Измена. Уходя, - уходи - Гала Григ

— Юля, давай решать проблемы поэтапно. Все сразу невозможно. Итак, первое, что надо сделать, оформить официальное расторжение брака с Кузьминым. И, уже будучи свободной женщиной, постепенно заниматься другими вопросами. Я ведь тебе изложил последовательность возможных шагов. Если ты согласна, то могу предложить свои услуги в организации развода без особых проволОчек. Для быстрого избавления от брачных уз у тебя имеется серьезное основание — измена супруга. В таком случае могут развести в течение 10 дней. Устраивает?

— Конечно! Я устала от его наездов. А как же с мамой? Я за нее боюсь.

— Да. Ее надо оградить от нашествия паразитов в виде Руслана и его женщины. Есть простое решение — пусть поживет некоторое время у тебя.

— И что же, держать ее под замком?

— Не совсем так. Я переговорю с Кузьминым, объясню, чем чревато преследование наследников. Думаю, он утихомирится. Но для большей уверенности и спокойствия ей лучше быть рядом с тобой. А я — всегда на связи. Я вас в обиду не дам.

Его слова действуют магически. Я с удовольствием всматриваюсь в его волевое лицо, вызывающее доверие и еще нечто, не поддающееся объяснению.

Но об этом не сейчас.

Сначала надо решить все назревшие проблемы. Первая из них — развод! И, конечно же, — мамин переезд ко мне. Это решено окончательно и бесповоротно. Разумеется, если она согласится. Но, надеюсь, она будет даже рада.

Глава 44

В «Женском капризе» меня встречает Ирина, а на лице так и написано крупными буквами: «ты уже слышала?!»

— И чего я еще не знаю? — спрашиваю с улыбкой. Настроение ведь у меня после разговора с Вадимом прекрасное.

Ирина утаскивает меня в кабинет и таинственно сообщает:

— Лара родила мальчика…

Смотрю на нее и не знаю, как реагировать на новость. Радоваться — вроде бы нечему. Печалиться — так ведь не о чем.

— Ну и прекрасно, — говорю спокойно, даже с улыбкой. — Пусть будут здоровы и малыш, и его мама.

— Ой, что было, что было! — тараторит Ирина. — Мне с утра Руслан звонил.

— А ты каким боком к этому?

— Да ты послушай! Я тоже сначала не поняла, с чего бы это он мне звонит. Вроде бы уже отстал со своими просьбами. Так он, представляешь, о чем меня спрашивает?

— Ну?

— Не знаю ли я, с каким весом могут родиться недоношенные дети.

Ирина, не удержавшись, прыскает в ладонь ехидным смешком.

— Ира, говори толком. Я ничего не понимаю.

— Ну вот так же и я сначала не поняла. Но, как оказалось их семимесячный пацан родился с весом четыре килограмма и ростом 55 см. Соображаешь?

Смотрю на нее и не понимаю, чего она заливается.

— Юль, ты чего?! Не въезжаешь? Это же не каждый доношенный ребенок с такими показателями рождается. А тут! Бедный Кузя! Жаловался, что дважды звонил в родильное отделение, а ему сказали, что никакой ошибки нет, и ребенок вполне доношенный. Вот он у меня и уточнял, может ли такое быть.

— А ты?

— А что я?! Сказала, что всякое бывает. Короче, вижу ты вообще ничего не поняла. Скорее всего, Лара его со сроками намутила.

— Так может, и сама не знала. Бывает же.

— Ох, Юля! Нашла кого оправдывать. Эта прошмандовка, наверняка, залетела не от Руслана, вот и наплела ему три короба.

— Ладно тебе судачить. Сами пусть разбираются в граммах и сантиметрах. Мне своих проблем хватает.

Внутри что-то больно сжалось в комок. Обман на обмане. Да ну их!

— А ты чего расстроилась? — переключается на меня Ирина. Она не сплетница, но поболтать обожает. Очень хочу верить, что все, о чем мы с ней говорим, так и остается между нами. Правда, до сих пор я не замечала, что доверенные ей секреты, становились достоянием коллектива.

— Да не расстроенная я. Наоборот, пришла с хорошим настроением, а тут ты… со своими новостями.

— Ну ладно, прости. Думала, тебе будет интересно. Хотя ты права — пусть сами разбираются. Рассказывай, как у тебя дела?

— Да все нормально. Я вот думаю, что таких сволочей, как Кузя, надо в тюрьму сажать. Наверняка, он разбушевался дома на почве финансовой неудовлетворенности. Он же после суда и у меня был, и к маме звонил. Наверное, и сожительнице своей мозг ложечкой выедал, жаловался, что не выгорело у него ничего с компанией отца. Вот она в роддом и попала. Короче, все у них не так, как мечталось.

А я что? Я на развод подаю. Хватит плясать под дудку Руслана. То ему нужен развод, то не нужен. А мне сейчас нужен. Очень. Чтобы освободиться наконец. Да и им на радость. Пусть ребенка записывают по всем правилам. Мне до них дела нет.

— Вот смотрю на тебя, Юлька, и диву даюсь. Неужели злости совсем нет?

— Знаешь, и злость была, и боль, и обида, и любовь… Все было. Но теперь хочется одного — тишины. Еще — разобраться бы в этой кутерьме с наследством, с разводом, забыть все, как кошмарный сон. И, — смотрю на подругу с улыбкой, — спокойно дождаться рождения моего малыша. И чтоб родился он в срок и здоровеньким.

— Только понимаешь, — продолжаю тем же спокойным голосом, — покой нам только снится. Теперь вот еще одна серьезная проблема нарисовалась.

— Что еще у тебя?

— От Кузьмина надо избавиться полностью и окончательно.

— Так ты ведь решила подать на развод. И знаешь, в свете происходящих событий, теперь я полностью поддерживаю твое решение. Руслан оказался далеко не таким, каким мы его воспринимали. Но ты не задумывалась о том, что он просто загнан в угол, поэтому так ведет себя?

— Ира, он сам загнал себя в этот угол. Я здесь ни при чем. К тому же, думаю, в скором времени вынуждена буду отказаться от его услуг в компании.

— Ты его уволишь?! А как же он теперь, да еще и со своей новой семьей?

— Ты считаешь, что я обязана поддерживать их материальный статус? Меня поражает твоя сердобольность. В какой-то степени, да, жаль, что именно сейчас, когда им особенно нужны деньги, он лишится доступа к кормушке. Но и оставлять в компании мину замедленного действия я не могу. Руслан, сдерживаемый пониманием ответственности за финансовые нарушения, какое-то время будет осторожен, но кто знает, когда его терпение закончится.

Подавляю глубокий вздох и продолжаю:

— Поэтому мне надо найти человека на его место.

Скорбное лицо подруги заставляет