Богиня луны и охоты - Лилия Фандеева

– Давайте договоримся так: сначала здоровье мальчика, а разговоры, встречи с моим мужем и тесты оставим на потом.

– А если Саша…

– Идемте к доктору, – перебила ее Диана. – Я хочу с ним поговорить.

Диана вошла в кабинет доктора одна. Разговор с ним продолжался не более десяти минут. Она попросила только об одном: как можно быстрее провести операцию, а он объяснил, как быстрее перевести за нее деньги. Через час, все финансовые и юридические вопросы были улажены.

– Прооперируем послезавтра. Вы ему кто? – задал вопрос доктор, довольный таким поворотом дел, скорее ради приличия, чем из любопытства.

– Пока не знаю. Возможно, жена его отца, а может, чужая тетя. Анализ ДНК мы сделаем позже, когда мальчику станет легче.

– Спасибо, Диана. Саша единственное, что у меня есть, – говорила Лариса, доставая сигареты. – Хотите послушать?

– Хочу. Пойдемте, присядем, – ответила она, доставая свои сигареты и направляясь к скамейке в сквере.

– Мне было пятнадцать, когда я поступила в техникум в город, – присаживаясь на скамейку, начала Лариса. – Мама воспитывала меня в строгости, но одна. Я почувствовала свободу, влюбилась, обманулась и пошла по рукам, но рукам довольно не бедным. Техникум я окончила и даже прошла практику, но работала далеко не по специальности. Платили хорошо. Моя внешность, помогала мне жить и выживать. Мне один немолодой клиент купил квартиру двухкомнатную. Это была наша тайна. В девяносто шестом моего покровителя взорвали в его же машине с такой, как я и обо мне забыли. Я поняла, что это мой единственный шанс изменить свою жизнь. Я сдала квартиру и вернулась в поселок к маме, устроилась на работу. Шесть лет я прожила в доме матери, три из них одна. У меня не было цели оставаться там надолго. С местными мужчинами я никогда не связывалась. Мне хватало начальника, который имел меня прямо на рабочем месте, но слухи ползли. Саша меня, можно сказать, спас от двух подвыпивших мужиков. Было у них, что на уме или нет, но напугали они меня хорошо. Саша проводил меня домой. Это было в начале декабря. Я как увидала его при свете лампы, так и поплыла. Молодой, симпатичный, трезвый мужичок. Кто же знал, что ему нет восемнадцати, нет никакого опыта в общении с женщинами, но есть неподдельный интерес, желание и юношеская страсть. Я забыла, сколько мне лет и окунулась в водоворот страстей. Это был тот редкий случай, когда я все делала без принуждения, а с желанием. Почти три недели мы проводили вечера вдвоем, пока не пришел муж Анны. Он поставил условие: либо я с ним пересплю, либо на меня заведут дело о совращении малолетнего. Мне бы, дуре, послать его подальше, знай, я все, а я испугалась. Испугалась, что узнай обо всем поселок, мне до весны в нем не продержаться, а в городе до марта ехать некуда. Я уступила.

– Вы хотите сказать, что отцом Вашего сына может оказаться либо мой муж, либо Анны?

– С Вашим мужем проще. Его можно простить за прошлое, а вот Анне лучше ничего не знать. У них Оля ровесница Шурика. Платон почти взрослый. Вот такая суровая правда. Почему Анна рассказала все Вам, а не брату? Вы в своей семье все решаете сами?

– Аня поступила правильно. Тайну для меня делать было глупо. В любом случае, такой суммы у них не нашлось, и они вынуждены были бы обратиться ко мне. Аня понимала, что я, как женщина, пойму Вас лучше. Когда дело касается здоровья ребенка, прежде всего, думаешь о нем. Я не осуждаю ни Вас, ни мужа. Это ваше прошлое. Простите, а почему Вы не сделали аборт?

– Не поверите. Мне было двадцать девять, а я забеременела всего второй раз, хотя никогда не предохранялась. Мне показалось, что этот шанс стать матерью дается свыше.

– Как Вы теперь живете? – спросила Диана.

– Как большинство. Мне сорок два года. Крыша над головой у нас есть, работа хорошая. Шурик родился нормальным ребенком в августе две тысячи третьего, и до десяти лет у нас не было проблем со здоровьем. Он с шести лет ходил на фигурное катание, ему там нравилось. После этого увлекся самбо. Я не была против нового увлечения. Там его впервые и прихватило. Теперь это объясняют нагрузками, подростковым возрастом. Два года мы лечимся, а теперь стала нужна операция. У меня не было другого выбора, поэтому я обратиться к Вам. Шурик должен жить. Я ни на что не претендую, кроме помощи.

– Успокойтесь. Шурик обязательно поправится. Вам стоит набраться терпения и подождать. Почему Вы не вышли замуж? Одной трудно воспитывать ребенка, особенно мальчика. Чем старше он становится, тем сильнее ему нужен, если и ни отец, то друг.

– Один собирался, но ему был не нужен ребенок, второй, принял ребенка, но сбежал, как только узнал о его болезни. Третий, казался самый порядочным, ушел два месяца назад в поисках денег на операцию и пропал.

– Что значит пропал? Он от Вас ушел, сбежал или все же пропал? Это разные вещи. А, если с ним случилась беда?

– Я для него никто. У меня даже заявление не приняли. Да мне сейчас и не до него. Месяц назад он звонил, перевел деньги на карточку, но не поинтересовался, получила ли я их.

– У меня к Вам будет просьба: пусть для всех, особенно для Ани, Вам помог фонд. Я скажу Саше, где Вас найти, а остальное, решите между собой. Удачи Вам с сыном. До свидания.

Диана вернулась домой, где Аня уже приготовила ужин и уложила Леру спать. Платон сидел за компьютером, а Оля помогала матери.

– Что дала тебе эта встреча? – спросила Аня. – Нашли деньги?

– Мне ничего, а мальчика будут оперировать послезавтра. Часть денег собрала сама Лариса, большую часть выделил фонд «Доброе сердце».

– Она сказала кто отец?

– Она не уверена. Я поговорю с Сашей сама, а экспертизу сделаем позже. Чем будете заниматься завтра?

– Утром у нас собеседование, а после него посмотрим.

– Ты своди ребят в парк на аттракционы, в цирк, в кино. На нас не рассчитывай. Саше трудно выбраться даже в выходной, а я с Лерой не лучший сопровождающий. Если нужно что-то купить, говори не стесняйся. Введи брата в расходы.

После ужина были «посиделки», душ и сон.

– Саш, ты свою первую женщину помнишь?

– Как