Ты сильная - Татьяна Васильевна Киселева

В дом пошли Никита со Стасом и ещё двое парней, велев Евгению, оставаться пока в машине. — Мы тебя позовём, когда будешь нужен, а пока следи по ноутбуку.

Глава 13

Получив ещё в одной больнице ответ, что Ирины Спириной ни среди рожениц, но среди больных нет, Клавдия Абрамовна опустила руки на колени. Она долго сидела на диване, безучастно уставившись в одну точку. Потом женщина прижала руку к груди, словно у неё защемило сердце.

Когда в комнату, постучав, вошли четверо мужчин в костюмах. Она молча встала, и побледнев вопросительно посмотрела на них.

— Клавдия Абрамовна Спирина? — негромко спросил коренастый темноволосый мужчина в строгом сером костюме судя по внешнему виду самый старший из прибывших.

— Да, это я, — отозвалась Клавдия Абрамовна.

— Моё имя, Аристов Станислав Валерьевич, — представился Стас, и отодвинув стул, присел к столу, — Да вы садитесь, садитесь, Клавдия Абрамовна, разговор у нас с вами будет долгий и неприятный.

Клавдия села, переводя взгляд от одного гостя к другому.

Второй мужчина был ей смутно знакомый, словно она откуда-то его знает. Так вот, этот мужчина положил на стол какой-то непонятный предмет, то ли телефон чересчур навороченный, то ли мини-магнитофон и произнёс, — Клавдия Абрамовна, в интересах следствия разговор будет запротоколирован и записан на диктофон.

Ещё один из мужчин сел к столу, деловито достал из папки бумаги и приготовился записывать. Клавдия нервно потёрла руки и зябко обхватила себя за плечи. Последний из вошедших взяв себе стул, сел в районе двери.

— Ну, что, пожалуй, начнём. Ваша фамилия, имя, отчество? — задал первый вопрос Станислав Валерьевич.

— Вы же сами это знаете. Я, Спирина Клавдия Абрамовна.

Стас задавал ей вопросы о возрасте, о месте рождения и месте работы, Клавдия отвечала. А саму мучил вопрос, неужели они здесь, потому что Ирочка умерла. И у неё сердце заходилось в волнении и страхе. Она с трудом сдерживала слёзы и наконец не выдержав спросила, — А в чём собственно дело? Вы знаете, у меня совсем нет времени вести с вами пустые разговоры. У меня беременная внучка пропала, мне необходимо найти её.

— Боюсь, Клавдия Абрамовна, что вам придётся с нами разговаривать. А где ваша внучка мы знаем и сообщим в конце беседы.

— Она жива? — нетерпеливо спросила Клавдия.

Стас, не обращая внимания на её вопрос, продолжил, — Вам будет предъявлено обвинение по трём статьям Уголовного кодекса Российской Федерации. Статья сто десятая, пункт второй. «Доведение до самоубийства или до покушения на самоубийство, совершённое в отношении лица, а) заведомо для виновного, находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного, б) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности «. Наказывается лишением свободы на срок от восьми до пятнадцати лет лишения свободы. Вы понимаете, о чём я говорю? — Стас внимательно смотрел на женщину.

А у той дрожали губы, — Да, понимаю. Ира… Ира, она умерла? Я не хотела этого! Я хотела, чтобы ни она ни её дети ни в чём не нуждались.

— А вы её спросили, чего она хотела? Спросили, согласна ли она таким образом, получить благосостояние? А мужчину, против которого вы сфабриковали дело и шантажировали, вы спросили? Его тоже всё устраивало? Мы знаем у него есть семья, дети. Вы их спросили? Их тоже устраивал ваш вариант? — Никита встал, прошёлся по комнате и остановился напротив женщины.

— Раньше девушек замуж выдавали, не спрашивая их согласия, и ничего жили. А Женька он добрый, красивый и Ира красивая, молодая. Они привыкли бы друг к другу, полюбили бы. Я так думала… — последние слова Клавдия Абрамовна проговорила еле слышно.

— Вроде умная женщина, а творите бог знает что, — вполголоса проговорил Стас. — Что же не нашли для Ирины холостого парня. Хотя бы вот Егора, который помогал вам. Почему вам понадобился женатый мужчина? Вы хоть понимаете, что из-за ваших действий распалась вполне счастливая семья. Двое детей остались без отца. И ещё неизвестно, чем дальше обернётся ваше самоуправство. Собственную внучку довели своими действиями до самоубийства, не подумали и о своих двоих правнуках. Девушка предпочла смерть, чем играть по вашим правилам.

Клавдия судорожно всхлипнула — Господи, Ирочка, прости меня, дуру старую. Я же хотела, как лучше для тебя. Ну сказала бы, что не хочешь, не выйдешь, разве ж…

— Кончайте играть комедию Клавдия Абрамовна, — Нам известно, что девушка вам об этом говорила и не раз. Только вы слушать не желали. Почему, кстати? — Оборвал её причитания Стас.

— Да потому что, лучше жизнь знаю! Вот этот же Егор, что он может ей дать? Нищеброд. Вот как она жить с двумя детишками собиралась? Ну как, скажите мне? А Женька, он не бросил бы её. Даже если бы и разошёлся потом, всё равно помогал бы. Честный, потому что слишком. Привязала бы я его к ней браком и никуда не делся. Полюбил бы.

Клавдия, размазывая слёзы по лицу, высморкалась в салфетку и нервно скомкала её в кулаке.

— Егор, к вашему све́дению, очень талантливый молодой человек. Профессия, которую он получает, сейчас востребована, как никогда. Так что без работы он не останется и зарабатывать будет неплохо. И Ирину он уже любит и внучка ваша к нему неравнодушна. Может быть, всё же стоило немного узнать, что хотят другие, прежде чем ломать жизни людям, — Стас.

— А вы не боялись, что рано или поздно правда выплывет наружу и вас привлекут к ответственности? — поинтересовался Никита. — Вымогательство в особо крупных размерах, клевета с угрозой распространения в социальных сетях потянет лет на пятнадцать, если не больше.

— А пусть бы вначале доказал, что у него ничего не было с Ирой. У меня фотографии имелись, а у него что? Кто бы ему поверил? Внучку ведь и вправду изнасиловали. Опоили чем-то гады и попользовались. Откуда я могу знать, кто это был, может Женька и был этим насильником.

— Клавдия Абрамовна, в нашем распоряжении прощальное письмо Ирины Петровны Спириной, в котором она полностью оправдывает Ковалёва Евгения Александровича. А вот ваши дела плохи. В совокупности по всем совершённым вами преступлениям вам грозит двадцать — двадцать пять лет тюремного заключения. В вашем-то возрасте, надеюсь, вы понимаете, чем это вам грозит?

Клавдия Абрамовна опустила голову и закусила дрожащую губу.

— Но, если мы подпишем с вами досудебное соглашение о сотрудничестве, и вы окажете помощь следствию, чистосердечно всё сами расскажете.