Найди 5 отличий - Алекс Хилл

Кирилл проводит быструю разминку под ритмичную музыку. Выполняю прыжки и хлопки вместе с остальными и чувствую, как в груди скапливается напряжение. С ним что-то не так. Взгляд, манера двигаться, даже мимика… Все изменилось.

– Отлично, – холодно произносит Кирилл и придирчиво осматривает группу. – Тащите коврики, будем садиться на шпагат.

По залу проносятся дружные недовольные вздохи и шорох гимнастических ковриков. Кирилл складывает руки на груди и встречается со мной взглядом. Приподнимает уголок губ, чуть прищуриваясь:

– Чего стоишь, Лена? Особого приглашения ждешь?

Теряюсь от его неожиданно дерзкого тона и резко втягиваю носом воздух.

– В складку! – командует он, отворачиваясь.

Никто не хочет объяснить мне, что происходит? Расстилаю коврик и выполняю указания тренера. Касаюсь щекой колена и сжимаю правую ступню ладонями. Мышцы горят, дышу носом глубоко и ровно, наблюдая и слушая диалог Кирилла и Миры. Она тянется к носкам, согнувшись пополам, а он сидит рядом, положив руку ей на спину.

– У тебя отличная растяжка.

– До твоей еще далеко, – хихикает Мира.

– У меня было больше времени. Спину ровнее.

– Больно…

– Потом станет приятно, – мурчит он.

– Не могу…

Кирилл наклоняется к ее уху и что-то шепчет. Слов не разобрать, но самого факта достаточно, чтобы отключить мой тормоз.

– Тренер! – выкрикиваю я.

Кирилл нехотя оборачивается и царапает равнодушным:

– Да, Лена?

– Не поможете?

За темной маской виднеется настоящий Джек, но близнец его не выпускает. Он пробегает по мне взглядом и хмыкает:

– Тебе не нужна помощь.

Поднимаю голову, широкая улыбка жжет губы. Теперь все понятно. Какой послушный мальчик. Сказали, слишком хороший, и он тут же стал плохим. Еще и пытается зацепить меня.

Ты не представляешь, с кем связался, Джек Фрост.

– Нет, нужна, – выдерживаю паузу для контрольного выстрела. – Пожалуйста!

Кирилл прикрывает глаза, тихо вздыхая, и встает. Ложусь на спину, поднимая левую ногу, он останавливается рядом и смотрит вниз.

– Я не давал такого упражнения.

– Слышала, оно очень эффективное, но одной никак.

– Какое рвение, Лена. Я удивлен.

– Я прилежная ученица. Сделаю все, чтобы получить похвалу.

Он качает головой, прикусывая нижнюю губу, и опускается на колени. Кладет одну руку на мое бедро, второй подхватывает под колено и толкает ногу вперед:

– Тяни носок.

– Да, господин… – шепчу я.

– Я тебя выпорю, – так же тихо отвечает он, едва сдерживая смех.

– Звучит отлично.

– Лена, какого черта ты делаешь?

– Ты играешь в плохого мальчика, а я – в хорошую девочку. Не нравится?

Кирилл надавливает чуть сильнее, наклоняясь, в его глазах загорается страсть. Она касается кожи обжигающим пламенем и учащает дыхание. Зажмуриваюсь и стараюсь перетерпеть боль в связках.

– Дыши, – мягко произносит Кирилл.

– Мне нужно дыхание рот в рот.

– Ты его получишь.

Открываю глаза и шепчу:

– Обещаешь?

Он сжимает пальцы на моей ноге, сердечный ритм ускоряется. Я в секунде от того, чтобы подскочить и выгнать всех из зала. Он меня довел и завел одновременно.

– Эльза и правда ревнивица.

– Я своего не упускаю.

– Не уходи после тренировки.

– И не собиралась.

