Магия объединяет - Илона Эндрюс

Я скатилась с кровати. Чья-то рука схватила меня за лодыжку и притянула обратно. Я приземлилась рядом с ним. Серые глаза смеялись надо мной.

— Как мое лицо?

— Шрам выглядит лучше.

— Это царапина. — Хорошо, что он не увидел его до того, как медик потратил на него полчаса. По словам Асканио, выглядело жутко.

— Итак, Джули дома, — сказал он.

— Да.

— Вы пришли к соглашению по поводу Роланда?

— Нет. Единственный способ помешать ей общаться с ним — это приказать, но она раскусила мой блеф. Я не буду этого делать.

— Она знает?

— Он сказал ей, — прорычала я. — Она знает уже несколько месяцев.

Выражение лица Кэррана стало беспристрастным. Сплошная холодная концентрированная ярость. Если бы он мог дотянуться до моего отца в ту секунду, Роланд пожалел бы, что вообще узнал о существовании Джули. Я поцеловала его. Я любила его за это.

— По ее словам, она собирает для нас информацию о Роланде, — сказала я. — Я ничего не могу сделать. Я должна верить, что она достаточно научилась за то время, что была с нами, и что она достаточно независима, чтобы противостоять его влиянию.

— Нам нужно что-то сделать с твоим отцом. И скорее.

— Да. Он звонил домой расстроенный из-за свадебного ужина.

— Я знаю. Он также звонил в Гильдию.

— Да ладно?

Кэрран кивнул.

— У нас с ним состоялся разговор. Я сказал ему, что немного поздновато разыгрывать отца года, но если он будет хорошо себя вести, мы позаботимся о том, чтобы сохранить для него место на свадьбе.

Я рассмеялась.

Раздался звонок в дверь. Я взглянула на часы. Восемь. Слишком рано для Тедди Джо.

— Я открою! — крикнула Джули. Быстрые удары возвестили о том, что она бежит вниз по лестнице. — Кейт! Кейт, это к тебе! Кейт!

Настойчивость в ее голосе выдернула меня прямо из постели. Я схватила «Саррат» и выбежала из спальни на лестничную площадку. Люди толпой входили в наш вестибюль, неся рулоны белой ткани. Невысокая азиатка в черном платье посмотрела на меня и выгнула брови.

Я осознала, что стою на лестничной площадке в крошечной футболке и нижнем белье, держа в руках меч.

— Кто вы?

— Я Фиона Кацура.

Клан проворных.

— Почему вы в моем доме?

— Я здесь, чтобы подогнать ваше свадебное платье.

— Я не…

— Конечно, вы не. Вы не имели в виду никакого неуважения. — Фиона уперла руки в бедра. — Наша семья занимается дизайном свадебных платьев на протяжении трех поколений. Мы не просто шьем, мы создаем произведения искусства. Дизайнеры приезжают аж из Лос-Анджелеса и Лондона, чтобы посмотреть на наши работы. Клиенты берут кредиты на покупку наших платьев. Ваше платье месяцами лежало на нашем проектном столе, когда вы еще были консортом. Было создано и отклонено множество эскизов. На планирование ушло бесчисленное количество часов размышлений. Было назначено четыре встречи, последняя всего три недели назад, встречи, на которые вы не смогли прийти, без сомнения, из-за вашего плотного графика. Поэтому, когда незнакомый мужчина звонит в Крепость и спрашивает, есть ли у нас ваши мерки и заметки по вашему платью, и интересуется, готовы ли мы расстаться с тем, что уже сшили, чтобы он мог нанять своего портного, — она произнесла это слово так резко, что я проверила себя, не порезало ли оно меня, — и закончить его к свадьбе, мы все решили, что, должно быть, произошло какое-то ужасное недоразумение.

Я задушу Романа. Обойти это было невозможно.

— Что ж, экс-консорт, если вы не можете прийти в нашу студию, мы предоставим студию вам.

— Простите. Мне действительно жаль, но у меня нет времени на…

Фиона прищурила глаза.

— Джун?

К ней подошел молодой японец.

— Сестра?

— Подведи бывшего консорта ко мне.

— Кэрран! — Я отступила от перил. — Кэрран, помоги!

В спальне взорвался смех. Ублюдок.

***

Я СТОЯЛА посреди большой комнаты, стараясь не двигаться, пока трое людей Фионы, две молодые женщины и мужчина лет двадцати пяти, который был очень похож на нее, и Джун, перешивали на мне заготовку платья. Джун, брат Фионы и силовик, стоял передо мной. Настоящее свадебное платье, по-видимому, привезут позже, и, по их словам, мне придется сделать еще как минимум две примерки. Я едва могла сдержать свою радость.

— Пожалуйста, перестаньте скрипеть зубами, — сказала Фиона. — Это очень отвлекает.

— Это или это? — Джун показывал два кусочка кружева.

Они пытались заставить меня выбрать один из двадцати разных образцов. Я сказала им, что мне все равно, поэтому они прибегли к процессу исключения.

— Слева. — Тот, что справа, явно был украден с кофейного столика какой-нибудь бабушки. — Тедди Джо будет здесь с минуты на минуту.

— Когда он будет здесь, вы сможете уйти, — сказала мне Фиона.

Игла вонзилась мне в бедро.

— Простите, экс-консорт, — сказала одна из швей.

Я посмотрела на Джули, хихикающую в углу.

— Где Кэрран?

— Кэрран не должно быть здесь, — сказала Фиона. — Жениху не следует видеть свадебное платье до свадьбы.

— Кто установил это правило?

— Это традиция, — сказала Фиона.

— Меня не волнуют традиции.

— Традиции — это все, — сказала Фиона.

— Джули, где он?

— Он вышел проверить лошадей.

— Да что ты говоришь? Он ненавидит лошадей.

Джули сверкнула глазами.

— Он сказал, что для него было очень важно убедиться, что они все еще там. И что он также будет там, а не здесь, когда ты сорвешься.

Когда я сниму это платье, я поделюсь с ним своими мыслями.

— Она продолжает дергаться, — сказала швея слева.

— Насколько это имеет значение? — спросила Фиона.

— В целом около дюйма. Она очень мускулистая, — сказал мужчина.

— Прекратите обсуждать меня, будто меня здесь вообще нет.

Швея слева потянула за ткань.

— Хотите, чтобы я занялась этим провисанием, а то если она нагнется во время свадьбы, у нас возникнут проблемы.

— Она человек, — сказала Фиона. — Меня не волнует, насколько она мускулиста, она не собирается разрывать его, как Невероятный Халк.

— Она не порвет его, но это перекосит шов прямо здесь.

Фиона нахмурилась и постучала карандашом по губам.

— Сделать припуск?

Швея отпустила ткань, и все пятеро уставились на мою талию. Продолжайте смотреть, это сработает.

Кто-то постучал. Я обернулась.

— Не двигаться! — рявкнула Фиона.

Джун открыл дверь, и Барабас вошел внутрь. Он оценил сцену и одарил меня ослепительной улыбкой.

— Ах! — сказала Фиона. — Идеально. Непредвзятое мнение. — Она подошла ко мне и туго затянула ткань. — Без провисания? — Она отпустила. — Или ослабить?

— Никаких поблажек, — сказал Барабас. — Оно придает ей фигуру почти в форме песочных часов. Кейт, как оно тебе? Нравится?

— Мне все равно.

— Экс-консорт крайне несговорчива, — сказал Джун.

— Я не могу понять почему. — Барабас