Снэк - Эмми Бертон

На этот раз мы Снэком выходим из лофта вместе. Рука об руку.

Папа и Колетт стоят за прилавком, обнявшись. Колетт заглядывает папе через плечо и машет рукой.

Мой отец поворачивает голову и поднимает подбородок.

— Эй, смотрите, кто здесь, дети. Как раз к позднему завтраку.

Нас встречают Эйден и Вуки. Они радостно подпрыгивают вверх-вниз, радуясь нашему появлению.

— Папа! Минни!

Вуки лает несколько раз и бегает восьмеркой вокруг наших ног. Я беру его на руки, и мой пушистый мальчик покрывает мое лицо влажными поцелуями.

Папа предупреждает.

— Тебе лучше быть поосторожнее. Эта собака — серьезная конкуренция за ее привязанность.

— Папа!

Снек обнимает меня одной рукой.

— Пока он единственный соперник, думаю, что справлюсь с этим. — Он целует Вуки в голову, а затем меня.

Мой разум заполняет мысли о Генри.

Я получаю благодарную передышку от своих мыслей, когда Фифи тянет меня за руку.

— У вас с папой была ночевка?

Насколько я помню, ночевки — это довольно большое дело, когда тебе семь лет. Я обращаюсь за советом, как реагировать.

Снэк откидывает голову назад с искренним хохотом.

— Просто смирись с этим!

Я наклоняюсь, чтобы быть на ее уровне.

— Да, да, ночевка. Вот почему мы попросили тебя присмотреть за Вуки. — Фифи подбегает и обнимает Снэка.

— Ты счастлив, папочка? Твое лицо больше не такое грустное.

— Да, Фифи.

— Когда у тебя будет еще одна ночевка?

Каждый раз, когда я слышу слово «ночевка», я могу только представить свое отражение в зеркале, как мы со Снэком сплетаемся вместе. Немного тревожно визуализировать во время разговора с ребенком.

Я смотрю на него, мои брови приподнимаются в надежде.

— Надеюсь, скоро.

Фифи обнимает меня за талию.

— Минни, ты можешь остаться с папой на ночь в любое время. Я присмотрю за Вуки, когда ты захочешь.

Снэк шепчет мне на ухо:

— Я думаю, мы должны назначить следующую встречу прямо сейчас.

Фифи понятия не имеет, на что ей только что дали разрешение. Этот парень на самом деле самоуверенный.

От слов Снэка я практически таю. Я бы хотела вернуться на чердак и снова «остаться с ночевкой».

Фифи смотрит на меня своими большими глазами.

— Скоро, — говорю ей. Она хлопает в ладоши и идет играть с Вуки.

Я приподнимаюсь на цыпочки и целую его.

— Очень скоро.

Он рычит себе под нос, и мы обмениваемся понимающей ухмылкой.

— А теперь принеси мне кофе.

— Да, мэм, — говорит он.

Вся эта неистовая семейная энергия первым делом с утра перед моей первой чашкой кофе ошеломляет, но мне нравится. Мой разум начинает блуждать, фантазируя о том, каково было бы просыпаться с этим ощущением каждый день вместо первозданной тишины моей квартиры.

Наш поздний завтрак с моим папой, мамой Снэка, детьми и Вуки — как будто из телевизионного шоу. Идеальная смешанная семья, счастливая и довольная друг другом, — это то, чего я бы хотела. Чтобы это никогда не заканчивалось.

***

Мне нужно собрать вещи в доме отца, а Снэк собирается провести день с детьми. Он убеждает меня остаться в Даунерс-Гроув еще немного. Он хочет снова пригласить меня на свидание сегодня вечером. После проверки моего расписания я соглашаюсь, но сообщаю ему, что мне нужно вернуться в понедельник утром.

Я не могу сказать ему, но есть еще одна причина, по которой мне нужно вернуться в город. Мне нужно поговорить с Генри. Мне нужно понять, было ли воссоединение со Снэком лучшим, что когда-либо случалось со мной, или я совершила ужасную ошибку. Думаю, что надо решить это как можно скорее. Я никогда не считала себя лгуньей, и мы с Генри никогда даже не обсуждали обязательства друг перед другом. Зная, как Снэк относится к измене, поскольку он не слишком стеснялся своих чувств по поводу измены своего отца, я хочу, чтобы все, что у нас с Генри, было улажено, прежде чем я поговорю со Снэком о каком-либо будущем, которое у нас может быть.

***

Я примеряю туфли и прикидываю, что надеть на сегодняшнее свидание, когда раздается звонок в дверь. Для Снэка еще слишком рано. Он должен был заехать за мной только через два часа.

Надев одну пару туфель-лодочек и держа другую в руках, я спускаюсь по лестнице и выглядываю в одно из окон рядом с дверью. Это Снэк. Я даже не успеваю открыть дверь до конца, когда он целенаправленно распахивает ее.

— Привет.

Я качаю головой, глядя на великолепного, чрезмерно напористого и пунктуального мужчину передо мной.

— Привет!

Он прижимает меня спиной к двери.

— Все, о чем я мог думать весь день, это ты — то, как ты выглядела этим утром в зеркале, голая.

От одних его слов мои бедра нагреваются, а сердце воспламеняется. Его руки в моих волосах, его глаза на лице и губах заставляют меня стонать.

— Я тоже. — Он мог бы легко прижать меня к этой двери без каких-либо жалоб с моей стороны. — Ты рано.

— Как я уже сказал, я не мог ждать.

— Я даже не одета.

— Даже лучше.

Я подталкиваю его к лестнице. Поднимаясь за ним, я нахожусь в очень выгодном положении, чтобы полюбоваться его упругой круглой попкой, идеально очерченной джинсами.

Когда мы возвращаемся в мою спальню, я спрашиваю:

— Ну, что думаешь? Черные или открытые? — Я держу черные туфли в руке и соблазнительно моделирую ногами в открытых лодочках. Снэк не отвечает. Он стоит в другом конце комнаты и смотрит на меня. Он переводит взгляд с моих ног на мое тело. Может быть, он меня не расслышал.

— Снэк? Какие?

Снэк крадется ко мне.

— Э-э… что? Я отвлекся после того, как ты сказала «открытые».

О… Боже. Он неисправим! Я бросаю в него одну из черных туфель. Он ловит ее, отбрасывает в сторону, а затем бросается ко мне.

Он практически рычит, когда говорит мне:

— Это хорошие туфли. Интересно, как бы они выглядели в качестве сережек?

В вихре движений Снэк подхватывает меня, сбивает с ног, швыряет на кровать и нависает надо мной.

Он берет одну из моих ног и поднимает ее вверх, пока моя ступня не оказывается у моих ушей. Он делает то же самое с моей другой ногой. Я смеюсь на протяжении всего этого навязанного занятия йогой, пока он не опускается и не втирает