Я (не) буду твоей, дракон! - Ева Ардин

— Да, — ответила я. — Что нужно делать?

— Просто доверься мне. — Вик сжал мою руку. — В мирах, которые выбрали технический путь развития, не так много возможностей применить Силу. Связь истинных пар — как раз одна из них.

Я уже открыла рот, чтобы спросить, нет ли другого способа, ведь надежда на то, что эту самую связь все же удастся разорвать, все еще оставалась. Но судьба в лице Максима решила иначе — именно этот момент выбрал парень, чтобы надсадно захрипеть.

Приборы тут же замигали, как сумасшедшие. Два доктора, оттеснив нас с Виком, бросились к пациенту, один схватил дефибриллятор, второй что-то вколол в катетер…

Стало понятно, что дело совсем плохо. Выбора, как поступить, по сути, не было — придется довериться дракону. Хоть Максим для меня чужой, я не могу дать ему умереть, если могу спасти.

К тому же, не этого ли я сама хотела — понять, как пользоваться драконьей целительской магией?

— Откройся мне, Лара, — прошептал Вик.

Я прикрыла глаза… и увидела нечто потрясающее. Людей вокруг больше не было, вместо них по комнате передвигались разноцветные сгустки энергии. Они сияли, горели и переливались всеми цветами радуги — яркие или тусклые. К примеру, Вик ощущался как маленькое солнце, и смотреть на него было больно, а Максим выглядел бледно-желтым, почти безжизненным.

— Состояние критическое, — услышала я словно бы со стороны.

— Сделайте же что-нибудь! — раздался голос Сергея Николаевича.

— Лара, ты должна прикоснуться ко мне, — сказал Вик. — Подойдет любой участок обнаженной кожи. Но мне нужны свободные руки.

Ладно. Я встала чуть позади дракона, и запустила руку ему под воротник так, чтобы пальцы касались шеи. Удобно — можно увидеть все, что он делает.

Вик, казалось, перестал обращать внимание не все, кроме кровати с лежащим на ней Максимом. Я продолжала видеть тело парня как сгусток энергии. Он состоял из бледных, перепутанных толстых нитей, по которым изредка пробегали слабые искорки.

Дракон вскинул руки, словно собрался дирижировать оркестром, и засиял еще сильнее прежнего. Из его ладоней к Максиму устремились два потока яркого света, и ударили в «энергетическое тело» парня. Вик зашевелил пальцами, будто играя на флейте, искры по «нитям» сына олигарха забегали быстрее, и стали ярче, а сами нити пришли в движение.

Да уж. Мне бы пояснительную бригаду к тому, что происходит.

Но Максиму от действий дракона явно стало лучше: дыхание выровнялось, прекратились надсадные хрипы, да и показания приборов явно порадовали докторов. Один из них уже по-русски докладывал Сергею Николаевичу об изменениях в состоянии сына.

Кстати, себя я ощущала тоже как сгусток энергии. И вот ведь интересно: между мной и Виком, судя по тому, что я видела и чувствовала, шел непрерывный обмен Силой. Она перетекала от дракона ко мне и обратно, как вода в сообщающихся сосудах, и… её словно бы становилось все больше.

Что происходит?! Откуда берется магия?! Вик был занят, помогая Максиму, поэтому спрашивать его немедленно я не стала. Но дракон явно задолжал мне объяснения. Чтобы в немагическом мире вот так генерировать Силу, нужно быть… я даже не знаю кем.

В какой-то момент Силы стало так много, что я почувствовала себя переполненной. Вовремя сообразила слить излишек в накопитель, что прятался в лифчике, и тут же почувствовала облегчение.

Присмотревшись к Вику, я поняла, что он делает то же самое. Вот только камней Силы у него было явно больше: похоже, в пояс дракона зашито сразу несколько.

Если у него столько накопителей с собой, то какого лешего он упал с неба, а не применил хотя бы простенькую левитацию?!

Каким-то образом я поняла, что Вик заканчивает сеанс работы с энергиями. А еще где-то на периферии моего сознания промелькнула его мысль: «Ты ещё слишком многого не знаешь…».

С этим я даже не собираюсь спорить. Да, многого не знаю, но очень хочу узнать. Например, для меня очень непривычно общаться вот так, мысленно. С Оракулом хоть это было в форме разговора…

— Кто такой Оракул, Лара?! — спросил Вик вслух, резко повернувшись ко мне.

Упс. Надо думать аккуратнее. Я склонила голову набок и, сощурившись, вежливо попросила:

— Восстанови, пожалуйста, этот свой барьер, благодаря которому ты вроде как не мог читать мои мысли.

— Ты не ответила на мой вопрос! — возмущенно произнес дракон.

— Не ответила, — согласилась я. — И не собираюсь. На будущее: я не давала тебе разрешения на проникновение в свой разум. Мне вот интересно — на каком основании ты требуешь объяснений по поводу того, что случайно услышал?

Клянусь, если он сейчас скажет что-то вроде «потому что я дракон, а ты — моя пара», я его стукну. И не постесняюсь зрителей — ни олигархов, ни докторов. Будут мне еще всякие чешуйчатые допросы устраивать!

Моя рука все еще почему-то лежала на шее дракона, и поэтому я ее поспешно убрала. На удивление, Вик не потянулся следом, хотя я ждала этого. Еще я ждала ответа, но он молчал, и только глядел на меня синими-пресиними глазами, отзеркалив мою позу — то есть, сощурившись и склонив голову набок.

Зато не стал молчать Сергей Николаевич, который решил вклиниться на наше внезапное выяснение отношений.

— Что с моим сыном, объясните?! — требовательно спросил он. — Почему Максим не приходит в себя? Что вы сделали?!

Запоздало я сообразила, что люди больше не выглядят как сгустки энергии, и мир вернулся к привычному виду. Вик медленно перевел взгляд от меня на олигарха, и тот почему-то отшатнулся. А потом дракон посмотрел по очереди на каждого из докторов, и коротко велел им:

— Вон.

Медицинские работники на удивление поняли приказ, хотя проговорил его Вик не по-русски, и не по-китайски, ясное дело. А вот Сергей Николаевич открыл рот, чтобы что-то спросить. Но не успел.

Вик сделал шаг вперед, и прикоснулся ко лбу олигарха кончиками пальцев. Тот дернулся, моргнул, и его взгляд обессмыслился.

— Так я и думал, — произнес дракон спустя несколько минут молчания. — Его сын исцелен, теперь ему нужен сон и усиленное питание, чтобы тело окончательно восстановилось. Но этот человек теперь размышляет о том, какую силу он может получить благодаря мне. Люди… люди везде одинаковы! Власть имущие всегда хотят себе больше власти.

— Полагаешь, это только человеческая проблема? — поинтересовалась я.

— Нет, — ответил дракон. — Но во всех известных мне мирах люди распространяются, как саранча, и единственная их цель — размножаться