Испорченный рыцарь - Трейси Лоррейн

— В холодильнике есть овощи, их нужно только отварить. Ты ведь сможешь с этим справиться?

— Смогу, — заверяю я ее.

Возможно, это первые домашние пироги, которые увидела моя духовка, но, вопреки распространенному мнению, я действительно могу ею пользоваться.

— Хорошо, так что звони мне, если что-то понадобится. Но раз уж ты выставил свою обычную уборщицу, а этот дьявольский мальчишка твоей сестры предоставил мне доступ в твое святилище, я буду заглядывать каждые несколько дней, чтобы убедиться, что все чисто и аккуратно. Только… помни наш старый уговор. Я не трогаю комнаты с наркотиками и «джонни» (johnny — называют обычный косяк, также в некоторых случаях употребляют для ироничного наименования презерватива.).

— Понял, Джей. Никаких «джонни». Я подмигиваю ей, и она стонет.

— Н-нет, нет. Это не то, что…

— Все в порядке, Джей. В ближайшее время никаких малышей Чирилло на нашем пути не предвидится.

— Э-э… хорошо. Это хорошо. Наслаждайся остатком ночи. Будь умницей, — предупреждает она, прежде чем уйти, держа в руках два горячих пирога.

* * *

Наш класс погрузился в тишину, когда раздался тихий, нерешительный стук.

Все до единой головы в классе поднимают глаза от скучных, как дерьмо, экзаменационных вопросов, над которыми мы работаем, и не проходит и секунды, как в класс просовывается крошечный семиклассник.

Я хочу сказать, что он выглядит на грани того, чтобы обосраться от того, что его заставили войти в старший класс, но я уверен, что он уже это сделал.

— Здравствуйте, чем могу вам помочь, молодой человек? — мягко говорит мистер Уилсон, отчего парень спотыкается о собственные ноги, проходя в комнату.

Парень, сидящий рядом со мной, фыркает от смеха, от которого во мне разгорается настоящий ад.

Отодвинув стул на дюйм назад, я привлекаю его внимание, и его глаза находят мои смертоносные глаза.

Между нами не произносится ни слова. Да они и не нужны. Он может прочесть угрозу, написанную на моем лице, ясно как день.

Он нервно сглатывает и возвращает свое внимание к экзаменационной работе, лежащей перед ним, а не к маленькому мальчику, дрожащему перед мистером Уилсоном.

Мальчик ничего не говорит, он просто нервно протягивает записку в руке.

Мистер Уилсон поднимает глаза и сразу же обнаруживает, что я за ним наблюдаю.

Он кивает головой в мою сторону, и мой желудок скручивается, когда я понимаю, что все, что написано в записке, предназначено мне.

Мальчик поворачивается ко мне. Я и раньше думал, что он выглядит испуганным, но сейчас выражение чистого страха на его лице просто пугает.

Очевидно, он знает, кто я. Если честно, мало кто ходит по этим коридорам и не знает. Но я на уроке; что, по его мнению, я собираюсь делать?

Он подходит, хотя и неохотно. Мне тоже хочется высказать мистеру Уилсону, что он послал сюда этого бедного ребенка, хотя мог бы взять записку и отдать ее мне самому, но я держу рот на замке, желая посмотреть, как все это будет происходить.

Парень рядом со мной, Джейми Кармайкл, снова двигается на своем месте, и на его лице отражается веселье.

Мои кулаки сжимаются под столом, и мне хочется вмазать ему по лицу.

— Привет, — говорю я мальчику, когда он подходит ближе. — Это мне?

Он кивает, протягивая мне записку.

— Как тебя зовут, малыш?

— Б-Б-Бенджамин Р-Рейнольдс.

Я беру записку из его дрожащей руки. — Спасибо, — искренне говорю я. — Держи голову высоко, Бенджамин Рейнольдс. Тебе нечего бояться.

Джейми насмехается, но на этот раз к нему присоединяется пара его придурковатых дружков. Они должны знать, что это глупый ход в моем присутствии, но, видимо, издевательство над этим испуганным ребенком стоит той боли, которая неизбежно придет.

— Спасибо, сэр.

На этот раз кто-то смеется над ним во весь голос.

Когда я бросаю взгляд направо, смех быстро стихает.

— Хорошего дня. — Я улыбаюсь ему, когда он делает шаг назад. Он смотрит на мудака рядом со мной, затем оглядывается на мистера Уилсона и практически выбегает из комнаты.

— Киска, — кашляет Джейми, когда за парнем закрывается дверь.

— У тебя есть желание умереть, Кармайкл? — произношу я, мой голос низкий и смертоносный.

Он резко вдыхает, но ничего не отвечает, пока мистер Уилсон приказывает нам продолжать работу.

Я наблюдаю за ним, как он выполняет приказы, словно маленький добрый щенок, и убеждаюсь, что он находится в полном напряжении и сожалеет о своих жизненных решениях, прежде чем открыть записку, которая все еще находится в моей руке.

Нико Чирилло

Встреча в библиотеке в начале четвертого урока на занятии по английской литературе.

Миссис Хендрикс.

— Блестяще, — шиплю я, зарабатывая себе предупреждение от мистера Уилсона.

Взглянув на часы за его головой, я обнаруживаю, что у нас осталось всего десять минут. Это должен был быть мой последний урок на сегодня. Еще до того, как я пришел сегодня утром, я сказал себе, что уйду и буду готовиться дома. Постараюсь вести себя правильно по отношению к Брианне и не мешать ей. Похоже, у судьбы есть другие планы. К тому же теперь мне есть во что поиграть с Джейми. И я думаю, что наблюдать за тем, как он плачет из-за того, что был придурком по отношению к этому ребенку, стоит того, чтобы просидеть всю сессию до конца.

Я больше не пишу экзаменационную работу. Я слишком погружен в мысли о девушке, которая не должна находиться рядом с моей головой. Но, похоже, ей удалось пробраться в мою голову, несмотря на все мои попытки не допустить ее туда.

Это все Тоби виноват. Если бы он не отправился на миссию мести, я бы никогда не встретил ее.

Тогда Тоби никогда не смог бы отомстить этому ублюдку, выдававшему себя за его отца, и найти любовь всей своей жизни.

Почему он должен быть настолько достоин всего того счастья, которое приносит ему Джоди? Из-за этого его чертовски трудно ненавидеть.

— Я хочу, чтобы эти экзаменационные работы были выполнены в надлежащих условиях и сданы завтра. Никаких отговорок, никаких учебников и никакого Google. Это не поможет вам в долгосрочной перспективе, — предупреждает мистер Уилсон, когда все замечают время и начинают ерзать, пытаясь убежать.

Прозвенел звонок, когда я запихиваю бумаги в рюкзак и, опередив всех, встаю со стула и направляюсь к двери. Но я не выхожу из нее сразу. Вместо этого я останавливаюсь и оглядываюсь. Мои глаза сталкиваются с глазами Джейми, и между нами вспыхивает обещание невероятной боли за то, что он ранее мучил этого ребенка.

Сделав это молчаливое