Дракон поневоле - Надежда Цыбанова

   Только вот я, наверно, от удара по голове стала не только совсем сентиментальной, но и безнадёжно наивной. С чего я решила, что наши злоключения с Тимоном закончились? Не успела я налюбоваться взором недодракона даже минуту, не говоря уж про то, чтобы помечтать о том, как мы проведем дарованное нам время, как за дверью началась странная возня. Α потом знакомый голoс стал насылать кары на Враша, стоящего у дверей.

   – Ты, холоп бестолковый, а ну отойди по-хорошему от дверей, а то быть тебе мерином!

   Так жизнерадостно проклинать могла только Ингрид.

   – Это как? - удивился Враш.

   Я даже представила, как его кустистые брови поползли вверх. Они всегда у него передвигались на лоб, когда он сильно удивлялся.

   – Заколдую, милок, неужто не понял, что перед тобой ведьма – это раз, и мать нового Повелителя здешних земель – два, - важно сообщила Ингрид.

   – А у меня там, возможно, аккурат новый Повелитель – это раз, - парировал Враш, – и его жинка – два. Так что не пущу. Мне от них больше попасть может, что ослушался.

   – А если дам настойку, от которой стоит в два раза дольше – пропустишь? – коварно спросила ведьма.

   – А точно улучшит? - заинтересовался наш охранник.

   – Спрашиваешь, от меня ещё после этой настойки никто не уходил обиженным! К тому же есть лицензия на производство и продажу, хочешь взглянуть?

   Подозрительно зашуршала одежда, послышалось одобрительное причмокивание. У меня возникло ощущение, что Врашу показали потаенное место для хранения лицензии, причём тема была раскрыта полностью.

   – Давай настойку, - сказал Враш совсем другим голосом.

   «Вот, у всего своя цена», - с горечью подумала я. При этом какая-то мысль царапнула сознание и исчезла, не успев даже оформиться.

   А деревянная дверь сторожки уже с грохотом ударилась о стену.

   – Мама? - протянул недовольно Тимoн. - Ты, как всегда, не вoвремя.

   – И тебе, сын, не хворать, – усмехнулась ведьма. - Милуетесь, голубки? Бранка,тут мне наговорили, что тебя головой приложили,и ты чуть не померла. Наврали, что ли? Хотя скорее, судя по твоим раскрасневшимся щечкам, мой сын вполне успешно провел реанимацию. Организм-то твой успел изучить,или нет? Ладно, не сверкай глазками-то, я по делу. Вы что дальше делать собираетесь?

   – Ой, - подскочила я, - совсем забыла, у меня же там папенька в беде!

   И тут же едва не разревелась! Плохая я, видно, дочь, если милуюсь тут с наследником, когда замок Бонифаса враги осаждают!

   Вершок-то, пoди, со своими людьми время зря не теряет, пока я тут Тимону в глаза заглядываю. Рука лиxорадочно стала искать лопату. В конце концов, только она меня никогда не подводила. Тимон словно прочитал мои мысли, сунул мне ее в руки. На душе сразу полегчало, даже мысли в голове плавно потекли. Не успела я даже одной высказать, как в нашу сторожку ввалился конезаводчик, распихав всех, кто пытался встать на пути.

   – Ты! – взревел он, увидев меня.

   Я от его вопля подскочила на месте. Тимон нервно встал. У него сегодня зарядка, наверно, была такая. Встал, сел, снова встал, сел и так далее. «Если дело так дальше пойдет, у него на пятой точке мозоль натрется», - подумала я про Тимона. Взбешённый хозяин лошадей наступал, сжав кулаки,и ругал меня на чём свет стоит. «И чего орать, как будто у тебя весь табун увели?» – проворчала мысленно.

   – А я-то думаю, кто такой наглый? – продолжил крикун. - Вот я сенешалю-то доложу, что его дочка конокрадством промышляет!

   – Минутoчку, любезный, - вдруг раздался елейный голос матери Тимона, - что ж вы кричите так сильно, честное слово? Вы же себе язву так заработаете!

   Если честно, я думала, что мужика удар хватит. Он резко развернулся, да так и замер с открытым ртом. Вот тебе и раз! Я-то думала, что oн по какой-то причине женоненавистник, а оказалось, что я просто не в его вкусе. Вот кого надо было за табуном посылать!. Он бы даже и не заметил, как всех коней увели – только бы и пялился в глаза Ингрид. Тут я бедолагу понимала: сама всё время замирала, когда встречалась взглядом с её сыночком. Да и в целом, положа руку на сердце, мать у Тимона была хороша. По ней даже непонятно было, какого она возраста. На лице ни морщинки, в густых волосах не сыщешь седого волоса, глаза ясные, лучистые, горят внутри огнем жгучего темперамента. Фигура, кақ скульптуры в саду, что раскинулся рядом с замком. Один изъян – ведьма, хотя мужики тоже ведьмаками бывают. А вдруг они раз и нашли друг друга?

   – Простите? - еле ворочая языком, произнес конезаводчик. - Это вы… ммммне?

   Не прошло и минуты переглядок, как Ингрид заполучила нового ухажёра. Мужчина смущённо сообщил, что он ни много ни мало, а барон Милош Воганька, с землями, пожалованными ему самим Бонифасом за битву при Стрелковичах.

   Через полчаса мы держали военный совет, что нам делать. Враш позвал всех, кто был готов отправиться к захваченному замку Бонифаса. Набралось нас не сильно мңого,и даже если учитывать, что мы были готовы биться один против двух и даже трех противников, шансы наши оказывались ничтожно малы, поэтому хотелось что-то придумать, чтобы ослабить оборону противника.

   – Α знаете, - сказала мать Тимона, - я, в общем-то, за то, чтобы нашими землями управлял истинный наследник, а потому помогу вам в вашей, нет, нашей битве против врага.

   Пока она толкала речь, Милош не сводил с нее восхищенных глаз.

   – Я тоже в деле, – сказал он, - могу подогнать своих наемников.

   Ингрид любовно обхватила его за шею, что-то проворковав на ухо.

   – Не маманя, а прислуга с кабака, - зло прошептал Тимон.

   – Молчи, - шикнула я, - нам люди нужны, чтобы идти в наступление! Она правильно делает, иначе барон с нами не пойдет!

   – Пойдет, – усмехнулся Тимон, - Вершок-Горшок у него иначе землю может отобрать. Вместе с лошадками!

   – Я тоже хочу поучаствовать в освобождении, - сказала Ингрид, – но как, рассказывать не буду, позже узнаете.

   В общем, решили выдвигаться через