Тайсон. Победить или влюбиться - Агния Арро

— Стимул.

— Жестко, — стянув штаны, встаю под прохладную воду.

— Зато доходчиво.

Привожу себя в нормальный вид. Юля ждет в коридоре, сложив руки под грудью. Такая строгая и милая.

Увидев меня, отлипает от стены. Заботливо накидывает капюшон от толстовки на мои мокрые волосы и прячет туда же челку. Всматривается в мое лицо. Нормально с ним все. Тренер разбил мне нос исключительно в воспитательных целях.

Хочу поцеловать свою девочку. Она уворачивается.

— Ну чего?

— Дать бы тебе по голове, — дуется Юлька. — Но Терехов сам справился. Ты понимаешь, как это опасно?

— Понимаю. Мне приятно, что ты волнуешься.

Ловлю ее за талию, прижимаю к стене и больше не даю увернуться. Мне так вкусно ее целовать. И чертовски хочется продолжения. После слишком долгого воздержания одного единственного раза маловато. Я хочу с ней на всю ночь. Надо добить ее старый диван, проверить вместительность ванной и заставить ее стонать на подоконнике.

Член радостно рвется через штаны к той, кто сделает нам с ним хорошо. А мы сделаем все, чтобы было хорошо ей.

— Тай, — Юлька ерзает, почувствовав мою эрекцию.

— Так, молодежь. Отставить разврат. Дотерпите до дома.

Упс. Как-то мне сейчас не очень удобно к Терехову разворачиваться. Он мужик, конечно, поймет, но бля. Неловко.

Быстро поняв причину того, что я все еще жмусь к Юльке, Юрий Германович уходит вперед, насвистывая очень знакомую мелодию.

— Догоняйте! — зовет он.

Поправив стояк, чтобы идти было удобнее, беру смущенную Самсонову за руку и тяну за собой.

Мне нравится, когда эта язвительная зараза краснеет. Она становится еще сексуальнее….

Так, стоп! Надо выдохнуть. В идеале покурить, но тренер опять все отберет. Придется успокаиваться иначе.

Мы, как самые послушные дети при строгом папочке, в машине друг друга стараемся не касаться даже случайно. Никакая усталость после тренировки с повышенной нагрузкой не гасит во мне желания взять Юльку сию же секунду.

— Ты бы хоть дышал поскромнее что ли, — издевается Терехов.

— Не смешно! — цежу сквозь зубы.

Но это мне. Ну и Юльке еще. А вот тренеру весело. Он отрывается за нервяк с «клеткой».

— Приехали, кролики. Тай, завтра без опозданий. Я теперь знаю все места, где тебя можно найти. И пожалейте соседей. В таких домах слышимость…

— Юрий Германович! — рявкаю на него, а он ржет в голос.

— Да вали уже, Салахов. А то у меня сейчас в тачке вся электроника перегорит от того, сколько в тебе энергии осталось. Ничего тебя не берет!

Глава 31

Юля

Тяжело дыша, Тай роняет голову мне на плечо. Из его легких с выдохом вырываются хрипы. Темные волосы на затылке мягкие и влажные. Лениво вожу по ним пальцами иногда царапая кожу на шее. Она тут же покрывается мурашками и Тай в очередной раз сокращается от удовольствия, выдыхая со свистом.

Провожу ногтями между острых лопаток.

— Уррр, — стонет он мне в шею. — Как хорошо. Еще хочу.

— Салахов, даже у меня уже нет сил, а я успела отдохнуть после тренировки.

— Да я не об этом, — смеется он, кусая меня в плечо. — Я до утра все. Выжат. Погладь меня. Так приятно, — урчит Тай.

Вожу пальцами вдоль позвоночника почти до самого копчика и обратно. Он смешно сопит, прижимаясь ко мне всем своим шикарным, обнажённым телом. Глажу по голове. Я уже знаю, что ему это нравится. Он млеет, расслабляется. Становится немного тяжело.

— Тай, — ерзаю под ним.

Бедра еще слегка подрагивают. Салахов проверял мою растяжку. Я еще никогда в жизни так не краснела, как сегодня с ним. Зато убедилась, что тормозов там нет. Он хочет — он берет. И отказать ему очень тяжело, потому что умеет эта сволочь подчинять себе женское тело. И мозги от его жара плавятся так, что думать начинаешь только о том, чтобы не охрипнуть от криков и как завтра смотреть в глаза соседям.

Он целует и скатывается с меня к стене. Тут же снова прижимается. Обнимает рукой, придавливает к жалобно скрипнувшему дивану бедром и шепнув в висок: «Моя», закрывает глаза.

— Будильник, — бормочет сонно.

— Спи. Я сразу поставила.

Салахов отрубается, а я не могу. По телу все еще гуляет сладкая нега, смешанная с откровенным стыдом. Я не ханжа и к порно отношусь нормально, но как-то я не думала, что порно будет происходить со мной. За вечер и часть ночи он успел протестировать на прочность весь мой нехитрый набор мебели, душ и довести диван до состояния, близкого к смерти. Про то, где был сегодня его наглый язык и куда эта сволочь пыталась засунуть свой член, я стараюсь не вспоминать. Тут же становится жарко. Воздух в комнате все еще накален и пропитан запахом нашего секса. Дикого, безудержного, голодного.

Насытившееся чудовище сладко сопит мне в ухо. Аккуратно поворачиваю голову, чтобы его рассмотреть, а заодно убрать с глаз темную челку.

Девочкам она нравится! Нехрен! Сам хотел отношений. Пусть привыкает к тому, что девочка у него теперь одна. Еще и ревнивая, оказывается.

Мда, Самсонова. День открытий!

На самом деле, я понимаю, что девочки вокруг него будут всегда. А еще я хорошо знаю наших девчонок. В спортивной сумке Салахова можно будет легко обнаружить записки, маленькие подарочки с намеком или даже трусики от тех, кто понаглее. Это все можно пережить, если научиться ему верить. А Тай очень искренний. У него даже вся его борзота настоящая. Он такой. Сносит энергетикой, бросает вызов одним лишь взглядом и сжигает дотла своими прикосновениями. Делает ошибки, пытается их исправить и делает еще больше ошибок. Ему нужен якорь, который удержит в узде его эмоции. Я постараюсь им стать. Пусть Тай лучше сливает свою энергию на ринге или в постели, чем…

Черт. Я даже думать об этом боюсь.

Завтра у него бой. И это бой, в котором нет правил. И мне очень тревожно за своего дерзкого мальчика.

Развернувшись на бок, сама его обнимаю. Дышу им, уткнувшись носом в твердую грудь.

— Ты чего? — сонно бормочет.

— Все хорошо. Спи, — целую его и замираю, чтобы окончательно не проснулся. Ему обязательно надо выспаться.

— А ты? — устраивается удобнее, проводит пальцами по моей спине и замирает ладонью в районе