Переплет 13 - Хлоя Уолш

— Это не футбол, Шэн, — засмеялась она. — Это отличная игра. Наша линия выхода.

— Линия выхода?

— Смотри, — подбодрила она, а затем начала кричать изо всех сил, когда номер 2 Томмен бросил мяч, и Гибси, который носил номер 7, был подброшен в воздух его товарищами по команде и поймал мяч в воздухе.

— Да! — Клэр приветствовала, хлопая, как сумасшедший тюлень. — Давай, Джерард!

Было забавно слышать, как Клэр называет его Джерардом, когда все остальные вокруг нас приветствовали имя Гибси.

Буквально, никто не называл его Джерардом, кроме Клэр.

Мяч со свистом вылетел с поля и попал в руки Джонни, и мое сердце подпрыгнуло.

Мой пульс мгновенно ускорился при виде его в движении.

— Боже мой! — Я взвизгнула, сердце бешено заколотилось в груди, когда четверо нападающих Килбег повалили Джонни на землю, похоронив его под горой мышц и мертвого веса. — Им разрешено это делать?

Конечности летали, футбольные бутсы зарывались в смятую кучу под рюкзаком. Я наблюдала за тем, что творилось на поле.

— Они пытаются убить его, — закричала я, не в силах поверить в то, чему я была свидетелем. — Святое дерьмо. — Схватив обеих девочек за руки, я крепко сжала их. — Это незаконно?

— Не спрашивай меня об этом, — ответила Лиззи, пожав плечами. Высвободив свою руку из моей, она вернулась к листанию своего журнала. — Я могла бы придумать миллион лучших вещей, на которые потратила бы свое время, чем сидеть здесь, притворяясь, что болею за спорт, который мне совершенно безразличен.

По крайней мере, она была честной. Я думала, что буду чувствовать то же самое, однако он играл, и я была неохотно загипнотизирована.

— Они явно нацелились на него, — прорычала я, наблюдая, как рефери дал свисток и побежал к скоплению мальчиков.

— Конечно, они нацелились на него, — вмешалась Клэр, сжимая мою руку в ответ. — Джонни — лучший игрок колледжа Томмен. Уберите его, и игра свободна, — продолжала она говорить. — Они были бы дураками, если бы не попытались.

Я хотела закричать, «Оставьте его в покое» на пределе моих легких, но вместо этого я остановилась на:

— Это ужасно, — поскольку огромное беспокойство за него наполнило мою грудь.

— Это регби, — согласилась Клэр.

— Я ненавижу регби, — заявила Лиззи.

— Никому нет дела до того, что ты ненавидишь, маленькая мисс пессимист, — парировала Клэр. — Возвращайся к своим гороскопам.

Клэр и Лиззи несколько минут препирались между собой, прежде чем Лиззи раздраженно потопала прочь, бормоча что-то о том, что нужно беречь ее мозговые клетки, но я на самом деле не слушала ни одну из них.

Я была поглощенной выходками на поле, где медик команды суетился вокруг Джонни, тыкая и тыча ему в лицо марлей и бинтами.

Его черно-белая полосатая майка с номером 13 на спине прилипла к его коже, белые шорты, которые он носил, были испачканы травой и запятнаны кровью.

Оба его колена были заляпаны грязью.

Его волосы были взъерошены и скользкие от пота.

Один его глаз быстро багровел и опухал, а по брови стекала струйка крови, но, похоже, это его ничуть не беспокоило.

Внимание Джонни было приковано не к медику или рефери, выкрикивающим команды ему в ухо.

Он был слишком занят, глядя на меня.

Мое сердце колотилось о грудную клетку, когда он беззастенчиво и бесстыдно смотрел прямо на меня — глаза горели жаром, выражение лица было ощутимо напряженным.

Тяжело дыша, он поднял край своей майки и использовал ткань, чтобы вытереть кровь со лба, разрушая попытки бедной женщины залатать его и обнажая живот с твердым прессом.

Движение было таким первобытным, таким явно мужским, что оно поразило меня прямо в грудь. Мое лицо запылало, и я почувствовала, как мои плечи поникли, когда я согнулась под тяжестью его пристального взгляда.

— Что это, черт возьми, такое? — Взволнованно прошипела Клэр, схватив меня за руку. — Джонни Кавана пялится на тебя, Шэн. Серьезно, девочка, этот парень пялится на тебя!

— Дерьмо, — Не зная, что делать, но зная, что мне нужно что-то сделать, я уткнулась лицом в шею Клэр и прошипела:

— Спрячь меня.

— Что? — пискнула она.

— Просто скажи мне, когда он уйдет, хорошо? — я умоляла, сосредоточив свое внимание на веснушке на ее шее. — Притворись, что ты со мной разговариваешь или что-то в этом роде.

— Хорошо, он ушел, — меньше, чем через минуту, произнесла Клэр

Выдохнув, я обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Джонни возвращается на позицию, когда рефери объявил начало игры.

— Что между вами двумя происходит? — потребовала она. — Я думала, ты сказала, что не разговаривала с ним с того дня в офисе администрации?

— С нами ничего не происходит, — парировала я, щеки горели.

— Нет, — Клэр недоверчиво посмотрела на меня. — Ну, тот взгляд, который он только что бросил на тебя, не показался мне пустяком.

— Это ничего не значило, — заверила я ее — и себя. — Серьезно, Клэр, я даже не знаю этого парня…

Затем вокруг нас раздались громкие свист и насмешки, и мы оба обернулись, чтобы увидеть, что номер 15 Килбег забил и получил очки. Их номер 10 легко перешел, подняв уровень команд.

— Вот дерьмо, — пробормотала я, чувствуя себя гораздо более взволнованной, чем следовало бы. — Сколько времени осталось?

— Примерно полторы минуты, и не думай, что мы не поговорим об этом позже, — сказала мне Клэр, прежде чем снова переключить свое внимание на игру и крикнуть: — Давай, Томмен! Ууу! Килбег — ты полное дерьмо!

Килбег выиграл рестарт, завладев мячом и набрав несколько ярдов. Все они выглядели совершенно измотанными, за исключением Распутного Гонзалеса — он же Джонни Кавана, у которого, казалось, был неограниченный запас энергии.

Мои ладони начали сильно потеть, когда игрок номер 10 переместился на позицию между стойками, попав в зону досягаемости для удара по воротам.

Они прошли девятнадцать этапов, и счет сравнялся в 20 очков у каждого — по крайней мере, так сказала Клэр.

— Это оно, — продолжала визжать Клэр. — Это оно. Это оно. О боже. Я не могу смотреть.

Я затаила дыхание, не в силах справиться с предвкушением.

Наконец, игрок номер 9 занял позицию рак — слово, которое я выучила для обозначения большой кучи людей на траве.

С мячом в руках он отдал ответный пас на их номер 10.

Мое сердце остановилось.

Болельщики на трибунах вокруг меня притихли.

Пропустите это.

Пропустите это.

К черту все.

Двигайтесь дальше.

Все мои молитвы были услышаны, когда мяч покинул его бутсы