиваю чашку кофе, а затем еще одну, прежде чем объявить, что мне пора уходить.

Адам кладет руку мне на плечо.

— Минни, я серьезно. Мне бы не помешала помощь в истории со свадьбой. — Как бы мне ни было неприятно думать об этом еще хоть секунду, я обещала. Я знаю, что могу получить некоторые детали от Клипа и Сида, которые мы можем использовать для написания статьи.

— Позволь поговорить с моими братьями, и я напишу тебе вечером. Мне действительно пора домой. — Моя головная боль всерьез подумывает о возвращении. Я просто хочу быть несчастной и убитой в одиночестве в своей собственной постели.

— Давай я провожу тебя до поезда, — говорит Адам. Я уступаю.

***

Апартаменты Адама находятся за углом, в паре километров от железнодорожного вокзала и закусочных. Как только мы входим во внутренний двор, я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на кафе. Мое любимое место в мире внезапно перестало быть таким уж любимым. Через окно Закусочной я вижу людей: моих людей. Моя семья и семья Снэка. И его новая семья — Меган. Должно быть, завтракают после свадьбы. Они стали очень популярными. Я должна знать, потому что я была на нескольких с тех пор, как началась «свадебная фаза» моей жизни — фаза, когда каждые два выходных месяца проходит чертова свадьба. Отвернувшись от празднества, я хватаю Адама за руку и тяну его, чтобы мы могли пойти на вокзал и скрыться из виду, но я опоздала.

Голос, который я знала большую часть своей жизни, доносится с другой стороны улицы.

— Минни! — Попалась! Моим младшим братом Сидом во время моей псевдо-позорной прогулки. Черт!

Я поворачиваюсь и машу рукой. Я уверена, что на моем лице написано ненужное чувство вины. Сид присвистывает.

— Чувиха, выглядишь дерьмово!

— Долгая ночь, — кратко объясняю я.

— Ты была в городе и никому не сказала? — Сид задает мне вопросы с оттенком гнева, который становится очевидным в его голосе. Я киваю. Он показывает большой палец на Адама. — С этим парнем?

— Этот парень — Адам. Он мой новый… партнер по сценарию, — говорю я, защищаясь.

Сид оттаскивает меня от Адама и шепчет мне на ухо:

— Ладно, ладно. Я видел тебя в окно. Хотел, чтобы ты проведала нас.

Я провожу рукой вверх и вниз по одной из рук Сида, заставляю себя улыбнуться, плотно сжав губы, и качаю головой.

— Сид, скажи ему, что я в порядке. Я всегда в порядке. Скажи ему, не забывать про рождественские открытки. Даже несмотря на то, что он теперь женат, он все еще может это делать.

Сид совершенно сбит с толку, когда я крепко обнимаю его.

— Что?

Я продолжаю держать его.

— Просто скажи ему это. Он поймет.

***

София Мари Снэкенберг родилась 22 мая 2006 года. В объявлении о рождении говорилось, что они собираются назвать ее Фифи. В нижнем углу были буквы ННР.

Глава 18: 2014 — Позорная ночевка

Колетт, вместе с выпечкой, которую мы со Снэком съели в качестве ночного десерта, любезно оставила на чердаке еще и кое-какую сменную одежду.