Я (не) буду твоей, дракон! - Ева Ардин

Он обратился в мужчину, который лежал навзничь. Глаза его были закрыты, а изо рта и носа текли струйки алой крови.

Я подбежала к Вику, и осмотрела его. Слава богу, он дышал! И сердце билось, хоть и неровно, но сильно. Вот только кровь, текущая из носа и рта говорила о внутренних повреждениях — что очень, очень плохо. А еще прекрасно помню хруст сломанных костей! Но открытых переломов видно не было…

Дракон судорожно вздохнул, на миг распахнул глаза, нашел меня взглядом и схватил за руку.

Через пальцы и в центр ладони словно прошел электрический ток: если бы я даже захотела вырвать руку, не сумела бы. Но я не хотела — неожиданно стало понятно, что имел в виду Оракул, вещая о драконьей целительской магии. Интересно, почему эта магия не отказала? Или все дело в нашей связи? Внутри меня будто разгорелось яркое солнце, и его свет стал перетекать к Вику через наши сомкнутые руки.

Я не противилась, изо всех сил желая дракону исцеления. Он спас мне жизнь! Не полети Вик следом в портал, на земле сейчас лежала бы я, и не просто с переломами костей. Падение с такой высоты — верная смерть. Не знаю, что бы от меня вообще осталось, и думать не хочу.

Я чувствовала, что сейчас Вик забирает у меня Силу, чтобы помочь себе регенерировать. Это меньшее, что можно было сделать для него в этой ситуации. Потом подумаю о том, почему портал открылся именно в такое место, где нет магии, и как выбираться отсюда. И еще вопрос — Вик же был в виде дракона, почему он просто не полетел? Почему выбрал падать — крылья, что ли, отказали?

Надо будет спросить его об этом. Потом, когда он придет в себя.

Все потом — после того, как Вику станет лучше.

Я чувствовала, что магии во мне остается все меньше, и вместе с Силой уходит и жизненная энергия. Глаза сами собой закрылись, и я опустилась рядом с драконом на землю.

Последнее, что помню — яркий ослепительный свет и шум мотора.

Глава 17

Меня куда-то несли — на носилках, а потом переложили на твердую поверхность. Просыпаться и открывать глаза не хотелось. Интуитивно чувствовалось, что нужно восстановить силы. Мозг отстраненно фиксировал звуки: мерный рокот двигателя, какое-то жужжание и стрекот. Несколько мужчин говорили по-русски, обсуждая медицинские процедуры, анализы крови, а еще — что нужно прогнать наши фото через программу распознавания лиц…

Все это было, несомненно, важным, но не отменяло необходимости отдохнуть. Наверное, на какое-то время я погрузилась в сон.

Потому что из состояния забытья меня вырвал очень злой голос Вика:

— Ты сейчас медленно положишь эту штуку и отойдешь от нее! — велел дракон кому-то.

Рядом со мной тихо ойкнули.

Я сосредоточилась на ощущениях. Даже сквозь закрытые веки пробивался ослепительный свет, под спиной чувствовалась твердая поверхность, а запястья и лодыжки были плотно обернуты чем-то жестким.

Похоже, кто-то «добрый» привязал меня к койке, как буйнопомешанного больного.

А потом послышался жуткий грохот, надо мной просвистело что-то тяжелое и, судя по стеклянному звону, разбилось. Удалось открыть глаза, и я некоторое время моргала, привыкая к яркому свету.

Вик обнаружился рядом: он схватил щуплого мужичка в белом халате, заломил ему руки за спину, и связывал их чем-то наподобие пластырной ленты. Закончив с этим делом, дракон подошел ко мне, и посдирал ремни, что украшали мои запястья и лодыжки. Протянул руку, помогая подняться.

Место, где мы находились, напоминало больничную палату в частной клинике на Земле: две койки, несколько пикающих медицинских приборов, на кафельном полу валяется опрокинутый столик на колесах, и куча пробирок для сбора крови…

И неожиданно: вместо одной из стен — огромное зеркало. Как в комнате для допросов, что показывают в фильмах.

Хм. Сравнение не понравилось. А еще больше не понравилось то, что вдалеке завыла сирена.

Вик же, не обращая ни на что внимания, взял мое лицо в ладони и требовательно произнес:

— Посмотри на меня, Лара!

Я подчинилась. И буквально провалилась, как в омут, в глубину его синих глаз. Но дракон на этом не остановился: он наклонился, и впился в мои губы собственническим поцелуем, передавая вкус своей Силы, крови и магии.

Я позабыла обо всем, отдаваясь моменту. Вик не только мастерски умел целоваться, каждым движением даря наслаждение, но и ясно давал понять, что отстраниться прежде, чем он позволит, не выйдет. Впрочем, было так хорошо, что я решила не противиться. Пока. Что это изменит?

Тем более, что наша связь, будь она неладна, сейчас ощущалась как нечто почти материальное. Между нами перетекала энергия — она восстанавливала мои силы, и даже дала почувствовать магию, которую, казалось, Вик полностью выкачал в момент исцеления. Да и дракону становилось с каждым мгновением все лучше и лучше. Настолько, что когда прямое доказательство его прекрасного самочувствия стало ощутимо давить мне на бедро, я попыталась отодвинуться. Не потому, что это было больно, а потому, что с возмущением осознала, что какая-то часть меня совершенно не против, чтобы Вик прямо сейчас продолжил то, что обычно начинается с поцелуя. Да тут даже кровать имеется!

— Мне нравится ход твоих мыслей, Лара, — раздался самодовольный голос дракона… прямо у меня в голове. — Но для начала мы все же избавимся от зрителей.

От зрителей?

Ах да, там же где-то несчастный связанный доктор был.

Я открыла глаза. А нет — речь, оказывается, шла не только о докторе.

Легкость из головы и тела испарилась тут же, едва стало понятно, что мы под прицелом.

Зеркало, что мне с самого начала не понравилось, куда-то делось, и за ним обнаружилась комната. Там стояли рядком четыре хлопца, экипированные, как бойцы спецназа во время ареста преступников. То есть в бронежилетах, закрытых шлемах, и вооруженные автоматами, которые они не постеснялись наставить прямо на нас с Виком.

— Попрошу не делать резких движений, — раздался из-за спин парней низкий голос с властными нотками. — Или я прикажу стрелять на поражение. Даже существо вашего вида не может двигаться быстрее пули.

Вик повернулся лицом к нашим противникам, задвинув меня за спину и полностью прикрыв собой.

— Я имел в виду этих зрителей, дорогая, — пояснил он мысленно. — Кажется, они пытаются нам угрожать.

Мужчина, внешность которого не удалось разглядеть из-за спин силовиков, говорил по-русски. Значит, мы на Земле. Только вот где? На