Секс - наставник по соседству - Любовь Попова

Я так и делаю. Захожу за дерево, смотря внимательно на дорогу. Иногда поглядывая за тем как неумолимо кончается энергия в телефоне. Дрожу всем телом. Темнота сгущается, а каждая проезжающая мимо машина кажется враждебной.

Спустя почти полчаса на обочине тормозит незнакомая машина. Я сглатываю, затаиваюсь, почти ложась на землю. Особенно когда появляется большая мужская тень. Он меня не видит. Не видит.

— Оксана! — слышу знакомый голос и меня как на катапульте подрывает. Я выпрыгиваю из темноты прямо в этим надежные объятия. Тимур даже дергается от неожиданности. — Напугала.

— Прости, — шаг назад делаю, но он обнимает плечи и быстро меня осматривает.

— Ты как? Замерзла? — тянет к себе, прижимает к груди, а я сама тянусь за поцелуем. Он согреет, придаст сил. Тимур всегда предавал эти самые силы, словно наполнял меня собою. — Пойдем в машину, все расскажешь.

И я готова была рассказать кое — что, но кажется этого не понадобиться, потому что спустя пару мгновений за машиной Тимура паркуется еще одна. Из которой выходит Олег.

Глава 35

Сердце замирает, словно капля в замедленной съемке, но тут же падает, разбивайся на тысячи осколков, после заморозки. Я слышу плач. Глухой, тихий, но Аленка рыдает, зовет меня.

Я тут же рвусь к машине, но Тимур меня тормозит.

— Оксана, иди в машину, ребенок плачет, — говорит Олег, хлопая дверью. — Оксана, ты слышишь?

— Ты нормальный, вообще? — быкует Тимур.

— А что с тобой разговаривать. С кем? С тем, кто трахает чужих жен?

— Лучше трахать чужую жену, чем бросать свою ночью на трассе.

— Послушай, ты! Это наши семейные дела… Оксана, дочь рыдает! Или твой любовник тебе дороже, — я снова шаг делаю, но Тимур удерживает, не дает дернуться. Я уже ненавижу его. Бывшего мужа. Себя, что попала в такую ситуацию. Вечером. На трассе.

— Больше не ваши. У тебя был шанс нормально общаться, но ты его успешно проебал. Сейчас ты отдашь нам Алену, а сам по-хорошему уедешь.

— Я? Тебе дочь отдать должен? Ты, кто вообще такой. Оксана, или ты садишься в машину или дочь ты больше не увидишь. Будем считать, что я забуду про твоего ебаря. Про все твои косяки.

— Не дергайся, — рычит Тимур, а у Олега глаза словно из орбит сейчас вылезут.

— Оксана, сука, сядь в гребаную тачку! — орет он, я испуганно вскрикиваю, когда он шаг в нашу сторону делает, тянет руку. Он не в себе, у меня самой в голове полный хаос.

Тимур тут же заворачивает ее ему за спину и прижимает к земле лицом.

— Тимур, пожалуйста! — мне только не хватало, чтобы кого — то в тюрьму посадили!

— Больно! Тварь! Я тебя с дерьмом смешаю.

— Ну что ты встала, забирай дочь в машину! — рявкает Тимур, а я словно оживаю. Бегу к машине, открываю дверь, испуганно ахаю, когда вижу Алену, что захлебывается слезами.

Она тянет ручки, я тут же отстегиваю кресло от сидений. Беру его вместе с дочкой и несу в машину Тимура. Сердце дико бьется, дрожит каждый нерв, я стараюсь больше не смотреть на сцену между машинами, стараюсь не слышать глухого удара и мата, стараюсь сосредоточиться на дочке, успокоить ее, не плакать сама, но слезы градом.

Страшно.

Дико.

Это какое — то безумие.

Во что превратилась моя жизнь, что я сделала с ней, с Олегом, насыпала проблем на голову Тимура. У мамы Олега столько знакомых. А если они и правда дочку отберут? Если меня посадят? Я только жить начала! Ну зачем, зачем я поехала с Тимуром, зачем….

Я дрожу всем телом, замечаю, как Аленка мне слезы утирает.

— Не плачь, мамочка, не плачь….

— Я от счастья, милая. Я просто соскучилась по тебе, — мы обнимаемся, мне становится ее страшнее, что мое маленькое чудо отберут. Вздрагиваю, когда дверь с водительской стороны открывается и в машину садится Тимур. Молчаливый и напряженный, он меняет передачку и свистнув шинами вливается в бурный поток проезжающий машин.

Я быстро поворачиваю голову, но уже не успеваю заметить ни Олега, ни его машину. Он его убил? Да нет, Тимур не выглядит убийцей. Хотя, что я понимаю в людях. Мне и в страшном сне не могло присниться, что Олег способен так выражаться.

— Тимур…

— Он живой. Я даже руку ему не сломал…

— Спасибо… — говорю еще тише, немного успокоившись, но внутри все дрожит и вибрирует, словно электричку на высокой скорости. Я закрываю глаза и просто откидываю голову на сидение. Тут же погружаюсь в беспокойный сон, а словно через секунду просыпаюсь. По щелчку.

Открываю глаза и вижу пустое водительское место. Не сразу понимаю, где мы. Тимур открывает двери с моей стороны.

— Выходи.

— А где мы?

— У меня дома. Давай все вопросы наверху, я тоже сегодня чертовски устал.

Я выхожу, беру Аленку на руки, она бурчит что — то мне в плечо. Тимур несет мой рюкзак. Открывает все двери. В том числе на своем девятом этаже. Жилой комплекс сильно напоминает тот, в котором мы были в ресторане. Все такое красивое, новое, отделанное стеклом.

Меня отвлекает белое свечение ламп подъезда, успокаивает тяжелое дыхание Тимура.

— А та квартира чья была, — вспоминаю трешку. Эта намного больше, с красивым интерьером, чисто мужским характером. Тут даже неудобно стоять в своих грязных туфлях.

— Съемная. Располагайся, холодильник забит. Вдруг голодная.

Это вряд ли. Я, точно нет. А вот Алена.

— Ты кушать хочешь? — спрашиваю дочку, которая с любопытством оглядывает новое для нее помещение. Она кивает и пытается слезть с рук. Хочет все обследовать, но я боюсь, что она что — то сломает. — Ален, ничего не трогай!

— Пошли, покажу кое — что, — вдруг говорит Тимур. Аленка недоверчиво на него косится, но он вдруг достает с верхней полки львенка и показывает ей. — Симба потерялся, пойдем искать его дом.

Доверчивая Аленка тут же кивает, выхватывая новую игрушку, а я невольно напрягаюсь. Откуда у холостяка знания, как привлечь внимание ребенка…

— Не смотри так, я не педофил, просто у меня брат и сестра возраста твоей дочери. Они у меня часто бывает и было проще организовать для них детскую. Пойдем, покажу.

Глава 36

Это и правда была детская. Большая, красивая. Тут тебе и игрушки, и кровать в виде корабля и даже качели.

— Если вдруг с магазином не сложится, можешь сюда пускать детей за деньги.

Тимур смеется, ведет Алену к домику львенка, где его ждут друзья. Глаза малышки загораются, и