Уроки вежливости для адвоката - Вера Эпингер

— Повтори.

Мы как раз подошли к дверям. Всего лишь шаг отделял меня от тёплого холла, всего лишь шаг — и не придётся возвращаться к неприятной теме. Но снова убегать от проблем — не выход.

— Раз ты просишь… — остановилась и повернулась к Максиму лицом. — Интрижки меня не интересуют, Максим. Ещё две недели, край месяц и ты вернёшься в свой Екатеринбург, позабыв меня как одну из… Зачем мне это? Простое удовольствие мне не нужно, мне есть, чем заполнить свою жизнь.

— А если не уеду? — он серьёзно уставился на меня. — Если я и правда хочу, чтобы нас связывало нечто большее, чем простая интрижка?

— Не говори ерунды, — усмехнулась. — У тебя на Урале своя маленькая империя, а тут… тут нет ничего. — Осознание произнесенного обожгло. — Ну конечно, как я сразу не догадалась?! Это ты… ты! Как еще «UralEnergy» могли узнать о моём существовании. Признавайся, Державин, твоих рук дело?

Я сама не знала, почему вспылила. Что такого ужасного произошло, что сейчас я бросала упрёки? Нашёл спонсоров — так я только спасибо должна сказать, а не устраивать сцены. Это ведь не подачка, как может показаться. А помощь. Очень своевременная и… приятная помощь.

Пожалуй, именно эта вовремя скользнувшая мысль и уставший голос Максима отрезвили, практически за мгновение до явления на свет очередной язвительной фразочки из моих уст.

— Даже если и так, то что? Упрекнёшь в том, что бросаю тебе подачки? — он будто читал мои мысли.

Собиралась ответить, но в последний момент замолчала, не найдя нужных слов. Максим расценил моё молчание по-своему. Хмыкнул, будто убеждаясь в каких-то мыслях, и пошёл прочь.

Нет, не такого эффекта я хотела добиться. Снова маяться неделю от недосказанности смерти подобно.

— Державин… — бросила ему в спину, что заставило его остановиться. — Максим… ты ошибся в одном. — Он обернулся, ожидая продолжения. — Ты мне не противен, — и тут же добавила, взглянув в его глаза с холодной улыбкой: — Спасибо.

Не дожидаясь реакции на слова, скрылась в холле гостиницы.

В кои-то веки я смогла выспаться. Несмотря на ранний подъем, ощущала себя бодрячком. Палыч одобрил мой боевой настрой. Ничего не могло омрачить этот прекрасный воскресный день.

Мандраж на этот раз отсутствовал, и я совершенно не волновалась. Ни перед стартом, ни на самой трассе, когда мы с Палычем пролетали километр за километром, участок за участком. Наслаждаясь горными виражами, окончательно поверила в свои силы. Наш экипаж стартовал в середине списка согласно результатам первого круга, так что я сполна смогла насладиться слетевшими с трассы автомобилями. Маршрут отличался коварностью, но, к счастью, близился к своему завершению.

Финишная арка скрывалась за последним поворотом.

— Женя, притормози! Правый, шестерка, — услышала указания Палыча и послушно переставила ногу на педаль тормоза. Вот только что-то пошло не так. Скорость оказалась слишком высокой, мы не вписывались, что грозило «приятным» столкновением с горной насыпью. Либо так, либо с ограждением, разделяющим нас от обрыва. Выбор очевиден.

Всё произошло в считанные секунды. Вот мы летим вперёд, а вот от резкого торможения и скатившегося на асфальт грунта «Субару» заносит вбок и мы, срезая поворот, по инерции впечатываемся правым бортом в многострадальную насыпь.

— П…ц, — многозначительно прошипела я.

— Цела? — выразил беспокойство Палыч. — Быстро проверяем, что с машиной, и на финиш.

— Угу, — процедила сквозь зубы. У нас было несколько минут до появления следующего экипажа. Самое обидное, что в поворот то мы практически вошли, вон впереди уже последняя прямая.

Жить будем — белоснежный зверёк песец помахал хвостиком подвеске и, в частности, правому приводу колеса. Ничего, доедем, коробка передач с блокировками вывезет. Осталось всего ничего.

Сдала назад, откатываясь от насыпи и резко тронулась вперед, бросив сцепление, — добраться до финиша любой ценой. Наверное, со стороны мы представляли фееричную картину: несёмся с рыком мотора, искрами в правом колесе от начавшего жить своей жизнью привода.

До чёрно-белой шахматной арки рукой подать. Пора оттормаживаться, а вот… педаль тормоза проваливается в пол даже без усилия. Походу чёртов привод перебил тормозной шланг.

Дёрнула ручник — «Субару» развернуло на сто восемьдесят градусов, и последние метры нас протащило задницей вперёд. Ещё метр — и привет зрительская зона.

— Приехали, — сглотнула вязкую слюну и выползла из автомобиля под громкое улюлюканье народа. Эх, хотела, Солнцева, войти в историю — вошла! Эффектные фотографии с финиша теперь нам точно обеспечены.

Дальнейшее помнила, как в тумане. Нашу многострадальную побитую «Импрезу» оттащили в техпарк. Представитель спонсора с усмешкой поздравил с окончанием этапа. Получила по ушам от Палыча за свою самоуверенность — что ж, за дело. Как чёрт из табакерки, откуда-то выскочил Державин. То ли злой, то ли взволнованной — фиг его разберешь. Попытался прочитать мне нотации, но был послан в пешее эротическое. Любя, между прочим, и вполне ласково.

Более-менее очухалась после финиша остальных экипажей и подведения итогов. Итак, несмотря ни на что мы с середины списка перекочевали в первые пятнадцать строчек рейтинга. Отличный результат.

Хотелось домой — волной нахлынул «откат». Мигом навалились и усталость, и осознание того, что мы могли пострадать. Ну что поделать, ралли — опасный вид спорта. Иван Сергеевич попросил подождать — отправление нашей команды задерживалось.

Совершенно кстати вновь подвернулся Максим. Я уже стала привыкать к его внезапному появлению.

— Я могу тебя отвезти домой, — видимо мой тоскливый взгляд на фургон «UralEnergy» говорил о многом.

— Нет, Максим, спасибо, — помотала головой.

— Жень, ехала бы ты с Максимом Алексеевичем, — посоветовал Палыч. — За вещи не беспокойся, всё сгрузим в сервисе. Пока они тут еще соберутся, часа два пройдет. А ты еле на ногах стоишь.

— Я настаиваю на своём предложении, — с улыбкой выдал Державин тоном, не терпящим возражений.

Ладно-ладно… не сожрёт же он меня, в конце концов…

— Чёрт с тобой, — закатила глаза. — И я согласилась только, потому что безумно хочу в душ, — на всякий случай объяснила свое согласие, вызвав у Максима смешок.

Дошли до практически полностью опустевшей парковки. Максим, ни слова не говоря, галантно открыл передо мной дверь «Мерседеса», и я не без облегченного выдоха забралась в его роскошное нутро.

Дорога слилась для меня в одно сплошное тёмное пятно, изредка подсвечиваемое фонарями, когда мы насквозь проезжали населённые пункты. От финишной точки до моего дома порядка ста километров, и это было единственным, почему я всё-таки согласилась поехать с Максимом. Напрягать Антошку или ребят такой поездкой на ночь глядя мне было неудобно.