Тихоня для бабника - Ольга Корк

На вопрос мне ответили слишком уж неоднозначно. Сначала Улька кивнула и очень жалобно всхлипнула. А потом отрицательно замотала головой. И вот как ее понимать?

— Не очень далеко? — медленно подходя к расстроенной девушке, поймал себя на мысли, что вот сейчас мне глубоко плевать, беременна она или нет и от кого. Хотелось просто чтобы Улька перестала так горько, а главное, молча, плакать.

— До-домой, — шмыгнув носом, Ульяна подняла на меня заплаканные глаза, — сейчас такси вызову. Наверное.

— Обязательно, — кивнул для убедительности и, остановившись рядом с кроватью, потянулся за аккуратно сложенным покрывалом, — только сначала пойдем со мной.

— Куда?

— Хочу кое-что тебе показать.

Сжав в одной руке покрывало, вторую ладонь протянул к Романовой. Ну, давай, все девочки любопытны, даже если они очень расстроены.

К счастью, Улька оказалась не исключением. Еще пару раз шмыгнув покрасневшим носом и торопливо вытерев щеки, она крепко вцепилась в мою руку.

Расчет мой был прост. Показать окна квартиры, где она работала, и выяснить, не там ли живет отец ее ребенка. Если нет… Кажется, пришло время рассказать ей всю правду о нашем знакомстве!

* * *

— Смотри, — подведя Улю к своему бывшему наблюдательному пункту и закутав ее в покрывало, показал на те самые окна. — Узнаешь?

Время шло, Уля молча скользила взглядом по соседнему дому, кажется, не понимая, что я от нее хочу, пока наконец-то не заметила. Две детские фигурки на подоконнике во что-то играют, склонив друг к другу головы.

— Это же Кристя с Киром!

Улька так радостно улыбнулась мне, что сердце на мгновение споткнулось и тут же ускорило свой бег.

— Опять, хулиганы, на окно полезли! А Сергей ругаться будет. Куда только их мать смотрит.

— Не знаю, а что, Сергей их часто ругал? — Ах вот как его зовут. Черт.

— Только когда малышня совсем прекращает слушаться. Вот подоконник, хотя там окно на замке специальном, запретная для них территория. Но Киря с Кристинкой упорно на него лезут. Говорят, что это их особенное секретное место. Но отец-то по понятным причинам беспокоится!

— Ну да, — задумчиво кивнул, переводя взгляд на детей, — а вы хорошо с ним общались?

— С кем?

Уля посмотрела на меня через плечо, чуть приподняв голову.

— Ну… с ним.

Ткнул пальцем в другое окно квартиры, где как раз была видна мужская фигура.

— С Сергеем? Нет. Я была просто няней. Меня бы и на работу туда не взяли, если бы не отчаянное положение отца семейства и рекомендации их соседки. Я же рассказывала.

— Подруга которая?

— Угу… думала, что подруга.

Вопрос про старую знакомую явно был не очень приятным. Плечи под покрывалом поникли, а Уля, опустив голову, отвернулась от предыдущего места работы. Интересно-о.

— Что-то случилось?

— Да нет. Просто…

Кажется, кто-то снова шмыгнул носом. Кажется, я обнял этого кого-то. По-моему, оба действовали неосознанно.

— Расскажешь?

— Да что рассказывать? Каринка в то время так ярко ворвалась в мою жизнь. Случайная встреча привела к разговору кто как живет. Воспоминания детских игр и на какое-то время показалось, что все как раньше. Как будто папа жив. Наверное, вот это обманчивое чувство, что не все так плохо, не все изменилось, и заставило меня дать ей номер телефона. Она же позвонила мне ровно два раза. В первый раз, когда предложила вот эту подработку няней. И второй, когда позвала в клуб.

— Клуб?

— Угу, — Уля поудобнее устроила голову на моем плече и вздохнула, — говорила о том, что не стоит забывать про себя. Что иногда развлекаться тоже нужно. Что если не отдыхать в нашем возрасте, то когда еще? Ну и там должны были быть еще несколько общих знакомых. Все будут рады меня видеть. Знаешь, Ром, вот сейчас прошло уже почти два месяца и я понимаю, как это все глупо. А тогда…

— А тогда ты пошла в клуб? — слабый кивок в ответ. — Уль, ты просто устала. У тебя болеет мама, ты сколько, три или четыре года живешь в страхе, что может произойти непоправимое?

— Три с половиной.

— Это нормальное желание.

— Какое желание? — как котенок потерлась ухом об меня, но головы не подняла.

— Уйти от действительности. В любом случае не верю, что ты ускакала с радостью и не предупредила маму.

— Да лучше бы я маме не рассказывала о предложении Каринки!

Столько злости и боли прозвучало в голосе Ульяны, что я решил продолжить разговор в более удобном месте. Не выпуская ее из рук, пошел в сторону кресел. У Романовой не осталось выбора, кроме как двигаться вместе со мной.

— Почему? — спросил, пока мы медленно преодолевали жалкие метры.

— Потому что мама загорелась этой идеей больше меня. У нее так глаза сияли. Она улыбалась, щеки разрумянились, а эта проклятая синева над губой будто стала бледнее! Мама начала вспоминать их с отцом молодость и уговаривать меня сходить с Кариночкой. На все мои «нет» она начинала расстраиваться и я…

— И ты согласилась.

Усадив девушку в кресло, опустился на широкий подлокотник рядом с ней.

— Согласилась. Предупредила соседку, что меня не будет, маме телефон в руку вложила. Сама. Чтобы звонила в любой момент! И пошла. Дура, господи, какая же я дура.

— В клубе было так все плохо?

— Хорошо, — горькая усмешка исказила губы Ульяны, — так хорошо, что я потеряла голову. Каринка, Женька, Злата. Старые приятели, смех, музыка. А еще коктейль. Знаешь, такой, с кокосом.

— «Пина колада»?

— Не знаю, если честно, пила его в первый раз, поверила Жене, что он безалкогольный. Но…

— Женя твой мудак, — мне пришлось сцепить зубы, чтобы не высказаться резче.

— О, поверь, я знаю! Теперь точно знаю. Непонятно только, как у таких замечательных родителей такая гадость выросла. Самовлюбленный напыщенный индюк!

Судя по тому, с каким жаром Улька ругала этого Евгения, я знаю, чем закончился поход в клуб.

— Принести тебе чаю? — решил сделать перерыв в откровениях. Уле нужно успокоиться, да и мне хотелось чего-нибудь выпить. Пусть даже чай. Главное, занять руки.

— Тебе помочь?

— Нет, я справлюсь.

Уже через двадцать минут мы удобно устроились на лоджии с заварочным чайником, целым термопотом и парой тарелок с печеньями.

— Значит, поход в клуб был неудачный?

— Ну отчего же, очень удачный. Плодотворный, я бы даже сказала.

Уля так выразительно погладила свой плоский живот, что все сомнения отпали. Бывший работодатель не при чем.

— Знаешь, да ладно беременность, тут я сама виновата. Но мама… Именно в ту ночь ей стало плохо. Понимаешь, Ром. Пока я отдыхала, попивая коктейли, у