Время еще никогда не тянулось так долго. Прогоняем танец несколько раз, позволяю мышечной памяти сделать все за меня, погружаясь в мысли. Я не пожалею о том, что случится, но последствия всегда дают о себе знать в самый неподходящий момент. Переспать еще не значит довериться и открыться, это всего лишь этап, которому приписывают слишком большое значение. Важный этап, но не основной. Честность – вот что куда масштабнее. В наших с Кириллом играх мы не переходили эту границу, затронули лишь оболочки личностей, не касаясь сути. Мы знаем цели и события, но не знаем причин. Мы друг друга не знаем. Все, что у нас есть, – химия и сходство характеров, которое дарит одновременно и комфорт, и неудобство. Так стоит ли? Стоит ли копать глубже?

– Класс! Думаю, на следующей неделе уже можем провести репетицию в клубе, – говорит Кирилл. – Всем спасибо. Увидимся послезавтра.

Девушки благодарят его в ответ и топают к двери. Отхожу к задней стене, поднимая волосы, и провожу ладонью по разгоряченной шее. Ловлю на себе удивленный взгляд Наты. Мимо нее проносится Мира, обиженно поджав губы, и выскакивает в коридор. Пожимаю плечами, как бы говоря: каждый сам за себя. Наташа ухмыляется и закрывает за собой дверь.

– Будут сплетничать, – произносит Кирилл, глядя на меня через зал.

– Мне до звезды. Если бы я парилась из-за каждой сплетни о себе, то сошла бы с ума.

– То есть ты считаешь себя нормальной?

– Считаю себя лучше других.

– Налицо все признаки нарциссизма.

– Еще одна наша общая черта.

Кирилл шагает вперед, и я с трудом сглатываю, чувствуя уверенность, которую он излучает. Его глаза говорят: «Я не остановлюсь». Мышцы на руках и плечах напряжены, выпуклые дорожки вен бегут вверх от запястий. И можно больше ничего не говорить, поддавшись соблазну, и пустить все на самотек. Так будет легче, но… не лучше. Внезапно Кирилл сворачивает к окну и наклоняется к спортивной сумке.

– Твой костюм, – говорит он и бросает сверток мне в руки.

– Обычные девушки тебя уже не возбуждают?

– Они не возбуждают зрителей.

Догадываюсь, о чем он, и открываю пакет:

– Все-таки будем снимать порно?

– Будем снимать ролики в «Хайп-Свайп». Или ты надеялась на что-то другое?

Вытаскиваю черную маску из кожи с блестящими серебряными заклепками по контуру и поднимаю голову. Надменный, холодный, безразличный – образ плохиша снова на месте. Кирилл не намерен сдаваться, но и я тоже. Прикладываю маску к лицу, глядя сквозь прорези:

– Объясняй сценарий, Джек.

– Я Рюк, Лена. Рюк. Всего три буквы. Даже блондинка должна запомнить.

– Рю-ю-юк, – тяну я, складывая губы трубочкой. – Правильно?

– Правильно, – сдержанно кивает он.

– Ну что, Рюк? Займемся… делом?

Облачаюсь в наряд порочной соблазнительницы и выхожу в центр зала, глядя на отражение в зеркальной стене: прозрачные стрипы, словно изо льда, удлиняют ноги, черные кожаные легинсы с молниями по бокам и выпуклыми вставками в форме нижнего белья выделяют все анатомически важные места, узкий топ на замке увеличивает грудь на пару размеров, маска добавляет элемент таинственности. Кажется, Джек Фрост забыл упомянуть о своих БДСМ-наклонностях. Плохой мальчик, но теперь мне это даже нравится. Интригует.

Кирилл наконец-то отрывается от телефона и становится передо мной. Замечаю, как дергается кадык на его горле и приоткрывается рот на вдохе. Откидываю назад волосы, опускаю руки вниз и медленно провожу ладонями по бедрам. Кирилл на мгновение отводит взгляд и возвращается к моим глазам, уже полный